Искра Свободы 2 - Александр Нова

Я аккуратно положил перед Жераром 5 лоренов.

— Перрен Скриб, — я с трудом вспомнил настоящее имя Писаря, — говорил, что вы дружили. Умер твой друг, Жерар. Помяни его, пусть Владыка будет к его душе милостив.

Жерар посмотрел на монеты, потом перевел взгляд на меня, потом обратно на монеты.

— А с вашей надежностью что делать будем? — спросил он.

Я надеялся, что лорены решат этот вопрос. Поэтому и положил на стол сразу крупную сумму. Но, похоже, выдачу этих бумаг была на особом контроле. Я быстро прокрутил в голове, что может сойти за подтверждение нашей лояльности барону. Несмотря на всю нашу взаимную нелюбовь, кое-что всё-таки нашлось.

— Я и мои люди служили у барона. Недолго, но носить цвета его милости, лейтенант Ирвин нам доверил, — не растерялся я.

— И запись есть?

— Безусловно. Только сегодня утром получили расчет у интенданта и сдали баронские котты.

Жерар на мгновение замер, потом его пальцы быстро сгребли монеты со стола.

— Перрен Скриб был хорошим человеком. Пусть Владыка будет к нему милостив, — скорбным голосом произнёс Жерар и чуть тише добавил: — Сейчас всё сделаем. Без очереди. В память о друге.

Я заплатил пошлину в двадцать четыре лорена и через двадцать минут у нас на руках была свежая, ещё пахнущая чернилами грамота с печатью баронства де Монфор, разрешающая отряду из четырёх человек вести охоту на монстров в указанных землях. Срок действия — полгода.

Бумага была тонкой, почти невесомой, но значила больше, чем хороший клинок. С ней мы переставали быть просто людьми с оружием. Мы становились официально признанной силой. Пусть всего на полгода и только в пределах баронства де Монфор, но это меняло наш статус кардинально. В этом мире любили печати ничуть не меньше, чем на Земле.

— Жерар, а где я могу ознакомится с полным списком своих прав? А хорошо бы ещё и с текстом Акта Трёх Святых.

Становится местным законником я не собирался. Но получить представление о местной юриспруденции было необходимо. Особенно теперь, когда у меня был официальный отряд.

— Акт Трех Святых — это только в часовне. Монахи умников не любят, но на прямое требование отказать не могут. Такая воля Владыки: любой человек должен иметь возможность прочитать на бумаге свои права и обязанности.

Жерар сделал небольшую паузу и посмотрел стол. Ровно в то места, куда я полчаса назад положил лорены. Намёк был прозрачен, так что ещё одна монета перекочевала в карман бюрократа.

— По твоим же правам и обязанностям, как командира отряда охотников на монстров, я тебе сам сейчас всё объясню и отвечу на вопросы.

Лекция заняла примерно час. И в ней было много чего интересного. Особенно в части, где Жерар говорил что-то типа: «церковники будут пытаться сделать так, но это незаконно, требуй соблюдения вот этого правила». К концу речи Жерара я понял, что второй лорен также был потрачен не зря.

Нужно было ещё зайти к церковникам, зарегистрировать «Кольцо Сопряжения (F+)» и купить официальных ОР. Я уже прикинул, сколько времени на это уйдёт, и мысленно распланировал остаток дня.

Что планы откладываются, я понял сразу же, как только увидел его.

На выходе из замка нас перехватил Жан. На этот раз он был один. Ждал у самых ворот, прислонившись к каменной стене и делая вид, что греется на утреннем солнце. Увидев нас, Жан отлепился от кладки и кивнул в сторону ближайшей тихой улочки.

— Пройдёмся пару шагов, — коротко бросил он.

Мы отошли от основного потока людей. Жан огляделся и заговорил тихо, но жёстко:

— Ты был прав. Хищения были, и немалые. Был ли трактирщик в доле, пока не ясно. Но схема простая: с каждой сделки с твоим монахом Жосслен отдавал ночной гильдии процент… только называл сумму в десять раз меньше настоящей.

Жан отвёл взгляд и продолжил:

— Жосслен со своими людьми сбежал утром, как только открылись городские ворота. Но я знаю, где они прячутся, и мне нужна твоя помощь в его поимке.

— Так у ночной гильдии вроде и без меня людей хватает, — удивился я просьбе Жана.

Жан замялся. Впервые за всё время нашего знакомства я увидел в его глазах настоящее раздражение, смешанное с досадой.

— Господин Арно поручил мне присматривать за «Седым Вороном». Я знал, что они приворовывают по мелочи… но чтобы в таких объёмах… — Жан скрипнул зубами.

— Выходит, ты подвёл господина Арно? — в моём голосе был намёк на сочувствие. — И теперь не хочешь идти к ловчему с пустыми руками?

— Да, — спокойно ответил Жан. — Я хочу прийти с головой вора. Поможешь?

Жан смотрел прямо на меня, и в его взгляде не было дружбы — только расчёт. Я был для него не союзником, а удобным инструментом. Но это было не важно: Лису тоже нужна голова Жосслена. Так что я бы согласился на это дело в любом случае. Но Жан озвучил просьбу, а, значит, можно торговаться.

— Как трофеи будем делить?

Жан помрачнел.

— Я не могу тебе предложить долю: эта крыса задолжала ночной гильдии, и все его пожитки должны пойти на покрытие этого долга.

Я сделал очень задумчивое лицо, словно собираюсь отказать. Пауза затянулась: я ожидал интересного предложения от Жана, а он прикидывал, что может мне дать.

— Средство для снятия Метки Владыки называется «Индульгенция Владыки», — наконец выдавил из себя Жан.

Жану удалось заинтересовать меня, и перемена, отразившаяся на моём лице, не ускользнула от помощника Арно.

— Что, Ирвин хорошие деньги пообещал за эту штуку, да? Я сразу так и подумал, когда ты об этом господину Арно рассказывал, — Жан немного помолчал. — Начал сведения собирать, хотел сам найти и продать Ирвину. Предлагаю сделку: ты мне поможешь с Жоссленом, а я тебе — найти Индульгенцию.

— Звучит интересно, — я старался говорить ровным голосом. — Что уже узнал?

— Пока немного. Год назад Индульгенцию искал барон. И кто-то ещё. Этот кто-то оказался быстрее его милости и купил её. Гонца, который передавал Индульгенцию, нашли мёртвым через два дня.

Результаты Жана разочаровывали — я надеялся, что он действительно нашёл что-то стоящее. И что я смогу снять эту чёртову Метку и избавиться, наконец, от нависшего надо мной призрака смерти.

— Да, не густо, — уныло пробурчал я.

— Есть ещё кое-что. Как я понял, для того, чтобы Индульгенция сработала, её необходимо применять на Алтаре.

Это звучало странно и настораживающе одновременно. Система в «статусе» прямо говорила, что меня ждёт мгновенная смерть на Алтаре. А как же тогда