Celistic. Эхо мира - Дэннис Лэнгли

– Странник, – наконец поскрипел он, едва не срываясь на шипение.

– Угу, – тот легко кивнул, широко улыбаясь, и тут же уселся на край росшеперского стола. – Слушай, одолжи мне денег.

На мгновение мысли Росшепера заметались, но он отлично знал, что Странник всегда говорит только правду настолько прямо, насколько это возможно. Он прокашлялся и уселся в кресло, повыдергивал из-под собеседника какие-то отчеты и, уткнувшись в них, загундосил: «С чего бы это вдруг?»

– Да ладно тебе, я же вижу, ты сам хочешь сделать меня своим должником.

Странник встал и принялся расхаживать кругами, разглядывая картины на стенах.

– Это ты неправильно видишь, – автоматически проворчал Росшепер.

– Врешь, – Странник уже стоял спиной, грея руки у кондиционера.

Старик осекся. Он мог обмануть кого угодно, и он знал это. Но так же он знал, что Странника обмануть невозможно в принципе. Нечего даже пытаться.

– На что тебе нужны деньги?

Росшепер еще не успел договорить, когда перед ним возникли светящиеся глаза Странника, уже без презрения и ненависти. Чистый энтузиазм заслонил в нем все.

– У меня есть совершенно невероятная идея! – Странник замахал руками, едва не хватая старика за плечи. – Ты не поверишь!

«Не верю, что из-за этого мне теперь новую охрану набирать», – подумал Росшепер.

А Странника несло:

– Я задумал глобальный проект, который сделает человечество лучше! В перспективе это будет мощнейшая организация в Целистике!

«Может, взорвать весь этаж? Должен же быть хоть какой-то способ прибить этого психа. Или ракетой долбануть? Все равно ведь выберется».

– Я создам сеть отделений на всех крупных планетах с единым центром и многоступенчатой системой управления. Моя система будет воспроизводиться и работать веками!

«Так, хватит».

– Хватит, – прервал Росшепер. – В чем суть?

– В информации!

– Информации? – старик поднял бровь, думая, что более путано и невнятно смысл идеи рассказать невозможно в принципе, даже если очень постараться.

– Да! Мы соберем информацию обо всем мире!

– Нечто вроде станции? Информационной… или…?

– Гениально! – Росшеперу пришлось отшатнуться, иначе Странник бы его обнял. – Информационная станция! Я сделаю информационную станцию!

– А деньги это все как зарабатывать будет?

– Будем обучать людей! Принесем в Целистику знания!

Ясно. Росшепер задумался. Как бы они не относились друг к другу, Странник всегда выполнял свои обещания, а значит, сколько бы он не был должен – деньги вернет. И способностей у него не занимать. Если решил что-то построить – это ему удастся, без вопросов.

– Ну? Ну? – нетерпеливо наступал паренек. – Скажи, ведь отличная идея! Ага, по глазам вижу, что ты сам понял!

Росшепер ничего не отвечал, спокойно наблюдая за собеседником. Сумма на эту идею понадобится внушительная, и получить такого должника действительно было бы заманчиво. И даже крайне-крайне заманчиво. Странник определено выбрал не того человека, к которому стоило обращаться за деньгами. И только тут Росшепера осенила догадка:

– Ты же не просто так обратился именно ко мне?

С лица Странника мгновенно исчезли наивно-задорные огоньки. Он будто потерял сознание, и в его голове уже жила совершенно другая личность – яростная, презрительная, готовая тут же голыми руками свернуть Росшеперу шею, и, безусловно, в мгновение бы сделавшая это, но не было никакого смысла уничтожать робота. Росшепер просто запустит нового. Эта новая личность сама не ожидала, что возникнет, с удивлением оглядываясь по сторонам, и Росшепер понял, что у Странника сработало известное проклятие – амнезия, регулярно уничтожающая его память – то по частям, то целиком. Сейчас, видимо, воспоминания пострадали только частично.

Странник отодвинулся, опустив дрожащие руки, явно с трудом удерживая себя от того, чтобы ничего не сломать.

– Компании нужен враг, – глухо сказал он. – Тебе ведь будет выгодно, если я не смогу выполнить свою часть сделки и окажусь глубже в долговой яме.

Росшепер снова не ответил. Теперь они замерли по разные стороны стола, как короли на шахматной доске, которые не могут подойти друг к другу достаточно близко для удара, и поэтому вынуждены просто смотреть и думать, как бы хитрее использовать другие фигуры.

– Миллион, – сказал Росшепер. – Возврат через десять лет и семнадцать процентов компании.

Это были вполне вменяемые условия, и до 2381 года компания вполне могла заработать такие деньги, только вот миллиона было недостаточно, и все это понимали.

– Семь миллионов, – Странник назвал более реалистичную сумму.

Росшепер усмехнулся.

– Тебе не понравятся мои условия.

– Удиви меня.

– Семьдесят пять процентов компании, возврат втройне через пятнадцать лет.

Такие условия означали, что фактически все, что построит Странник, будет принадлежать Росшеперу.

– Согласен, – Странник протянул руку. Росшепер молниеносно рванулся к ней, но ухватил только воздух, а Странник уже стоял за спиной, заговорщически держа оппонента за плечо. – Или у меня есть предложение лучше.

– Плевать я хотел на твое предложение, – затараторил Росшепер. – Давай сюда свою чертову руку, малец.

– А что, если я пообещаю однажды спасти твою жизнь?

У Росшепера перехватило дыхание. Он вспотел, и робот кропотливо передал эту реакцию. Странник слов на ветер не бросал, если пообещает – выполнит. На одной стороне была гордость и владение всеми активами врага, на другой – освобождение от страхов.

– Не д-дави на меня, – Росшепер начал заикаться, пытаясь отстраниться, но Странник крепко держал его за плечи, почти лоб в лоб, с широким оскалом.

– Ну? Ну? Решайся! – Теперь обе личности в нем смешивались, презрение и энтузиазм перехлестывали друг друга.

…Росшепер сдавленно зарычал. Он не знал, что выбрать.

– А что если и то, и другое? – Странник подбросил сувенирную монетку и та, звякнув о стол, закрутилась на ребре. – Или ничего!

– Тебе меня не провести, сопляк! – дернувшись, Росшепер оттолкнул паренька. Он знал, что интуиция Странника легко подскажет ему исход любой ставки. Только полный кретин будет играть с ним в азартные игры.

Странник отошел назад, не переставая скалиться.

– Значит, не хочешь рисковать? – он снова протянул руку, заложив вторую за спину. – Да пожалуйста.

Росшепер встал. Ноги плохо держали его, так что пришлось облокотиться на стол. И то, и другое. И то, и другое.

Он понимал, что больше никогда за всю жизнь ему не представится такая возможность. Но, черт побери, нельзя играть с этим психом! Он же все чувствует… засранец! Нельзя! Нельзя!