Узоры тьмы - Кэри Томас

Она махнула рукой куда-то в конец коридора.

– Спасибо, не нужно, миссис Ричардс, – отозвалась Эффи. – Мы зашли навестить Мэнди.

– Проходите.

Они двинулись по лестнице на второй этаж. Мама Мэнди проводила их взглядом.

– Это было очень странно, – сказала Роуэн, когда они добрались до площадки.

– Погоди, это еще цветочки.

Эффи распахнула дверь в комнату Мэнди.

При виде ее состояния Анна ахнула. Комната и близко не напоминала ту аккуратную чистенькую комнатку, какой была, когда Анна в прошлый раз приезжала в гости к Мэнди. Повсюду были ее жуткие викторианские куклы, но у некоторых были отрезаны головы, вспороты животы или вырезаны какие-то символы и слова. Были тут и другие куклы, маленькие тряпичные, вроде той, что они видели в школе, только недошитые: вокруг валялись нитки, ножницы и прочие швейные принадлежности, а на полу, точно ряд гробов, выстроились пустые обувные коробки…

Мэнди лежала в постели, такая неподвижная, маленькая и хрупкая, что Анне внезапно стало все равно, чем она тут занималась, лишь бы с ней все было в порядке…

Мэнди зашевелилась, веки ее дрогнули и раскрылись. Поняв, что она в комнате не одна, девочка сделала поспешную попытку сесть, но сил не хватило, и она приподнялась на локте. Все сгрудились вокруг нее.

– Мэнди, что случилось? – выдохнула Анна.

– У тебя смертная болезнь? – воскликнула Роуэн.

Мэнди посмотрела на Эффи:

– Ты что, им сказала?

– Нет, я думаю, это кукла и твой обморок в школе тебя выдали.

Мэнди сморщилась, как будто не хотела все это вспоминать:

– Я до сих пор не могу в это поверить… как твоя рука?

– Болит, – отозвалась Эффи, – но ты выглядишь хуже, чем я.

Мэнди опустила глаза:

– Скажи им ты.

Эффи покачала головой и посмотрела на Анну с Аттисом и Роуэн.

– Мэнди комбинировала магию смерти с языком образов – куклами, чтобы контролировать окружающих.

Мэнди закрыла лицо руками:

– Это правда.

– МЭНДИ?! – пискнула Роуэн, но потом попыталась взять себя в руки. – Смертная магия и куклы, – это… это… это как смешивать белену с цикутой, два яда в одном…

– Я знаю, – отозвалась Мэнди тихо.

– Как это получилось? – спросила Роуэн.

– Помните тот вечер у ведьм Хада?

Мэнди по-прежнему не поднимала глаз.

– Такое не забывается.

– Когда я была одержима, это был самый восхитительный момент в моей жизни. Это была не я. Меня наполняло что-то еще, что-то могущественное и завораживающее и… Я всю свою жизнь сдерживалась и больше не хотела так жить. Я хотела снова испытать эти ощущения. Жить с этим могуществом. Пока вы танцевали, я выясняла все, что возможно, о смертной магии, читала их книги мертвых, фотографировала все заклинания, какие смогла найти. Я сказала себе, что не стану ничего из этого использовать, что это все исключительно в исследовательских целях, но потом, уже дома, я прочитала одно из заклинаний, и оно не выходило у меня из головы. Я играла с магией образов с того нашего общего сеанса, но у меня ничего не получалось. А это заклинание показывало, как можно объединить одно с другим – кукол и энергию духов.

– Энергия духов способна увеличивать силу любого заклинания, – сказал Аттис.

– Именно так, и это оказалось слишком большим искушением. Моя жизнь была по-настоящему удушающей, и мне хотелось получить хоть какое-то подобие контроля над ней. Я уже опаивала моих родителей магическим зельем, так что попробовать заклинание на маме показалось мне не такой уж и пугающей идеей. Вскоре мне подвернулась такая возможность: она порезала палец, и я утащила пластырь, на котором была ее кровь. Прядь волос и обрезки ногтей раздобыть было уже проще… – Тело Мэнди, казалось, съежилось, готовое провалиться внутрь постели, внутрь себя. – Я честно думала, что у меня ничего не получится, но… все получилось. Я наложила заклинание, и мама стала куда более сговорчивой. Я могла сказать ей, чем занимаюсь, и у нее не возникало никаких вопросов. Я могла уходить из дому когда захочу. Я могла общаться с вами. – Глаза ее расширились, став похожи на кукольные. – Это было… – Она усмехнулась со смесью радости и облегчения. – Впервые за всю мою жизнь я сама за себя отвечала. Я чувствовала себя… бесстрашной. Я начала шить тряпичных кукол, меленьких и незаметных, внутрь которых зашивала волосы, кровь и обрезки ногтей. Я всегда любила рукодельничать… ну и в общем, оно все само как-то так вышло…

Ее взгляд скользнул к обувным коробкам на полу. Анна заметила, что на них написаны имена. Родителей Мэнди. Карима. Некоторых учителей из школы.

– Давайте, – кивнула Мэнди. – Взгляните.

Роуэн открыла крышки коробок с именами родителей Мэнди. В них оказались тряпичные куклы с булавками, воткнутыми в глаза и уши.

– Это чтобы они меня больше не видели, – пробормотала Мэнди. – И слышали только то, что хотят слышать.

Роуэн открыла коробку, на которой значилось «КАРИМ». Тут булавка была воткнута в сердце.

– Это чтобы он хотел только меня, понятное дело.

Роуэн сняла крышку с одной из учительских коробок. Булавки торчали изо рта и рук куклы.

– Я научилась заставлять учителей ставить мне оценки, какие я хотела, и говорить то, что мне было нужно… К тому времени я обнаружила, что можно не заморачиваться кровью и обрезками ногтей, пряди волос вполне хватало. Я думала, это потому, что моя сила растет… но, разумеется, моя сила была тут совершенно ни при чем. Это был дух… духи… не знаю точно, какая сущность действовала через меня. Вскоре я поняла, что это из-за них я плохо себя чувствую. У меня не было возможности достать спиритический порошок, и поначалу я принимала некоторое меры предосторожности… возводила защитный круг, но потом плюнула. Мне было все равно, – произнесла она ровным тоном. – Единственное, что меня интересовало, – это чтобы заклинания действовали, а я могла делать все новых и новых кукол и поддерживать это ощущение власти. Я не знала, как остановиться. – Ее пальцы судорожно сжались, как будто она даже сейчас с трудом сдерживалась. – До тех пор, пока Эффи обо всем не догадалась.

– Думаю, мы все подозревали, что что-то происходит, – сказала Эффи, – но у меня было ощущение, что это что-то плохое… Я приперла Мэнди к стенке, и она созналась.

Мэнди сокрушенно покачала головой:

– Я с чего-то решила, что Эффи будет на моей стороне…

– Не поймите меня неправильно, – отозвалась Эффи, – я люблю темную магию, но только если она тебя не убивает, а она тебя убивала, Мэнди.