Мой ад – это я сам - Натали Рафф

наряд, оставив бесценные украшения на бюро. Кара села у шкафчика и стала раскладывать их по ящикам. Машинально она выдвинула тот, в котором хранила нефритовый талисман, присланный сыном. Мельком взглянула туда, проверяя на месте ли камень, и обомлела. С нефритовой бляшки на нее пристально смотрел серебряный глаз. Ей даже показалось, будто в глубине зрачка сверкает застывшая серебряная слеза. Зажав в руке талисман, королева поспешила в покои мужа.

Всю ночь Кара просидела с Зироком, обнявшись, а утром, тяжело вздыхая, стала собираться в дорогу.

– За королевство я не волнуюсь, дорогой. Ты отлично управишься. Из тебя выйдет прекрасный правитель, ты ведь такой умный, справедливый и спокойный. А мне так тяжело, Зир! Не знаю, вернусь ли когда-нибудь? Свидимся ли хотя бы раз? Прости меня за все, дорогой. Возможно, я не дала тебе того счастья, которое ты заслужил. Я знаю, тебе со мной всю жизнь было не просто. У меня слишком крутой нрав. Пока был жив Агомар, я сдерживала его. Но когда он погиб и все рухнуло, пришлось проявить свой характер в полной мере. Без этого я бы и страну не спасла, и за тебя не посмела бы выйти. Да, что сейчас об этом говорить… Лучше запомни главное, мой родной. Я не настаиваю, чтобы ты правил пожизненно. Устанешь, сбрось эту ношу на молодых. Это все, что я еще могу для тебя сделать. Теперь мне пора к сыну. Ему я сумела сохранить только жизнь. Ничего не дала: ни трона, ни богатства. Да и ничему не научила, только баловала, баловала… Молодая была, тосковала, вот и залюбила мальчика. Хороший он был, добрый, мягкий. А вот вырос, стал не в меру гордым, вспыльчивым, а главное, обидчивым. К сожалению, такой характер не для правителя. Не дай Бог, что случится, будет бросаться в крайности: наказывать за глупости и прощать за разбой.

– Береги себя Кара. Ты уже не в том возрасте, когда можно переутомляться и нервничать. И не тревожься ты так за Гармагера. Он уже взрослый мужчина! Ты была моложе его, когда не тебя обрушилось и проклятье Вернада, и вдовство, и капризы избалованного подростка-сына, и ответственность за королевство, стоящее на краю гибели… Прости, но я так за тебя волнуюсь! Обещай только одно. Когда доберешься до цели – пошли мне гонца. Я хочу знать, где ты будешь находиться. Тебе дорогу подскажет талисман, а у меня такого нет!

– Пошлю. Обязательно пошлю. Прощай! Прощай… – прошептала Кара, села в дорожную карету и приказала трогать.

– До свидания, любимая. Я скоро приеду туда, где будешь ты, – крикнул Зирок вдогонку и решил, что через месяц пошлет гонца к дочери и зятю с предложением взять на себя бразды правления Альморавом.

… Две недели бешеной гонки, и измученная дорогой Кара переступила порог богатой гостиницы, находившейся в центре шумного торгового города, расположенного у подножья Черных Гор. Сбросив шубу на руки подбежавшего слуги, королева с трудом поднялась по красиво отделанной лестнице, и попала в светлый просторный зал.

– Сообщите владельцу, что приехала знатная дама из Альморава и хочет с ним познакомиться, – властно приказала Кара слуге, все еще державшему в руках ее одежду. Тот что-то тихо шепнул подбежавшей служаночке, и та, сломя голову понеслась за хозяином. Через несколько минут в комнате появился высокий благообразный мужчина, лет сорока, вежливо поклонился и представился:

– Меня зовут Агнер, и я владелец этого дома.

Потом, разглядев на груди гостьи нефритовый талисман, тихо спросил:

– Простите, вы, случайно, не королева Кара, мать принца Гармагера?

– Да, любезный, это так! Я очень устала и прошу Вас оказать мне гостеприимство. Я чуточку отдохну, а потом Вы, если не возражаете, расскажете мне о сыне, которого, как я уже поняла, отлично знаете. А сейчас позвольте только один вопрос: – Гарм жив или нет?

– Успокойтесь, Ваше Величество. Гармагер находится там, где смерти нет!

– Неужели Галард сказал правду и мой мальчик бессмертен? – подумала гостья, и с сомнением в голосе произнесла: – А что, есть на Земле такое место?

– Только одно, и там правит Ваш сын. Это – Бирюзовое Плато. Отсюда до него по подземной горной тропе несколько часов хода.

– Вы сняли камень с моей души. Спасибо, господин Агнер! А сейчас прикажите принести мой багаж из кареты и, пожалуйста, распорядитесь, чтобы позаботились о моих слугах и лошадях!

Агнер отвел королеве свои самые лучшие апартаменты, но она этого даже не заметила. Кара так устала, что рухнула на постель, не раздеваясь. Проснулась она посреди ночи совершенно разбитая, долго лежала в темноте, угрюмо уставившись в пространство, и думала:

– Несколько часов хода по подземной тропе. В гору! Хорошо сказал! Для молодого мужчины это несложно, но я-то уже пожилая дама! Смогу ли я пройти этот путь и не свалиться. Кому я буду там нужна покалеченная? Гарму необходима помощь молодой и здоровой женщины… А что могу я?

Утром служанка робко постучала в дверь комнаты, где отдыхала высокая гостья. Получив разрешение войти, она сообщила, что Агнер прислал ее в распоряжение королевы, освободив от работ по дому.

– У тебя отличный хозяин, девочка! Ну, что ж, начнем. Сначала ты поможешь мне привести себя в порядок, потом принесешь все необходимое, чтобы я смогла написать послание своему мужу – королю Зироку. Затем предупредишь моих слуг, пусть собираются в дорогу, сегодня после полудня они отправятся домой, в Альморав. А уже после всего, пойдешь к своему хозяину и скажешь, что я готова встретиться с ним и побеседовать.

В полдень из окна кабинета Агнера Кара видела, как отбыла на родину карета, в которой слуги увозили ее послание дорогому супругу.

Хозяин гостиницы долго, подробно и с удовольствием рассказывал королеве о жизни на Бирюзовом Плато, о Гарме, о царице Хионе, и о ее романтическом браке с Эвером. Слушая Агнера, Кара думала:

– У моего сына голова явно, только для красоты. Нет, чтобы бороться за любовь великой Волшебницы, так он спокойно уступает ее какому-то невежественному кочевнику… Вот Акош уже себе и мужа приличного нашла, а он? На семнадцать лет старше своей сестры, а о браке и не помышляет. О чем он только думает? Неужели по-прежнему витает в эмпиреях? Похоже, на всем свете я – единственная женщина, которая когда-либо занимала его мысли, и с которой он так долго и так мучительно пытался выяснить отношения. Как был ребенком, так и остался. Ну ничуть не повзрослел! Беда с ним, да и только! Ему не страной править, а по саду на пони скакать, и