Пчелы - Лалин Полл

Сестры в зале Танцев пребывали в возбуждении. Флора терлась крылом к крылу с пчелами всех пород, а ее разум и тело тем временем жаждали Любви Королевы. Впрочем, другие пчелы тоже были в тревоге, и она слышала, как многие жаловались на голод.

Однако все они чего-то ждали. Несколько пчел стали издавать судорожные возгласы страха, когда понизился уровень божественного феромона, но те, в чьих телах его было больше, прикасались к ним, вселяя в них уверенность и делясь своим достоянием. А затем пол вздрогнул и задрожал, вибрация усилилась, и аромат Любви Королевы стал прибывать. Те сестры, кому было достаточно места, преклонили колена и заплакали от облегчения, а остальные поднимали головы и запевали Священное Созвучие. Ощутив вибрацию в сотах и перемену в воздухе, Флора вжала шесть своих ног в воск, открыла дыхальца и глубоко втянула аромат.

И ничего не почувствовала.

Сестры вокруг Флоры впадали в блаженное состояние единства с Королевой, но она оставалась в ловушке собственного сознания. Она просканировала толпу. К своему удивлению, она заметила нескольких сестер, которые так же настороженно воспринимали все происходящее, хоть и стояли очень тихо. Они держались спокойно, с некоторой отстраненностью. Флора всмотрелась в них и узнала. Это были полевки.

Вибрация стала убывать. Пчелы в зале Танцев радостно улыбались, их антенны были высоко подняты и, окутанные Любовью Королевы, дрожали. Флора желала забыться в работе и стала искать других уборщиц, но она не успела этого сделать, прежде чем в зале возникло буйное волнение, толпа расступилась, и вбежала полевка, неся с собой запах нектара.

Найдя свободное место вблизи Флоры, она пустилась в пляс. Медленно и четко она повторяла простые движения снова и снова, пока другие пчелы не поняли ее и не поймали ритм. И тогда она раскрыла крылья, завела свой жужжащий мотор и принялась мерцать крыльями, делая паузы в определенном ритме. Другие пчелы аплодировали и все повторяли за ней, когда она забегала из стороны в сторону, приближаясь к толпе то с одного, то с другого края, распыляя манящий сырой нектар. Она остановилась перед другой полевкой и дала ей изо рта в рот каплю нектара. Блеск свежего нектара загорелся в воздухе, и пчелы вновь разразились аплодисментами, и еще больше сестер выбежало в первый ряд, желая поучаствовать в танце.

Флора тоже выбежала, взволнованная смешанным ароматом нектара и холодного свежего воздуха, расходящегося от крыльев полевки. Мысли были четкими и ясными от возбуждения, когда ее ноги уловили ритм, и внезапно она поняла язык танца.

Лети на Юг! – пели ноги пчелы. – За этой песней!

Там были поля – она описала очертания посевов – тяжелые качающиеся на ветру головки зерновых, великое западное течение воздуха, всегда дующего через них, – и еще больше полей, поток, отсчитай два забора…

Затем на Восток! И полевка снова забегала, крутясь и жужжа, призывая за собой все больше сестер. Многие пчелы вскрикивали в возбуждении, носились и подпрыгивали, но Флора старалась держаться поближе к этой удивительной пчеле, копируя ее движения.

Поверни и лети дальше.

– Поверни и лети дальше, – пела Флора за ней.

А затем здесь – цветы, нектар, сладость!

– Цветы, нектар, сладость! – кричали пчелы, вытанцовывая свою карту сокровищ.

Светлокрылая полевка застыла на месте. Ее танец был таким радостным и выверенным, что она показалась Флоре совсем молодой, но теперь она заметила ее потрепанные крылья, поредевший мех и царапины на панцире. Это была Лилия-500, которая столкнула ее с края взлетной доски. Антенны Флоры запульсировали, и она вспомнила первую панель Королевской Библиотеки.

– Славь конец своих дней, Сестра, – сказала она на Древнем Наречии.

Лилия-500 пристально посмотрела на Флору, распрямила свои крылья, но не сложила их.

– Чего ты хочешь? – Ее лицо испещряли маленькие царапины, а обе антенны потрескались у основания, словно от сильного стресса. – Говори же, – потребовала она, – или мои цветы закроют свои рты до того, как ты откроешь свой. Я должна возвращаться, они меня ждут. Некоторые откроются только от моих прикосновений. Гордость – грех, но это правда. – Она взглянула на Флору. – Ты втянула мой запах, словно я Королева.

– Прости меня, Сестра, то есть Мадам, – дикий воздух так приятно пахнет.

– Сегодня. Вчера он был зловонен, и позавчера, и третьего дня, поэтому у всех пустые животы. Но лучше быть голодным, чем есть нечистый хлеб. – Она усмехнулась, глядя на Флору. – Где ты была, что так наелась? Твоя порода на кухне не обретается.

– Меня представили Королеве в награду за схватку с осой.

– Ах да. Я слышала, Леди Веспу приготовили как следует. А ты все-таки выжила.

– Благодаря бесстрашию наших сестер Чертополохов, падших в бою.

– Такова судьба их породы, – сказала Лилия-500 и стала удаляться от Флоры. – Ты меня извини; я утратила умение вести вежливые беседы.

– Подождите, прошу вас! – Флора побежала за ней. – Мадам Полевка, есть ли у вас работа для меня? Я готова послужить любым спо…

– Если ты повторяла за мной танец, ты знаешь, куда лететь, – сказала полевка и ускорила шаг.

Флора в изумлении последовала за ней.

– Но моя порода не может летать по полям, так записано!

– Я читаю цветы, а не скрижали. Но я знаю, что наш улей переживает жестокую нужду, и знаю, что у тебя есть крылья, смелость и мозг. Не раздражай меня, испрашивая разрешения. – Лилия-500 протолкалась мимо других пчел и направилась к выходу.

Флора секунду постояла на месте, обдумывая это предложение. Полевка обернулась, взглянула на нее – и она побежала за ней.

* * *

Лилия-500 быстро и проворно прокладывала путь через толпу. Флора, пытаясь успеть за ней, натолкнулась на другую пчелу. Цветочные пирожные раскатились по полу, и молоденькая Ива принялась собирать их.

– Ох, меня накажут, я столько всего разбила – прошу, сестра, умоляю, не говорите никому, иначе решат, что я слишком слаба для работы и предадут меня Благодати…

– Кому не говорить? – Флора быстро помогла ей собрать пирожные, поглядывая на Лилию, ожидавшую в отдалении.

– Полицейским! Они пришли к нам, в Цветочную Пирожковую, с медицинским осмотром и спрашивали, кто тут устал. И всех, кто поднял руки, предали Благодати! – Маленькая Ива снова заплакала и схватила Флору за руку. – Я совершила грех Растраты. Прошу, сестра, тут недалеко, вы мне поможете?

Флора увидела, как яркие крылья Лилии исчезают за углом по пути к взлетной доске. Было уже поздно. Она кивнула.

Когда они шли рядом, неся тяжелый поднос, благодарная Ива выразила восхищение ногами Флоры, отполированными прополисом.

– Я уверена, они это оценят, – сказала она. – Им нравится, когда мы следим за собой.