Проклятье Авелора - Алекс Рауз

Их тут же предоставили – широкая, пахнущая свежим бельём кровать, огромный камин у стены и даже пресловутый балдахин. Кто бы мог подумать, что в таких заведениях он бывает!

Напоследок хозяин прошептал про какую-то «Фирму», которая так щедра и милосердна к нему, но Рид только кивнул в ответ. А потом дверь закрылась у Эрин за спиной, и она осталась одна.

Впервые с выезда из дома её тело не ныло от усталости, поэтому она аккуратно, с неимоверным удовольствием сняла плащ, штаны, рубаху, которые, казалось, прилипли к ней навсегда, и в тонкой сорочке нырнула под перину.

Но сон не приходил. Уже и солнце вовсю пробивалось сквозь ставни, и птицы за окном отзывались многоголосьем, а она по-прежнему лежала и смотрела вверх невидящим взглядом. В душе творился такой бардак, что хотелось встать и пойти наворачивать круги по комнате.

Она сбилась со счёту, сколько «ступеней» уже минула, но цель своего пути вспоминала всё реже. Мир, казавшийся прежде таким простым и многообещающим, поминутно в голове менял краски. И неизменно в нём было лишь одно – смеющееся лицо Рида в тот момент, когда она предположила, что может ему помочь.

А потом в дверь постучали.

С удивлением Эрин обнаружила, что у неё всё же получилось заснуть и сейчас поздний вечер – за ставнями было совсем темно.

Не дождавшись её ответа, в комнату шагнул Рид. Его глаза метнулись к сброшенной на стул одежде, потом к самой Эрин, резко натянувшей одеяло до подбородка. Потом он деликатно отвернулся – кто бы мог подумать!

– Нам пора, – сказал он через плечо. – Полторы ночи до столицы, графиня, ты почти справилась.

Эрин, спешно надевающая штаны в этот момент, неловко запрыгала на одной ноге и чуть не упала. Рид сказал это ровно и даже тепло. Ни ехидства, ни сарказма или насмешки.

– В чём подвох? – серьёзно спросила она, справившись с рубашкой.

– А он должен быть?

– Если тебя во сне не подменили – то без сомнений.

– Тогда считай, что подменили, – он повернулся и обезоруживающе улыбнулся. Вот это поворот! – Идём, внизу обещанный хряк. Не целый, конечно, но пахнет вкусно.

В немом изумлении Эрин последовала за ним. У их стола лебезил всё тот же хозяин, уже изрядно поддатый и оттого ещё более разговорчивый.

– Господин, давно ваши друзья не бывали в этих краях, – выдал он, закончив нахваливать почившего порося. – Столицу, говорят, стороной теперь все обходят.

– Врут, – отрезал Рид.

– Но как же! А маги мёртвые? Из самого Ковена бывшие, не абы кто! – Он поднял палец вверх, смешно насупив брови. А Эрин снова напряглась. – И заварушка эта проклятая…

Наёмник уже поднял было руку, чтобы намекнуть не в меру болтливому мужчине, что пора бы и завязать. Поднял и тут же опустил.

– Что за заварушка?

– Орда немытых крестьян ворота штурмовала. Аристократ с ними был какой-то, трона хотел королевского. Да там и полегли, придурошные, упаси боги их души. А кто не полёг, разбежался по лесу.

– Которые ворота?

– А вот по главному южному тракту которые, – услужливо подсказал хозяин и заулыбался так, будто внезапно стал важной персоной. Главным сплетником захолустья.

– Давно?

– Да вот второго дня, господин. Знатная, говорят, заварушка была. Всем сейчас на месте не сидится, а королю хоть бы что…

На этом месте Рид всё же прервал его многословие и жестом прогнал прочь. Как ни странно, мужчина беспрекословно послушался.

– Ещё немного изменим маршрут, – нахмурился Рид, когда они остались наедине с дымящимися тарелками. – Не лучшее время ты выбрала для посещения столицы. Тебя нужно будет провожать назад или ты надолго?

И только в этот момент Эрин поняла, что спутник не знает цели её пути. Что ж, быть может, это к лучшему. Если уж Мартин не рассказал, то не будет и она.

– Надолго.

– Тогда мой тебе совет – не суйся за городские стены.

Но Эрин гораздо больше волновали новости о мёртвых магах. Оказывается, и внутри стен не всё так радужно. Однако по этому поводу Рид никак не высказывался. К сожалению.

Они доели, поднялись и вышли – Рид так и не потрудился расплатиться. Но, кажется, хозяин двора этого и не ждал. Сытые ухоженные лошади уже ждали их у порога. И вновь мгла, так надоевшая Эрин за время пути, обступила их со всех сторон.

– Почему нас здесь обслужили будто знатных господ? Что за монету ты показал вначале? – Она не слишком рассчитывала на нормальный ответ, но любопытство взяло верх.

– Он принял нас за членов одной известной банды наёмников.

– Принял?

– Ага, это их монета. Скажем так, их знак отличия.

– А у тебя она, потому что…

– Работали пару раз над общими заказами. В благодарность отдали, – он повернулся в её сторону и усмехнулся. – Я не украл её, если ты об этом. «Фирму» невозможно обокрасть.

Они успели отъехать едва ли на полмили, когда Рид внимательно всмотрелся в кусты вдоль дороги и вдруг направил лошадь прямо в них. За кустами начиналась роща, и он тут же пропал из виду. Не задумываясь, Эрин рванула следом, лишь закрыла плащом лицо от веток. К шестой ночи она уже не спрашивала, а просто делала – к удовольствию своего спутника.

Он ждал её на узкой тропе и улыбался в неярком свете огня.

– Опять будем плестись по окольным тропам?

– Нет, скоро начнётся широкая дорога. До столицы будет даже ближе. Просто ей никто не пользуется.

– Почему?

– В народе считают, что она проклята, – его улыбка стала шире. – Тут были владения барона, сошедшего с ума лет двести назад.

– И теперь его неупокоенный дух… – начала Эрин, уже приготовившись закатить глаза.

– Ты веришь в призраков? – хмыкнул Рид.

– Нет, конечно. Детские сказки.

– Да, для них ты уже слишком взрослая.

– Так что не так с дорогой? – перебила его Эрин, не обратив внимания на колкость.

– Если после нашей смерти остаётся душа, как говорят жрецы, то её путь не ведают даже некроманты. Всё с дорогой в порядке, графиня, крестьяне суеверны, – он тронул лошадь вперёд.

– Эрин, – без надежды произнесла она и чуть не выпала из седла от его ответа.

– Хорошо. Эрин.

Вот это да! Она точно проснулась?

– Ты сегодня подозрительно добрый. – «Ничем хорошим это не кончится», – добавила она про себя. – На все вопросы будешь отвечать?

– Смотря какие вопросы, – лукаво донеслось спереди.

Неважно, чем закончится