Когда наступит ночь - Алексей Селецкий

* * *

В сенях было темно и пахло мышами. Тонкая полоска света обозначила контур двери, лучик выбивался из замочной скважины, подсвечивал ручку. После сегодняшних приключений, сильно напоминавших голливудскую постановку в исполнении деревенской самодеятельности, за дверью вполне можно было увидеть хоть дубовый стол с древними фолиантами и филином, восседающим на человеческом черепе, хоть прокуренную комнату с десятком хмурых и небритых, некогда интеллигентных личностей, с «калашниковым» на раскладушке и бутылками по углам.

Помещение приятно удивило. Книги на полках вполне современные, половина названий и авторов знакома, на старом резном столе – новенький компьютер, на подоконнике – самовар… увы, не старинный, а электрический. Вместо бородатого старца – мужчина лет пятидесяти, оторвавшийся от клавиатуры только через несколько секунд после появления гостя.

– Приехал-таки? Ну заходи, Саша, заходи, не стой на пороге. Не удивляйся, что сразу на «ты», можешь точно так же и по имени – Олег, и все. Да ты заходи, присаживайся, разговор долгий.

Сначала Александр никак не мог понять, что его настораживает в этом радушном хозяине. Мужик как мужик, глядит спокойно, лицо чуть морщинистое, обветренное, усы подстрижены, как у одного отставного политика-генерала, и такая же шевелюра с густой проседью. Лицо нормальное, одежда нормальная, только вот человек какой-то не такой. И почему-то вспоминается бывший командир.

– Что-то беспокоит? Ну так задавай вопросы, ты ведь именно для этого сюда приехал. Да садись ты! Чаю хочешь?

Назвавшийся Олегом шагнул к самовару, и тут до Александра дошло. Человек в комнате был, и в то же время его не было!

То есть и пол под ногами скрипел, и тень на стену падала, и обои через него не просвечивали – а все-таки не чувствовалось, что рядом есть живой человек. Александр попробовал посмотреть «внутренним зрением», которому в свое время научился у капитана – нет человека! Самовар горячий есть, вода из него в чашку льется, а человека рядом глаза видят, а безошибочное до этого чутье – нет. Дела-а-а…

Хозяин обернулся, поймал удивленный взгляд. Нахмурился, не понимая, и вдруг рассмеялся.

– Ах, вот в чем дело! – Александр даже отшатнулся – настолько внезапным было «появление». – Не знал, если честно, что ты это так воспринимаешь. Люди обычно не реагируют.

Вопросов стало еще больше, и далеко не все – приятные. Если «люди» – отдельно, то кто перед ним? И за кого здесь принимают его, Александра?

Олег вздохнул. Похоже, умел читать мысли. Впрочем, не исключено и то, что у приходящих сюда впервые людей (или нелюдей?) мысли не отличались разнообразием. «Сейчас он начнет мне задвигать про избранную расу, какое-нибудь предначертание или пришельцев», – подумал Александр. С сектантами и просто обчитавшимися всего подряд полусумасшедшими сталкиваться приходилось, но в сочетании с только что продемонстрированными способностями и, в конце концов, разъезжающими по ночному городу всадниками – впервые. От мистики и людей, организованно ею занимающихся, хорошего обычно бывало мало. Впрочем, на очередное «Белое Братство» тоже не слишком похоже.

– Саша, давай договоримся: я тебя не прошу верить, а ты не удивляешься и не считаешь меня психопатом. Просто представь себе, что мы обсуждаем одну интересную теорию. Что ты слышал о древнем народе? Не о скифах или сарматах, а о тех, кого так и называли – Древний Народ?

* * *

После того разговора мир стал намного сложнее. Не оказалось избранной расы, оказалась просто другая. Древняя. Обладавшая не совсем обычными для человека свойствами. Растворившаяся в европейских (и не только) народах. Собирающая своих по капле – капле того, что сами они называли Древней Кровью. Отличающая «своих» по смутным, иногда ошибочным признакам: дремлющим и неожиданно раскрывающимся способностям, незаметным для посторонних чертам лица… Олегу пришлось чуть ли не по потолку ходить, доказывая свою правоту. В конце концов опытный в беседах мудрец Древних чисто по-человечески махнул на все рукой и отправил оппонента спать в соседнюю комнату – наутро обоим на работу идти. Предложил заглянуть в субботу, если возникнут новые вопросы и желание воспринимать ответы.

Вопросы возникли раньше, но Александр, как ни бился, не мог найти дом. Маршрут запомнил, ориентиры совпадали – например, нависающая над дорогой газовая труба, об которую чуть не расшиб голову, проезжая верхом. Даже следы копыт отыскались – а вот дома не было. Не знали никакого Олега и вообще кого-то похожего и старушки на лавочках, поначалу принявшие рыскающего и высматривающего молодца в пятнистой куртке за бандита или воровского «наводчика». Впрочем, после предъявления «книжечки» с фотографией (пропуска в НИИ, но этого бабушки явно не разглядели) отношение явно переменилось, и Александр узнал много интересного – от сведений о соседях, сдающих квартиру подозрительного вида «кавказцам», до цен на самогон. Вот только Олега все равно никто не мог припомнить. Это пахло откровенной чертовщиной и добавило вопросов, а также уважения к своему новому знакомому.

В субботу на том же самом месте дом оказался. Причем рядом с лавочкой, на которой сидели старушки, приветливо кивнувшие «следователю» и тут же зашептавшиеся за его спиной. Оставалось только предположить, что в молодости (да и сейчас по случаю) старушки отправлялись на Лысую гору в компании с Древними.

Олег стоял на пороге и добродушно усмехался.

– Заходи… разведчик. Вот когда окончательно станешь одним из нас – найдешь в любое время. А на старушек не косись – они просто смотрят, но не видят. В старину на Руси это называлось «отвод глаз». Вот отсюда и легенды о невидимых дворцах и прочем. А на самом-то деле все довольно просто, сам научишься. Если захочешь, конечно.

Разговор вернулся к тому же, на чем закончился:

– А для чего вам именно я, если и кровь у меня не самая чистая, и способностей не намного больше?

Олег помрачнел, помолчал немного, словно раздумывал, говорить или нет. Потом решился.

– Потому что ты умеешь то, что не умею, например, я. А может, и умею, но хуже. Этого умения когда-то Древним и не хватило – может быть, к счастью. Но сейчас, Саша, оно нужно больше, чем знание традиций или целительство. Я не сказал тебе прошлый раз…

Александр напрягся. Знакомое предчувствие – словно ствол в спину. Кажется, он догадался, какого человеческого умения не хватало Древним. Спросил одними глазами, но Олег понял.

– Да. Война. Нам нужны воины – не солдаты, не пушечное

мясо, но все-таки те, кто может…

– Людей?!

– Ты же видишь, обычным людям мы можем просто внушить, что нас нет. Хуже, Саша. Нас самих. Точнее, таких же, как мы… и не только. У нас всегда были свои, не слишком известные людям враги. Впрочем, и с людьми они обычно не церемонились, даже с теми, кто им помогал. И сейчас, похоже, наших сил не хватит – по крайней мере тех из нас, кто не надеется остаться в стороне.

Слова, слова… сколько есть на свете хороших и нужных слов, особенно если надо уговорить кого-то кинуться на злобного врага.