Дилижансом, дирижаблем - Степан Кулик

– Ах, вот оно что… – Александр облегченно вздохнул. – Слава богу, наконец-то разобрались. Я уж и не знал, что обо всем этом думать. Машенька, милая, вы нас не так поняли. Уверяю – между нами не пробежала черная кошка и у нас нет причин для дуэли. А умение Родиона Евлампиевича мы обговаривали совершенно по другому поводу…

Дальнейшие объяснения князю пришлось прервать, поскольку из сада с тявканьем выметнулась немецкая овчарка, оббежала вокруг кабриолета и замерла. Делая стойку на господина Зеленина. Пара сторожевых псов, дожидающихся в вольере когда их выпустят на ночь, тут же вскочили и для острастки несколько раз облаяли чужака. Но служебный пес даже ухом не повел в их сторону. Он выследил свою цель и теперь дожидался проводника.

Полицейские не заставила себя ждать. Топоча сапогами, как целое стадо, придерживая шашки, из сада выбежало четверо городовых. Один из них держал в руке собачий поводок.

– Каштанка! Фу! Сидеть!

Но, ищейка и сама уже вернулась к хозяину, перед этим предупреждающе тявкнув на Родиона. Чем немедленно вызвала басовитый лай из вольера.

– Господа! – старший городовой шагнул к машине. – Прошу прощения, сударыня… Признаться, я в полнейшем недоумении, но Каштанка никогда прежде не путала след. Поэтому…

– Черт возьми! Кто-нибудь объяснит мне, что здесь происходит?! Пожар? Наводнение? Или кого-то убивают?

На пороге дома возник, нервно кутающийся в бархатный халат, заспанный Павел Дормидонтович. И, судя по тому, как вокруг него увивались лакеи, разбуженный неожиданным шумом, надворный советник пребывал в прескверном состоянии духа.

– Разрешите доложить, ваше высокоблагородие?! – взял под козырек старший городовой. Низшие чины тоже вытянулись во фрунт.

– Ну?…

Павел Дормидонтович шагнул на пару ступеней вниз.

– Городовых высвистел ваш дворецкий… Которому послышался подозрительные крики и возня рядом с вашим садом…

Надворный советник перевел нахмуренный взгляд на старшего лакея и тот торопливо закивал, как китайский болванчик.

– Продолжай…

– Тревогу подняли не даром. Рядом с «черной» калиткой обнаружено два неизвестных трупа.

– Ой!

– Машенька?! А ты что тут делаешь? – Долгопятов торопливо сбежал вниз и тоже встал рядом с паромобилем князя. – Александр Даниилович, я требую объяснений!

– Павел Дормидонтович, ничего предосудительного, – приложил руку к сердцу князь. – Клянусь честью. Мы с Родионом Евлампиевичем как раз собирались уезжать. А Мария Павловна вышла пожелать нам счастливого пути.

– В таком виде? Машенька! Как тебе не…

– Не слушайте их, папенька! Они стреляться хотели!.. Я случайно услышала! Сами понимаете, некогда было одеваться.

– Дуэль? В моем уезде? – тяжело засопел надворный советник. – Господа, право слово, это чересчур! Александр Даниилович, голубчик, вы не настрелялись еще? В столицах? Или решили в такой способ напомнить о себе Его Императорскому Величеству? Вряд ли ваш папа одобрит такое…

Тут он вспомнил о докладе городового и повернулся к нему.

– Те двое, тоже дуэлянты?

– Никак нет, ваше высокоблагородие! – продолжил рапорт тот. – Один труп застрелен, а второй зарублен. Не похоже на поединок… Если только не дрались два на два. Но, покойники не дворяне. Башибузуки халифатские, и к гадалке не ходить.

– Ну, а ко мне вы зачем посреди ночи всей гурьбой приперлись?

– Так, это… Ваше высокоблагородие, господин уездный исправник… Осмелюсь доложить… – еще больше вытянулся старший городовой. – Каштанка по следу шла.

– По какому еще следу?

– Который преступники оставили. Сперва во флигель купца Семенова нас затащила. Где, как мне доложили, квартирует господин Зеленин. А после – опять таки по следу – сюда. Ну и вот… Сами изволите видеть… – старший городовой указал на заднее сидение кабриолета, где замер Родион. Еще не решивший: признаваться или все отрицать.

Павел Дормидонтович посмотрел в его сторону, потом на князя, потом на притихшую Машеньку и только после снова повернулся к городовым с собакой.

– То есть, ты хочешь сказать, голубчик… – голос надворного советника упал до шепота. – Что их сиятельство князь Катакази и всеми уважаемый в Измайловском уезде коммерсант, господин Зеленин, прямо из-за стола вышли на улицу, убили двоих прохожих, а потом снова вернулись ко мне на именины?

– Никак нет, ваше высокоблагородие… – городовой тянулся как струна, хотя, судя по выражению его лица, предпочел бы стать ниже карлика. – Но собака…

– Ну-ка, дыхни…

– Павел Дормидонтович, – решил разрядить накаляющуюся ситуацию Родион. – Если позволите, я попробую прояснить ситуацию.

– Будьте так добры, Родион Евлампиевич… – уездный исправник сунул старшему городовому под нос кулак. Каштанка, видя что дело не шуточное, спряталась за сапогами остальных полицейских.

– Видите ли, как я понимаю имеет место простейшая логическая ошибка. Которая гласит, что «после этого, не значит – вследствие этого». Полицейская ищейка взяла наш с князем след, поскольку мы, не больше часа тому, действительно проходили улицей, направляясь ко мне домой. Затем – вернулись сюда, к машине его сиятельства. Так что собаку винить не в чем. А теперь, позволю себе спросить у господ полицейских. Скажите, если на место происшествия отправить другого пса, чей след он возьмет теперь?

Старший городовой озадаченно почесал затылок.

– Это… наш… получается… Мы там изрядно наследили.

– Так что, голубчик, вы сами признаетесь в двойном убийстве или еще кого поищите?

Полицейские растерянно переглянулись.

– Что, сучьи дети, съели? – расхохотался надворный советник. – Пошли прочь, болваны! И завтра с утра чтобы становому приставу доложили по всей форме об этом казусе. Проверю… А вам Родион Евлампиевич в адвокатуру надо идти служить. Право слово, успех гарантирован. Хотите, замолвлю словечко?

– Премного благодарен, Павел Дормидонтович, – отмахнулся тот. – Мне и мой кусок хлеба с маслом горло не дерет.

– Ну, нет, так нет… – снова посерьезнел Долгопятов. – Оставим трупы умерщвленных покойников полиции и вернемся к нашим делам. Я по-прежнему жду объяснений. Что еще за дуэль такая затевается? По какому случаю?… И почему моя дочь рядом с вами… в неглиже?…

– Павел Дормидонтович, – понимая, что разговор надо заканчивать как можно скорее, иначе он может свернуть в нежелательное русло, Александр решил использовать ситуацию с максимальной выгодой и, заодно, отсечь все лишние расспросы. – Я хотел просить руки вашей дочери. Сразу, после того, как отец вернется из столицы. Чтобы все чин по чину… Но, раз уж случился такой конфуз… и вы настаиваете, то – я готов прямо сейчас. Благословите сватов засылать?

Его слова произвели надлежащий эффект. Если секунду тому каждый думал о чем-то еще, то теперь любые трупы, убийства и прочая полицейская суета отошли на самый дальний план.