Техническое задание - Сергей Плотников

Так получилось, что «прогулки» с Ирис с самого начала оказались завязаны на меня. Просто потому, что сопровождать боевого диверсионного робота в незнакомой и очень сложной для анализа БИУС среде (и разруливать ситуации, если в процессе общения андроид поведёт себя странно) должен был кто-то, кто заметит возможные отклонения в действиях машины визуально, пока не стало слишком поздно. Маркулову же пришлось лезть в фургон с аппаратурой и несколькими бойцами из «особой бригады» – второй программист занимался отслеживанием работы ПО в реальном времени с той же целью и ни на что не отвлекаясь. Иван, конечно, для вида поупирался, когда пришедший в себя после нервной встряски безопасник показал разработанные им лично рекомендации для «проведения комплексного испытания в городской среде»: не смотря на знание моего настоящего возраста, подспудно даже коллеги воспринимали меня, как подростка. СБшник бледно улыбнулся – и в минуту продемонстрировал быстро стушевавшемуся программисту, что тот сам будет выглядеть на улице Ундерхаана натуральной белой вороной, в отличие от» цветка», кстати.

Первая прогулка вышла недолгой, нервной и напряжённой: да, для Ирис мирное общение с людьми было не в новинку, но социальные ситуации не накладывались друг на друга так часто и плотно, а тут – объектов и субъектов вокруг было слишком много, они все были новыми и незнакомыми. Но – обошлось. БИУС справилась, а процессорных мощностей хватило, и с большим запасом. Все дружно выдохнули. Второй выезд в город той же группой был уже более спокойным – «цветок» нормально справлялась в магазинах с покупкой продуктов, спрашивала время и дорогу – никто и не заподозрил под внешностью миловидной незнакомки андроида. На третий раз группу силового сопровождения сократили до трёх человек. На четвёртый – Маркулов остался на базе: контролировать процесс можно было и удалённо. А на шестой Ирис в первый раз вступила в бой под личиной человека. Правда, бой был учебно-тренировочный – всего лишь небольшой спарринг с тренером, учащим обращаться с мечом всех желающих за небольшие деньги. К моему удивлению, шифу, похоже, ничего не заподозрил: после «игры в снежки» я сильно постарался «объяснить» управляющей программе разницу между игрой, тренировкой, учебным поединком и учебной же боевой задачей. Похоже, получилось.

По сути, первомайская^[43] «прогулка» и успешная запись Ирис в группу учащихся фехтованию стала переломным моментом тестирования – по результатам уже теперь было ясно, что мы в целом справились, и следующая и последняя проверка – это реальный бой с настоящим противником, убийствами и диверсией. Фактически дальнейшие городские выезды были рутиной, наработкой статистики и тренировкой самообучающегося алгоритма – вероятность фатального сбоя падала с каждым разом, «цветку» всё проще и проще было разбираться в незнакомых социальных ситуациях… Но такой успех вовсе не означал, что всего на двенадцатый выход я должен буду вести андроида один и вообще без подстраховки!

Я не Гай Юлий Цезарь и не могу одновременно мониторить поведение робота и работу БИУС. Ладно бы шайтан с группой сопровождения, – но ПО прототипа АНМ всё ещё активно дорабатывалось, если бы о ситуации предупредили заранее – я бы не стал делать последний апдейт системы. Да, повлиять на работу всего остального он не должен был – наоборот, улучшить, но программирование сверхсложных систем, где большая часть алгоритмизации генерируется уже самой программой, исходя из опыта ситуаций (то самое пресловутое самообучение), всегда сопряжено с риском ошибки. Одна недоработка, ошибка кодера, которая могла быть совершена к тому же хрен знает сколько месяцев или даже лет назад, редкая, не возникшая ранее ситуация – и всё идёт вразнос! Запуск автоматизированных систем такой сложности, как у нас, сопоставим по сложности с ракетостроением: шестьдесят лет запускаем их в космос, и до сих пор вылезают накладки. Конечно, программу проверить проще, чем трубу космического носителя, заполненную кислородом, керосином и кучей механики с электроникой, в БИУС внесены специальные протоколы, позволяющие находить и исправлять ошибки автоматически, а базовый код Иван Маркулов «вылизывал» десять лет дома и четыре года здесь… но, как я и сказал выше – это лишь предпосылка меньшей вероятности сбоя. Вопрос – насколько меньшей? Впрочем, переживать всё равно уже поздно – всё решили за меня. Остаётся только расслабиться и наслаждаться прогулкой… В конце концов – кто ещё может похвастаться, что гулял в компании настоящего боевого человекоподобного робота, да ещё и с внешностью красивой девчонки?

Это, наверное, странно прозвучит, но до меня вся глубина момента дошла только на пятой «прогулке»: вот оно, невероятное и, казалось бы, далёкое будущее – шагает рядом со мной! Подозреваю, именно так должен был чувствовать себя первый космонавт на Луне, поверхность которой, к слову, в этом мире так и осталась неистоптанной. Дело в том, что в отличие от Агаты, создание Ирис я наблюдал (и принимал в нём непосредственное участие!) фактически с нуля. По отдельности каждый этап не казался чем-то невероятным и запредельным, потому постепенно приближающийся к итоговому виду и функционалу прототип я воспринимал… ну, обычно. Я был горд собой, доволен, что участвую в таком творческом и необычном деле, и особенно тем, что итоговый результат сильно напоминал какого-нибудь персонажа из аниме или японской манги: там вечно рисуют кавайных андроидов со вполне человеческим внешним видом и поведением. До меня как-то не доходила вся серьёзность ситуации – может быть ещё и потому, что регулярно переводимую Абишевым на счёт в Имперской Сберегательной Кассе зарплату мне тупо было негде потратить. Кроме совсем уж мелочи в школьной столовой, когда хотелось сладких булок и редких походов в кафе в Ундерхаане: всем необходимым персонал «Каменного цветка» снабжали, вплоть до повседневной одежды и белья. Да и в кафе я сидел больше от желания сменить обстановку и… обожраться особо вкусным мороженым – почему-то наш повар из «пансионата» именно это лакомство делал ничуть не вкуснее магазинного варианта…