Лагранж-Оэлэ - Игорь Корнев

– Ты мне только скажи, у этой женщины-кошки все дома? – В ужасе шепнула на ухо Антону Варвара.

– Определённо, не все! И это нам на руку!

– Пока ты ходил, она натянула ЭТО на голое тело! Я, было поинтересовалась, где взяла костюмчик, а она ответила, что из магаза штучек для ролевых игр. И не понять, отшучивается или серьёзно!

– Людям стоит верить! – Направляясь следом за начальницей, заметил Антон.

Двор и первый лестничный пролёт они преодолели за секунды.

– Где объект?! – Обратилась Светлана к Звездочету.

Её глаза метали молнии, ноздри возбужденно раздувались, под эластичным костюмом вздымалась грудь.

– В конце коридора последнего этажа!

– Пошли! Пошли!

Никто не попался им на встречу, только в ведре, возле которого Антон познакомился с институтскими старожилами, сиротливо плавали окурки. Варвара старалась не отставать, хотя ей и приходилось останавливаться, чтобы смахнуть со лба крупные градины пота.

Преодолев последние ступени, Светлана прижалась к стене, и, цыкнув на сообщников, выглянула из-за угла. На этаже, кроме кабинета Белоконя, свет струился ещё из под одной двери. Наверняка, там продолжали укладывать вещи.

Стараясь не шуметь, до приёмной дошли на цыпочках. В ней уже не было ни гудящей кофемашины, ни пухлого дивана, уже ничто не напоминало о недавнем величии Самого.

– Ждите! – Протягивая сумку Антону, шепнула Светлана.

Парень согнулся, от обрушившегося на него веса, а любительница шпионского кино глубоко вдохнула, энергично выдохнула, немного постояла, вживаясь в роль, и ударом ноги распахнула директорскую дверь.

– Знаешь, кто я, говнюк?! – Грянул её свирепый голос. – А ну-ка выкладывай куда дел…

У Антона всё оборвалось внутри, что-что, а нагонять страх его начальница умела. Но ни малейшего сочувствия к Белоконю он не испытал.

После громового крика приёмная погрузилась в тишину, и Звездочет уже начал волноваться, когда Светлана появилась с картонной упаковкой кизлярского коньяка в руках.

– Что за мужик нынче пошёл?! Аж, онемел от страха! Только и смог, что на это указать! – Потрясла она своею ношей.

Привычного звона не последовало, вместо бутылок в коробке хранилось, что-то другое.

– Хорош тормозить! Сматываемся! – Поторопила начальница.

Они почти достигли лестницы, когда из освещенной двери вывалился бородатый детина с целой башней компьютерных книг. На странную троицу он взирал вылезшими из орбит глазами. С каратистским воплем, Светлана ударила свидетеля ногою в пах, и рассыпав свою литературу, бедолага скрючился на полу.

– Откуда у неё такая ненависть к айтишникам? – Подумалось Антону.

На лестнице он как мог, подстраховывал Варвару, а та хоть и продолжала бросаться сердитыми фразами, помощь не отвергала. На следующем этаже, Светлана нырнула в одну из распахнутых дверей. Эту сторону института освещала восходящая Луна, и вбежав следом за начальницей, Звездочет увидел на фоне серебристого окна чернеющий профиль снимающей костюм Светланы.

– Отвернись! – Велела та, будто вчерашним вечером, Антон не только любовался, но и сполна насладился её прелестями. – Подумай, как будем выходить! И лучше с этим делом не тянуть, пока не очухался директор.

* * *

Двое охранников приходили в себя после суматошного дня. Уже на половину был рассказан очередной похабный анекдот, когда по лестнице спустились трое бывших институтских работников. Щуплый паренёк с картонной коробкой, очень бледная девушка, несущая высокий бумажный пакет, и серьёзная дама с сумкой, в которых любят носить оружие герои боевиков.

– Ну-ка, добры-молодцы, дорогу! – Сурово бросила она, приближаясь к проходной.

– Куда?! Пропуск! – Воскликнул один из охранников, преграждая троице дорогу.

– Мы ими за день на год впред намахались! – Возмутилась начальница.

– Ребята, ну сколько можно?! – Подхватила измученная девушка. – Не видите, руки заняты!

– Не пускай их! – Пришел на выручку бдительному стражу напарник. – Возьмут, да скоммуниздять что-нибудь ценное! Вот вы, что несёте?

Указал он на коробку с эмблемой коньячного завода в руках Антона.

– Смотрите, не жалко!

Раскрыв упаковку, Звездочет высвободил облако пыли, и расчихавшийся охранник поспешил повернуться к Светлане.

– А здесь, что?

– Проекционный экран! – Не моргнув глазом под безлинзовыми очками соврала та.

– Проходите! Только скорее!

Оказавшись на улице, Варвара забросила бумажный пакет на алый спорткар Белоконя, и ударом кулака выпустила из него воздух.

– Ты когда свою коробку раскрыл, я уже думала, всё, спалились! – Обратилась она к Антону.

– Я как её взял понял, что внутри книги, а где они, там и архивная пыль… – Ухмыльнулся тот.

Они возвращались к оставленным машинам по залитой лунным светом дороге. Похоже, затея удалась, но щемящая боль в груди не оставляла Антона. Даже когда на его очередной вопрос, Варвара ответила, что на свежем воздухе ей стало легче.

– Вы тут без меня разберетесь? Дочь одна дома! – Спросила возле своего внедорожника Светлана.

Получив утвердительный ответ, она закинула свою сумку в багажник и прильнула к Антону губами. Поцелуй вышел далеко за границу дружбы, и наблюдавшая за сценой прощания Варвара даже удивленно вскинула бровь.

– Спасибо за помощь! – Освободившись от объятий, поблагодарил Звездочет.

– Не за, что! Зовите, если, что! До завтра! – Помахала она из открытого окна машины, не ведая, что ни завтра, ни на следующий не увидит Антона.

– Пойдём к тебе. Здесь слишком темно, чтобы заглянуть в коробку! – Обратился к Варваре Звездочет.

– Да! – Ответила та, и её глубокий, протяжный голос, звучащий как из глубины колодца не понравился Антону.

Двор, где оставила свою малолитражку журналистка, освещался лишь огнями далёкого жилого дома, да трехчетвертною Луной. Возможно, из-за этого тени казались вытянутыми и уродливыми. Сняв машину с сигнализации, Варвара распахнула её багажник, и Антон под слабый свет лампочки приступил к поискам. Пришёл его черед чихать от пыли, а в коробке лежали лишь журналы «Коммунист», роскошные издания с резолюциями съездов, несколько книг, да пожелтевшая газета.

– Ничего нет! – Обернулся Звездочет к своей спутнице. – Белоконь обманул Светлану, или…

– Глянь на дне… – Ответила та.

И правда, выложив журналы на инструментальный ящик, Антон увидел под ними сложенный, обтрепанный листок.

– Боже всемогущий! – Только и смог сказать он.

Но вместо того, что бы порадоваться, Варвара стала оседать.