Элини - Виктор Краев

месяц нельзя будет устанавливать новые нейросети. А у местных…, у них есть нейросети, все по классике – техногенные нейросети, в каждой империи производят свои. Учитывая уровень развития программирования, я бы рекомендовала использовать те запасы, что мы с Сиреной погрузили в аномалии. Эйфы делают бионейросети, вот они, скорее всего, хорошего уровня, но стоят они в Шангере примерно столько же, сколько стоит несколько кораблей среднего класса.

– И какой вы сделали запас, «плюшкины мои»? Если я правильно помню, то у каждой расы есть свои особенности. Или вы умудрились найти для всех рас, кого мы везем?

– Нет, конечно, основная масса – для гуманоидов, есть хороший запас для кошачьих, реальные проблемы с расами Рейхо, Гиберов и Урсов, для них вообще ничего не нашли. Честно говоря, я надеялась, что ты поможешь мне с этим.

– С чем? Создание нейросетей – это искусство, там надо не просто уметь программировать на высшем уровне, там надо знать физиологию, генетические особенности. Я изучил на самом примитивном уровне работу с нейропакетами, но нейросети – это совершенно другое.

– Нет, нет. Я не о создании нейросети. Они, по своей сути, универсальны, все тонкие настройки делает медик, это моя задача – адаптировать имеющиеся нейросети к тому живому организму, в котором нейросеть будет разворачиваться. Реальная проблема – это только Гиберы, у них совершенно другая физиология, мне сначала надо будет очень серьезно их изучить. Вполне возможно, что они относятся к расам, которым аугментация противопоказана.

– Тогда я не понимаю, чем я могу помочь?

– Меня интересует другое. Мы собирали нейросети с разных кораблей, они написаны на разных языках, и мне очень трудно разбираться с тем, как их настраивать. Я хотела, чтобы ты помог мне с адаптацией языков начальных настроек, и еще – тебе надо подумать, какой язык будет базовым для всех тех, кого мы будем выводить из стазиса.

Я уже хотел сказать «язык Предтече», но понял, что с выбором языка торопиться не стоит. Даже мы с девочками уже общается на языке – смеси предтече и русского. А для всех жителей галактики язык Ярила – это непонятный набор звуков. Какой смысл учить их языку, который никто кроме нас не знает.

– И еще один момент – что мы будем делать с ними дальше? Как они будут жить?

– А тут-то в чем проблема? Надо найти планету, где мы сможем их всех вывести из стазиса, и пусть себе живут.

– Планету с цивилизацией, или чистую планету?

– С цивилизацией, конечно.

– Допустим, но тогда первое: как ты объяснишь местным абсолютно разные формы жизни, в добавок еще и несколько неизвестных на одном корабле? Второе: ты уверен, что все они смогут социализироваться в новом мире и новом обществе? Что ты будешь делать с теми, кто захочет отправиться с тобой? Какие уровни развития общества были у похищенных? Может, там вообще еще о машинах и не знали, а ты их сразу в космическое общество. И главное – что они будут делать в этом обществе, как зарабатывать себе на жизнь и на еду?

Лана, отчасти, была права, мы не знаем, чего захотят освобожденные из рабства. Они и того, что стали рабами, наверняка, не поняли. Это меня обучили языку, чтобы я понимал хозяев. А что помнят они? Клетки, в которых очнулись, боль, пытки. Я помню, что меня все время мучали вопросы: «За что?», «Почему?», «Зачем?» И только научившись понимать язык Оморо, я разобрался в ситуации. Значит, первое, что надо будет сделать – обучить их языку общения. А как это сделать?

– Рабские нейросети Оморо позволяют загружать языковые базы?

– Да, надо будет только адаптировать базу знаний под стандарт Оморо. Но напоминаю, что чем меньше нейросеть используется, тем легче проходит ее изъятие, и не забывай – часть пленников не имеет нейросетей, даже рабских.

И снова тупик! Как обучить тех, кто не имеет нейросетей? Не использовать же метод, которым меня Оморо обучили, это пытка, да и Живана сказала, что тогда мои шансы на нормальный результат были 50/50. Я мог стать овощем, меня спас высокий уровень усвоения информации. Я думал сначала вывести из стазиса пленников Оморо, обучить их языку, посмотреть на их реакцию, узнать, что они захотят делать дальше. Но это осложняет удаление рабских нейросетей. Но и просто вывести всех из стазиса мы не можем, как они будут жить в этом новом мире? Попасть на родные планеты им не суждено. Тут нет их привычного общества, им как-то надо будет учиться, привыкать к новому окружению, зарабатывать на хлеб насущный. Я бы, оказавшись вдали от дома, наверняка постарался остаться с теми, кто меня освободил. Но, во-первых – это я, другие могут захотеть на чистые планеты, или в цивилизацию. Еще возникал вопрос: если все-таки выбрать планету с цивилизацией, то как их туда доставить? Не на крейсере же парковаться к космостанции! А если их пробудить на крейсере, то потом они неизбежно расскажут все, что увидели, и о том, что корабль, на котором они прибыли, долго находился в гипере, в отличие от тех, что есть у цивилизации, да и о том, что на корабле разумных раз-два, и обчелся, тоже не будет секретом. На счет языка тоже засада, надо пробужденных учить тому языку, на котором они будут общаться, и тут возникает проблема – я понятия не имею, на каком языке общаются живущие в Расва.

– Вот это ты меня озадачила! Признаюсь, я думал о том, что их надо вывести из стазиса, но что дальше – даже не задумывался.

– Шеф, перефразируя вашего Экзюпери, вы в ответе за тех, кого спасли. Думаю, Лана со мной согласится, что большинство будет не в состоянии жить в новых условиях. Вам надо будет решать, как им помочь.

– Согласна с Сиреной. Вполне возможно, что часть, а, скорее – большинство, захочет остаться с тобой. Ты их спас и подсознательно они будут надеяться на твою помощь.

– Я, конечно, понимаю, что несу определенную ответственность за них, и подумаю, как им помочь разобраться с тем, что с ними произошло, но дальше каждый сам решает свою судьбу. Я не «мать Тереза», и не собираюсь кормить и содержать. Мне больше нравится другая земная мудрость, «Хочешь накормить человека один раз – дай ему рыбу. Хочешь накормить его на всю жизнь – научи его рыбачить». Надо как-то объяснить ситуацию, в которой мы оказались, дать минимально необходимое, а дальше каждый должен решать сам, чего он хочет. Кто захочет остаться на