Компенсация - Дарья Проценко

– Коль, от родителей ничего не слышно?

– Последний сеанс связи был три дня назад… – расслабленно ответил Коля, откидываясь на спину и сминая в руке сорванную по пути травинку. – Но отец предупреждал, что там несколько дней с излучением проблемы будут. Поэтому перебои со связью неудивительны.

– А ты пробовал связаться?

– Я же тебе говорю, что связи нет.

– Ну а вдруг что-то случилось?

– А что может случиться?

– Не знаю, – пожала Катя плечами. – А ты когда улетаешь?

– Через пять дней. Я тебе говорил.

– Да, я помню. Пойдем летать, – Катя поднялась с пледа. Коля не любил личных вопросов и моментально начинал раздражаться. А Катя не любила, когда он раздражается…

* * *

– Талин, наша группа готова к вылету.

– Все проверили? – устало осведомилась Талин, массируя пальцами виски.

Это задание стало для нее сплошной головной болью. Но она не жаловалась. Идея ее, ей и расхлебывать.

Обычно в нападениях эшатов логики не было. Поэтому сложно было предугадать, куда придется следующий удар. Потери ладьёров были ощутимыми. Потому что полностью растянуть оборону на несколько колоний и баз пока не удавалось. Направишь корабли в один сектор, а враг прилетает в другой. Еле – еле научились их отслеживать. И тут же появилась другая проблема. В боях рядом с колониями даже в случае предварительного оповещения не удавалось полностью обходиться без жертв. Эшаты применяли тяжелое вооружение и климатические преобразователи. Одну планету ладьёры так уже потеряли. А пока удалось наладить нормальную эвакуацию, то и большую часть населения… Флот ладьёров бессистемно мотался по галактике от звезды к звезде, пытаясь действовать на опережение, пока, наконец, Талин не пришла в голову мысль перебрасывать отряды эшатов куда-нибудь туда, где можно было бы их уничтожить безо всякого вреда для самих ладьёров. У большинства крупных колоний установили гиперспростанственные ловушки, но, к сожалению, технология была пока несовершенной. Переброску удавалось осуществлять только при наличии звезды – дублера. Схожий спектр, удаленность от других звезд, удаленность от самой колонии, чуть ли не масса звездной системы. Слишком многое приходилось учитывать. И сама идея, которая поначалу казалась привлекательной, неожиданно обросла такими подробностями, что астрофизики хватались за головы и корпели над сложными расчетами. Но зато удалось перенести линию обороны за пределы населенных ладьёрами миров.

Эшаты тоже не дремали, пытались ловушки обходить и не слишком долго задерживались там, куда их перенаправляли ладьёры. Обычно ровно столько времени, сколько требовалось для правильных расчетов точки возврата. У эшатов было преимущество. Им было некуда спешить, в отличие от ладьёров, которые пытались удержать то, что имели… Эшаты расползались как зараза, постепенно, но неотвратимо. Но ладьёры всячески пытались укрепить рубежи и получить хоть небольшое, но преимущество над противником. И пока эшаты не разобрались в чем дело, ладьёрам удалось уничтожить несколько их боевых групп. Конечно, у ладьёров потери тоже были, но на их стороне был фактор неожиданности и то, что у них в кои – то веки были развязаны руки…

Талин пребывала в постоянном напряжении, по ночам ее мучили кошмары и начали дрожать руки. Она стала ложиться раньше, с трудом сдерживая себя, чтобы не засиживаться допоздна над отчетами и планами, и стала надевать на совещания черные перчатки. Талин ничего не говорила о своем состоянии Сабо. Биолог экспедиции слишком хорошо знал свои профессиональные обязанности, и Талин понимала, что тому только дай волю, как он тут же доложит на Ладьё, и Талин прикажут вернуться, а она не могла себе этого позволить. И ради себя и ради Дьёна. Несмотря на постоянную неопределенность и психологические и физические нагрузки, Талин чувствовала, что Дьён успокоился. У него была своя зона ответственности, за которую он отчитывался непосредственно перед ней, и она вынуждена была признать, что готов он на «отлично». Что бы там не твердил отец. Впрочем, он в отношении Дьёна всегда был необъективен. «Глупо» – думала Талин, – «Дьён – хорош. Если ему не мешать работать». Даже идея с ловушками была его. Но ему не хватило опыта и настойчивости довести ее до логического оформления. Он настолько верил в Талин, что не позволял себе быть в чем – то лучше нее. И за это сестра часто на него злилась. Про себя. Чтобы он не догадался.

* * *

Долго полетать не удалось. Кате было немного неловко. Потому что Коля хоть и не сказал ничего, но явно был недоволен ее непоследовательностью. «То давай посидим, то пойдем полетаем…» – с грустью думала про себя Катя. Опять не угодила. А как по – другому поступить она не знала. Ей редко удавалось вести себя так, чтобы Коле было хорошо.

Два щелчка на эгрессе и Катя взмыла в воздух. В первое мгновение даже удалось улыбнуться и забыть обо всем. Порадоваться прохладному свежему воздуху и твердой Колиной руке, на которую она опиралась. Она оглянулась на него и еще раз растянула губы в улыбке. Взгляд у Коли был снисходительным, но он поднялся с ней повыше. Под ними поблескивала на солнце река, было тихо и спокойно.

– Пониже, повыше? – спросил Коля.

– Давай к воде.

– Только сильно не разгоняйся, а то простудишься.

– А за себя ты не волнуешься? – игриво спросила Катя, чуть опуская носки эгрессе вниз.

– За себя я отвечаю.

– Хочешь сказать, я за себя нет? – Кате хотелось наклониться вниз и коснуться воды, но тогда пришлось бы отнять свою руку у Коли.

– Ты многого про себя не знаешь, и если бы ты мне доверилась, то…

– Я тебе доверяю, – пожала плечами Катя, зажмурилась и повернулась лицом к солнцу.

– Не знаю, не знаю… – Коля притянул ее к себе и легонько коснулся губами шеи.

«Сейчас упадем!» – мелькнула у Кати мысль. Дурацкая, конечно. У Коли всегда все продумано. Она была уверена, что даже эту фразу и это движение он запланировал заранее. От осознания этого Катя Колю зауважала еще больше, но в то же время ей стало грустно.

– А давай наперегонки? – спросила она, чтобы сменить тему.

Коля чуть обогнал ее и заглянул в лицо.

– На спор?

– На желание! – Катя уже почти придумала, что хочет у него попросить.

– Договорились, – согласился Коля.

«Как-то слишком легко» – решила Катя. Но река блестела, небо было насыщенным, солнце ярким, и день только начинался. И Катя решила расслабиться.

* * *

Дьён видел, что Талин волнуется. Но они же все правильно рассчитали. Чуть сдвинули точку перемещения, чтобы эшаты не смогли устроить засаду. «Хотя, они все равно засекут, пусть и не сразу. Система большая. У нас будет время сориентироваться,» – успокаивал себя Дьён.

– Привести корабли в боевую готовность! – скомандовала Талин.

– Есть, – рявкнул Зилард.