Похитители принцесс - Михаил Михеев

Аллен с улыбкой смотрел на своего оппонента, гадая, то ли он сам помрет, то ли как, но разбойник, очевидно, сумел справиться с гневом и, взяв себя в руки, сделал резкий, выражающий крайнее неодобрение пополам с раздражением, жест. Арбалетчики тут же взяли несговорчивого путника на прицел, недвусмысленно давая ему понять, что цацкаться не собираются. Вот это было уже серьезнее – местная тяжелая бронебойная стрела, выпущенная из такого здоровенного, как бы даже чуть ли не крепостного арбалета, пробивает всадника в полном доспехе насквозь. Вместе с лошадью, кстати.

– Ладно-ладно, – примиряющим жестом поднял перед собой руки король. – Я не хочу неприятностей. Вот, возьмите.

Аллен аккуратным движением отстегнул от пояса кошель с монетами, бросил его главарю. Тот с ловкостью, неожиданной для столь грузного тела, поймал его на лету, довольно осклабился. Багровый цвет с его лица уходил на глазах, сменяясь пикантным румянцем. Похоже, от малокровия клиент не страдал. И от избытка ума, кстати, тоже – иначе бы предпочел довольствоваться малым (не таким уж и малым, кстати), а не пытаться съесть больше, чем в рот влезает.

– Остальное тоже, – повелительным (и откуда манер набрался, гад) жестом махнул он рукой, в которой, как по волшебству возник кинжал, скорее красивый и декоративный, чем функциональный.

– Может, тебе еще и раздеться да раком встать? – огрызнулся король.

– Захотим – встанешь. Ха-ха-ха! – заржал разбойник. Его подельники поддержали главаря нестройным гоготом. Но ведь расслабились, сволочи, оружие опустили, а это непростительно, когда имеешь дело с такой вот рискованной работой. Ладно, хамство наказуемо.

– Хорошо, приятель, лови, – Аллен вновь провел рукой по поясу и небрежным жестом бросил главарю увесистый предмет. Тот вновь, нагло усмехаясь, поднял руку, поймал. Ну да, что делать – поймали гопники заезжего фраера и ощипали, как гуся… Все верно, такие ситуации бывают всегда, во все времена и на всех континентах.

– Это что? – спросил разбойник, недоуменно глядя на предмет в своей руке.

– Амулет, – коротко ответил Аллен, глядя на разбойника без малейшего страха, благо их разделяло приличное расстояние, и покрепче сжимая в руке уздечку.

– Ты что, паря…

И тут грохнуло. Лошадь встала на дыбы, и Аллену с трудом удалось ее удержать. Неосмотрительно приблизившихся к вожаку разбойников, на лицах которых застыло удивленное выражение, раскидало во все стороны. Хорошая все же вещь магия.

Аллен слез на землю, успокаивающе погладил кобылу по морде, сунул ей в зубы предусмотрительно припасенный кусок сахару. Лошадь прядала ушами и нервно переступала ногами, но подачку взяла, моментально схрумкала и легонько куснула хозяина за плечо, выпрашивая добавку. Вообще, с лошадью Аллену повезло – купил там же, в трактире, где подрался, задешево у проигравшегося в хлам дворянчика. Лошадь с простеньким именем Звездочка (рыжая, с белым пятном посреди лба, очень похожая на знаменитых оркских скакунов) стоила заметно больше, чем за нее запросили, но ее хозяин был на мели, а Аллен… Что же, он путешествующий инкогнито король, а не скорая помощь.

Угостив лошадь еще раз и окончательно ее успокоив, Аллен подошел к начавшим слабо шевелиться разбойникам. Вначале он наклонился к главарю, но тот был уже мертв. А вот кошель с деньгами был в полном порядке, даже кровью не забрызган, путник поднял его и аккуратно повесил на прежнее место.

– Эх ты, чудило… Ведь предлагал же разъехаться по-хорошему. Ну что же, пусть земля тебе будет пухом.

Потом маг посмотрел на второго разбойника, на третьего… В общем, на редкость удачно рванул амулет – в живых осталось трое, причем один был уже не жилец – сидел и зажимал рану на боку. Можно было бы попробовать подлечить, но, во-первых, Аллен не был магом, а во-вторых, было бы из-за кого напрягаться.

Двое других были почти целыми, серьезно ни одного не зацепило – так, оглушило слегка. Один, совсем молодой парнишка, сидел, сжимая голову руками – контузило, видать. И запах от него шел неприятный, чуткий нос короля недовольно дернулся. Аллен присмотрелся… Ну да, так и есть, с испугу пацан учинил Великий Отлив, штаны были мокрые. Второй просто потерял сознание, но моментально очнулся, получив пинок под ребра.

– А ну вставай, скотина!

Нет, ну действительно скотина. Вместо того, чтобы встать по стойке «смирно» и не дышать, он попытался достать собеседника выхваченным непонятно откуда кинжалом. Причем действительно непонятно – даже Аллен с его многолетним опытом не рассмотрел. И шанс у него был, вот только с координацией движений оказалась проблема – последствия того, что головой приложило, очевидно.

Впрочем, король даже не обиделся – просто поднял валяющийся на траве арбалет и всадил болт в коленную чашечку придурка. Оставив инвалида тихо выть от боли (очевидно, на более громкие звуки он способен уже не был), Аллен подобрал выпавший из его руки кинжал и подошел ко второму «клиенту». Взял его за шиворот, рывком поднял на ноги и двумя оплеухами, от которых голова болталась так, будто шея парня была гуттаперчевая, привел его в чувство. Дождавшись, когда взгляд допрашиваемого стал чуть более осмысленным, король с неприятной улыбкой провел перед лицом незадачливого романтика дороги узким, очень острым лезвием и задумчиво спросил:

– Ну что, будешь говорить, или сразу начнем что-нибудь отрезать?

Ирма

Караван-баши смотрел на Ирму… интересно, иначе и не скажешь. Как собака, у которой кролик отобрал кость. Еще и по морде настучал, чтобы не тявкала. И то, что статус дамы изменился, отлично чувствовали все – даже те, кто не видел, как хозяин каравана кувырком выкатился из собственного шатра и чуть ли не прыжками умчался ночевать к самому дальнему костру.

Ирме на это, кстати (а может, и некстати), было абсолютно наплевать. Она сидела на лошади с гордо поднятой головой и с истинно аристократическим презрением поглядывала по сторонам. Теперь, когда отношение к ней резко поменялось и прочие участники путешествия старались к ней не приближаться, она могла наконец отвлечься от окружающего мира и подумать. Это был, несомненно, плюс, а минусом было то, что иногда ей становилось нестерпимо скучно, а поговорить было просто не с кем.

Впрочем, скуку терпеть Ирма умела. А что прикажете делать, если мужа то и дело нет дома? То он на Великой войне справедливость восстанавливает (ну хорошо, тогда она его с собой взять уговорила, точнее, навязалась самым наглым образом), то на каких-нибудь переговорах днюет и ночует, то вообще на пару месяцев в экспедицию рванет, да еще и всю команду с собой прихватит. И что бедной женщине делать прикажете? Круглые сутки с дитем тетешкаться али вязать-вышивать? Дети-кухня-церковь? Идеал гоблинской женщины? А вот хрен вам, товарищ начальник, не дождетесь! И нечего потом демонстративно, на публику ревновать да сцены устраивать, когда жена балы закатывает или сама в лаборатории запирается. Свалили на даму все государственные дела. Оно понятно, главному злодею всех времен и народов (а именно так Аллена порой называли в некоторых особо буйных кланах, главы которых угодили на плаху. Что характерно, называли шепотом и испуганно оглядываясь) с бумажками разбираться не по чину, на то жена есть. Которая иногда чувствует себя секретаршей. Хотя, конечно, сейчас (а как же, после стольких скандалов) остепенился малость…