Афган - Сергей Линник

– Представили тебя, Панов, к Красной Звезде! А Тихонова – на «Отвагу» подали. Сорока на хвосте принесла. Майора вашего – вообще к «Знамени», подполковником станет!

– А ранение у Тихонова? – спросил я. – Там же по статуту…

– Зубы потерял? Контузия, мне доложили, была? В госпитале лечится? Вот тебе и ранение. Главное, чтобы бумаги правильно оформили, а там и чирей пойдет в дело, если грамотно описать.

Женщин увели заселяться. И не куда-нибудь в палатку, а в отдельный щитовой домик, да еще с кондеем, а я пошел сдавать автомат в оружейку. Только сначала каптерщик потребовал почистить АКСУ, и это заняло прилично так времени. Ибо на меня с вопросами насел Капец.

– Что, страшно было?

Старший лейтенант выставил на стол фляжку с самогоном, высморкался в платок.

– Что-то ты плохо выглядишь, – заметил я, присмотревшись.

Толстяк прямо весь горел – красный, глаза слезятся.

– Да что-то с утра прямо ломит всего.

– Может, тогда без этого? – я кивнул на фляжку, разбирая укорот. Руки помнят, любой, кто это дело разбирать-собирать учился, в норматив уложится, даже будучи сильно пьяным. Порядок прост – отсоединил магазин, снял с предохранителя, щелкнул затвором. Ну а потом вытащил шомпол, отсоединил крышку ствольной коробки и всё прочее. Спрашивается, зачем я это делал? Можно было тупо плюхнуть масла, а потом поелозить ветошью в стволе. Всё равно сдавать. А у калаша, даже если от нагара заклинило, достаточно ногой дернуть затвор – и дальше стреляй. Себестоимость автомата копеечная для государства, если что, старые переплавят, новые сделают. Но это считай – старая психология. Я теперь в армии, и надо воспитывать в себе новый подход. Какой? Оружие – это, может, не святое, но где-то рядом. И жизнь спасает, и уважение сослуживцев завоюет. Даже для врача. Конечно, старшина носом тыкать не будет, как новобранца, но я даже для себя почищу.

– Да не, надо выпить, – Капец хлебнул из фляжки, протянул ее мне. – Скоро обед, как раз и закусим. Сегодня борщ обещали.

Я сделал вид, что пью, начал чистить ствол.

– Если пневмония – сразу попрошусь в Кабул, – принялся рассказывать мне лейтенант свои планы. – Пару недель отлежусь. А ты за меня тут порулишь.

Хорошо устроился…

– Тут часто бывают пневмонии?

– Обычное дело. Пустыня, резкий перепад температур. Днем жара, ночью дубак. Бойцы в дозорах снимают форму, цепляют бронник на голое тело. А тут раз, солнышко зашло, холодрыга. Не успеваем антибиотики завозить.

Капец посмотрел на мои кроссовки.

– Смотрю, ты уже прибарахлился. Тебе же еще не выдавали денежное довольствие?

– Трофеи на духах взяли. Твои помою, отдам.

– Красавчик. Еще и орден получишь.

– А знаешь какой ценой?

Рассказал лейтенанту, как добивал бородачей, стрелял в лошадь.

– Да… дела. Чем больше я тут сижу, – Капец опять прихлебнул из фляжки, понизил голос, – тем больше понимаю. Ни хрена нам тут не светит. Местные плодятся как мухи, двух убил – трое новых встали в строй. Да еще озлобленных, тут же кровная месть, как на Кавказе. Границу с паками не перекрыть – горы. Значит, оружие будет дофига и больше. Опять же американцы.

Этот разговор мне нравился все меньше и меньше. Как бы Капец не для Карамышева меня прощупывал. Сейчас ляпну чего – а там рапорт сразу. Ведет подрывные разговоры. Если ты параноик, это еще не значит, что за тобой не следят.

Я дочистил автомат, собрал.

– Ладно, потом поболтаем – на обед скоро. Схожу в оружейку, сдам.

– Не вздумай на развод в кроссовках! Кубарев на говно изойдет.

В столовой уже шла раздача, я направился к нашему «медицинскому» столику. Опа! Все три «пустынные феи» были на месте – поглощали борщ. И рядом вся элита – Георгадзе возле Тони, Кубарев протирает ложечки салфетками для Фурцевой, а Женьку окучивает Бубнов. Что-то шепчет ей на ушко. Соревноваться с начальником эвакуационно-санитарного взвода мне будет сложновато. У него бицепс, как у меня бедро. Ладно, что-нибудь придумаем.

– Андрей, я тебе местечко заняла! – Ким увидела меня, помахала ладошкой. Справа от девушки и правда был свободный стул с женской сумкой.

Предусмотрительная! Я пригляделся к дамам – накрасились почти как афганки. Оно и понятно – первый выход в кандагарский «свет».

Женя убрала сумку, я сел за стол. Дневальный принес мне борщ, хлеб, поставил компот из сухофруктов.

– А на второе что? – поинтересовался я у Бубнова.

– Сосиски с макаронами, – буркнул Петр.

– А мы конину попробовали, – повернулась к нам блондинка. – У тех афганцев… ну которые… помните? Вяленое мясо…

– Это ты для этого лошадку пристрелил? – Петя пошел в атаку, играя бровями и поглядывая на Ким.

– А ну цыц! – сразу заткнул его Георгадзе. – Я бы на тебя посмотрел, герой, в бою.

– Первый же рейд, и я еду! – завелся Бубнов.

Атмосфера за столом напряглась. С чего петушится? Я попробовал борщ – вкусно. Только сметаны не хватает. Посмотрел на Женю. Она мне подмигнула. Смешливая девочка, ничего ее не берет.

– Конина очень диетична, – Тоня попыталась сгладить ситуацию. – Ее даже диабетикам рекомендуют.

Слава богу, разговор перешел на еду. Кто что любит, чего афганского можно тут есть – все эти пловы, манты и прочие шашлыки. Георгадзе, разумеется, отстаивал достоинства кавказской кухни. Настоящие шашлыки только в Грузии, манты здесь не манты, а так, смех один, аджапсандали даже рядом не стояли с теми, что делает мама из кабачков дома. Ну мамина еда она завсегда лучше. Тут даже спорить не о чем.

– Мне мороженого не хватает, – вставил я свои пять копеек. – Эскимо, а еще лучше «ленинградского». В шоколадной глазури…

– Черный хлеб! Ржаной!

– Глазированные сырки!

Посыпался список кулинарных бедствий коллег. Снабжение группы войск было на уровне, но армейская еда есть армейская еда.

– Скажи-ка, Панов, – внезапно оживился зам Георгадзе Кубарев, – а тебе не жалко было добивать афганцев?

Вопрос с гнильцой. И откуда только знает? Уже все доложили в бригаду? Да еще в таких подробностях?

Коллеги перестали есть, все смотрели на меня с напряжением. Даже Ким. Тут надо аккуратно.

– Евгений Александрович, майор Арашев был тяжело ранен. Фельдшер Тихонов контужен. Я отвечал за всех. И за женщин в том числе.

Ага, подействовало. Врачи начали переглядываться.

– Если бы я не добил духов – они бы навели на нас новый отряд. Или даже пустили пулю в спину. Вы бы на моем месте как поступили? Организовали бы нашими силами эвакуацию раненых бандитов? Начали оказывать первую помощь?

Безотказный вариант – давай, Кубарев, расскажи нам, как бы ты сам действовал.

– А что, товарищи, сегодня в полковом клубе