Живой проект - Дарья Еремина

— Могу я еще чем-то помочь?

— Помочь?! Вы просто исправили свой недочет! Ожидаете благодарности и аплодисментов? Здесь нет камер, над головами не кружат гелики! Для кого вы рисуетесь?

Не понимая, что может ответить в этой ситуации, Михаил предпочел ретироваться. Только входя в кабинет, он понял, что не отключал внутренние переговоры и их разговор мог услышать любой из оперативной группы Андрея, а значит и далее — Григорий и операторская, а значит и запись и черт знает что еще далее.

Анна с минуту стояла неподвижно, обалдевая от собственной смелости. Потом воспользовалась поисковиком Михаила:

— Вика, спроси у Марии: вы уже ужинали?

— Михаил Юрьевич будет ужинать через десять минут, — ответил голос Марии. — Он распорядился накрыть и на вас.

— Я не хочу с ним ужинать.

— Хорошо, я передам, что вы не голодны.

— Но я голодна!

— Тогда как мне поступить?

— Я могу поесть на кухне, в комнате?

— На кухне я накрыла для сотрудников Андрея, так же как и в доме охраны. В комнаты с едой Вика не пустит, это давнее распоряжение Михаила Юрьевича.

— Ненавижу этот дом! — прошипела Анна, беспомощно сжав кулаки. — Вика, ты бездушный цербер!

— Совершенно верно, — легко согласился поисковик.

Через несколько минут выйдя к ужину, Анна застала разговор людей Андрея, замерших посреди лестницы:

— Спроси у юристов, нужно знать точно.

— Да я точно тебе говорю!

— Это не будет каким-нибудь превышением?

— Ну, заплатит он. Отстреливать-то имеем право!

Обратив внимание на спускающуюся девушку, оба мгновенно расплылись в улыбках. Один из ребят картинно поклонился. Анна еще больше нахмурилась, но все же уточнила:

— Кого вы отстреливать здесь собираетесь?

— Неугодных поклонниц шефа! — тут же нашелся уже знакомый Максим.

— Не хамите, ребят.

Никто не заметил появившегося у перил Михаила и улыбки мгновенно сползли с лиц.

— Извините, Михаил Юрьевич.

Михаил не ответил, чего-то ожидая. Анна тоже не понимала, чего еще он от них хочет.

— Ну, не будем сексистами, ответьте девушке на поставленный вопрос, — усмехнулся он невесело.

Анна мгновенно покраснела и перевела взгляд на мужчин двумя ступенями ниже, на лицах которых отразилось явное и однозначное свидетельство того, что устроенная ею взбучка президенту холдинга не была приватной. Пытаясь проглотить тут же вставший в горле ком и удержать втягивающуюся в плечи шею, Анна аккуратно просочилась между сотрудниками СБ и прошла в гостиную, где Мария накрыла ужин, как назло, на двоих.

— Простите, я была неправа, — осмелилась она прошептать минут через десять, прикончив ужин и не почувствовав ни вкуса, ни удовлетворения голода.

Михаил не хотел смущать ее еще больше, а потому не заговаривал и не смотрел на нее во время еды. Теперь он поднял взгляд и принял извинения:

— Отчего же, ты права до последней буквы.

— Я не думала, что кто-то мог услышать…

— Я не отключал связь с оперативной группой, — признался он. — И я предупреждал тебя еще два месяца назад: все, что может быть увидено и услышано — будет увидено, услышано, записано и зачастую еще и выложено в сеть.

Анна опустила голову.

— Что они теперь будут думать?

— Что тебе позволено так со мной разговаривать.

* * *

Анна выпила снотворного и провалилась в круговерть с летающими по бледно-розовым облакам особняками, пылящимися в ангаре самолетами, вездесущими, почему-то ползающими по невидимой плоскости, журналистскими геликами, безымянным гробом и Ронни. Собака и вывела ее из сна.

— Тихо-тихо, — услышала Аня голос Михаила, успокаивающего радовавшегося его пробуждению пекинеса.

Скосив взгляд к часам на периферии зрения, Анна перевернулась на живот и уперлась ладонями в лоб. Легкая вибрация на шее под ухом заставила ее сесть.

— Я сел, — отчитался Гарик.

— Давай, я тоже встаю. Тут охрана усилена, так что не торопись и не опаздывай. Ждем тебя к десяти.

— А раньше и не получится. Ты не догадалась за мной машину прислать?

— Слушай, халявщик! Тебе мало платят? Возьми такси!

Анна отключилась, чтобы Гарик не успел вытрясти с нее денег на такси.

— Вика, на кухне кто-нибудь есть?

— Да, три сотрудника службы безопасности.

— И что они делают там в шесть утра?

— Играют.

— Да ладно! Во что?!

— Шутер.

— Они в очках?

— Да, Анна.

— Вот и хорошо. А Михаил Юрьевич куда пошел?

— Михаил только что спустился в бассейн.

— Слушай, а если бы он в туалет пошел, ты бы тоже ответила?

— Да.

Анна тряхнула головой и потянулась.

— Вика, если бы мой поисковик так откровенничал с чужими людьми, я бы его кастрировала.

Лишней секунды не потребовалось, чтобы из динамика под потолком послышался хрустальный смех незнакомки.

— Чьим голосом ты говоришь, Вика?

— Ксении Великотской.

— Кто это? — Анна покопалась в сумке и достала джинсы и толстовку.

— Певица.

— Покажи мне ее, — попросила девушка, заходя в уборную.

— Вы не расшарены, Анна, а в этой комнате стены не интерактивны.

— Удивительно! — пробубнила Анна, убирая волосы в хвост. — В сортире дома президента не интерактивны стены! Мария уже поднялась?

— Да.

— А ты можешь называть меня тоже на «ты»?

— Конечно, благодарю за доверие.

— У тебя самый приятный голос из всех предлагаемых. Жаль, у «Руси» такого нет! Я бы поставила его, когда выбирала голос для своего поисковика! Мне кажется, мы могли бы подружиться, если бы ты была живым человеком.

— Спасибо, Анна. Это лестно. Данный голос является эксклюзивным и отсутствует в базе голосовых настроек для поисковых систем.

— Кто бы сомневался! — Анна уже вышла из уборной и натягивала джинсы, когда на стене появилось изображение Ксении Великотской. — Понятно. Я не видела, чтобы Михаил Юрьевич слушал музыку, и у него точно нет времени на походы по концертам. Как этот эксклюзивный голос оказался у тебя?

— Это был подарок Ольги Карповой на двадцатипятилетие Михаила.

— Вот теперь все встало на свои места, — удовлетворенно кивнула Анна, докопавшись до сути.