Император. Прогрессор. Маг - Игорь Дикарёв

— Существа? Не знаю. Хотя нет, знаю. Но это так, глупости всё.

— Ты давай не выпендривайся, рассказывай всё, что знаешь, а я уж сам решу, что глупость, а что нет.

— Хорошо. Расскажу. Мы с друзьями часто друг другу страшилки всякие рассказывали про привидений и всякое такое. Про Стокс тоже одна страшилка ходила, что один маг сошёл с ума и повесился на дереве в горах. А там место плохое было, ещё древние что-то нехорошее в том месте устраивали. Так вот, тот маг, когда повесился, не умер, а превратился в лича и убивал всех, кто придёт в тот лес.

— Интересная история. Ещё что-то знаешь?

— Только то же, что и все остальные, что на Стоксе была наша база, где корабли пополняли припасы. На базе были склады, внутри которых еду хранили, смолу, верёвки, доски, маннит и всё такое…

— Оло, подожди. Маннит хранили? А из-за него существа могут стать гигантскими или получить магическую силу?

— Ну… Даже не знаю. Чувствительность к магии точно может проснуться. То есть, если в еду животным регулярно добавлять магический порошок, то смогут чувствовать его на расстоянии, а может даже научатся отличать обычных людей от магов. А сами не должны магическую силу получить. Наверное.

— Это хорошо, что не должны. А с острова всех магов и весь маннит вывезли?

— Не знаю, я ведь когда наши в другой мир через врата ушли, уже сбежал из Олода, с вами вместе был. Не знаю я, что они делали.

— Жаль. Но если вдруг что-то вспомнишь важное, то сообщи. Ты всё-таки среди нас больше всех знаешь о магии и Олоде, так что просвещай нас при каждом удобном случае.

— Хорошо, дядя Саян.

— А не мог где-нибудь в лесу секретный полигон находиться, где какие-нибудь опыты проводились?

— Не знаю, — грустно вздохнул ребёнок.

— Ладно, ясно. И на том спасибо.

Я выключил артефакт, висящее в воздухе изображение Оло растворилось. Если до разговора с мальчиком у меня были какие-то предположения на счёт происхождения чудовищ, то теперь я терялся в догадках. Возможно, где-то в глубинах острова был склад маннита, который всё же повлиял на животных, заставив их вымахать до огромных размеров и заполучить необычные способности. Если так, то мне теперь однозначно нужно прочесать джунгли, убить всё опасное и поискать склад, о котором никто почему-то не спешил рассказывать. Придётся с пристрастием допросить старосту. Если кто-то на острове и знает что-то о находящихся на острове ресурсах, то это он.

Хайм, судя по заспанному лицу, давно уже дрых, а я разбудил его своим визитом. Теперь он недовольно таращился на меня красными глазами, держа в руке горящую свечу.

— Чего надо? — самым наглым образом поинтересовался он.

— Шоколада, пудов пять или шесть, больше мне не съесть.

— Чего?

— Ничего. Может быть, в дом для приличия пригласите или так и будем через порог разговаривать?

Мы вошли внутрь тростниковой хижины, внутри которой было самое простое убранство — тростниковый стол и две кровати из того же материала, стоящие по обе стороны хижины. Между ними, позади стола, стоял окованный медью сундук, а из стены возле двери торчали несколько кольев, использовавшихся в качестве вешалок. Хайм присел на одну из коек, поставил на стол зажжённую свечу. Я сел напротив него.

— Чего хотел-то, ночной гость?

— Вопросы у меня есть. Насчёт чудовищ. Что вам известно о них и знаете ли вы что-то о складе маннита в джунглях, и если да, то почему раньше мне ничего не рассказали?

Староста помолчал какое-то время, будто обдумывая, с чего начать, а потом заговорил:

— Да не знаю я толком ничего! Когда маги здесь были, у них где-то за лесом база была в горах. Они туда время от времени какие-то чудные сундуки таскали, а бывало так, что оттуда что-то в ларцах притаскивали и на кораблях увозили. Иногда оттуда грохот или рёв какой доносился, но как маги ушли, так затихло всё. Но обычным островитянам они всегда строго-настрого запрещали ходить в те края и даже говорить о них. Потому я и не рассказывал, да и говорить особо нечего. Я знаю, что из леса приходят чудовища, вот это и сообщил тебе. А зачем и почему, мне неведомо, потому умолчал об остальном. А вообще мы даже лес не извели в той стороне, потому что боялись соваться в те края всегда, да и запрещали нам.

— Это всё?

— Всё.

Странно, что я решил, будто старик знает что-то полезное. Но если не знает он, то не знает никто. Придётся получше вооружаться и топать с утра в джунгли, полагаясь на авось. Но сегодня, прежде чем отправиться спать, мне нужно было сделать ещё кое-что.

Я отправился в дом, где жила сестра Марона. Несмотря на позднее время она ещё не спала.

— Как он?

— Так же. В себя не приходит, дышит, кожа горячая.

— Понятно. Пустишь? Есть у меня пара мыслей, как можно ему помочь.

Сестра Марона впустила меня внутрь. Я достал из рюкзака голову стратега, с помощью инструментов знахаря с трудом отделил нарост на черепе твари от кости. Затем отломал кусок нароста, положил в ступу, принялся изо всех сил толочь. Спустя несколько минут получилась жутко вонючая каша, консистенцией и цветом схожая с шоколадной пастой из моего родного мира. Однако пробовать её на вкус по доброй воле я бы никому не советовал. Немного подумав, я извлёк из кармана последнюю горошину маннита, что оставалась у меня и истолок её тоже.

— Вот, — произнесла сестра Марона и протянула мне два каких-то душистых порошка в небольших горшочках.

— Это что? — спросил я.

— Добавь их тоже. Марон говорил, что они целебные.

Не будучи уверенным в правильности рецептуры, я всё же решил добавить и эти ингредиенты в смесь. Затем среди множества склянок, ориентируясь по запаху, нашёл пробирку с самогоном, добавил и его, чтобы разжижить получившееся месиво. Немного подумав, прочитал простейшее заклинание лечения и направил его на получившееся зелье, после чего влил субстанцию в рот знахаря.

Всё. К завтрашнему вечеру или очнётся, или сдохнет к завровой матери.

Была уже глубокая ночь,