Путь к цели - Дмитрий Султанов

– Сюда, – хриплый голос пленника звучал совсем плохо. Может, я попал не только в плечо? Из его раны в ноге стала капать кровь, оставляя небольшую и редкую цепочку следов. Я был в таком же состоянии, сосредоточенный на том, чтобы банально дойти.

И путь нас привел к одной из обычных высоток, на углу которой без всякой вывески был спуск в подвальное помещение. Вход в него преграждала массивная металлическая дверь, даже на вид способная выдержать очередь из винтовки. Причем вполне возможно, что не одну.

– Вот сюда, – ткнул пальцем главарь, сильно шатаясь, – пойдем быстрее, а то мне нехорошо что-то.

– Постой, мне надо осмотреться, – потянул я его в сторону от основной улицы. Прохожих практически не было, и мы остановились прямо напротив этой клиники, возле громадного мусорного контейнера, заполненного полностью и даже с горкой. Часть мусора была разбросана вокруг, словно жители не заморачивались чистотой. Еще раз осмотрев нужный объект, я снова огляделся вокруг.

Высокие жилые здания с хаотично разбросанными граффити нависали над неширокой улицей. Часть окон была заколочена, в других же светился свет. Многие обладали решеткой, невзирая на высокие этажи. Но оно было понятно – в этих зданиях, набитых словно муравейники, доверия к соседям было немного. Неизвестно, что могло прийти в голову человеку под дурью.

– Это то место, клянусь. Мне уже самому плохо, не тяни, пожалуйста, – прохрипел слабым голосом мой пленник. Я кивнул на его слова, ведь выбора действительно не было. Придется довериться. И уже не смотря на него, нажимаю на курок. Выстрел приглушенно раздается на улице, но прохожие, оглядываясь по сторонам и не видя непосредственной опасности для себя, просто продолжают свой путь, не пытаясь искать неприятности для себя. Район давно отучил от этого.

Тело главаря тяжелеет, и я аккуратно облокачиваю его на стену, размещая в сидячем положении. На лице мертвеца застывает удивление и вопрос – за что? Но это решение я принял сразу, как мы сюда отправились. Страшное, но рациональное, а свои муки совести я стараюсь приглушить мыслью о спасении Софии. Ее необходимо найти. Вот только главное, чтобы не растерять себя самого на пути к этой цели. Дергаю головой, словно вытряхивая все мысли, и наконец двигаюсь в сторону клиники. Меня качает словно пьяного, и сил уже практически не осталось, но все же я на месте. Звонок в дверь, и замираю в ожидании. Надеюсь, это нужное место.

– Я вас слушаю? – через небольшие динамики раздается слегка искаженный мужской голос, а я словно чувствую, как на мне фокусируется его взгляд сквозь оптику скрытой камеры.

– Мне нужен доктор и срочно, – с трудом отвечаю я, – деньги есть.

Ответа приходится ждать секунд двадцать. И все это время на меня все с большим давлением начинает наваливаться откат от стимуляторов. В какой-то момент мир качнулся, и я с трудом удерживаю равновесие, опираясь на металлическую дверь.

– Проходите в тамбур. Оружие сложите в ящик, справа от вас, – голос доносится словно через вату, и я не сразу осознаю услышанное. Щелчок в замке двери, и мне приходится с заметным усилием потянуть ее на себя, чтобы открыть. Двадцатисантиметровая толщина ее внушает, и я шагаю внутрь небольшого тамбура, где через два метра находилась вторая такая же преграда.

Сзади с глухим звуком закрывается дверь, а над головой сильнее разгорается единственная лампа. Боковой ящик выезжает на электроприводе, словно приглашая бросить туда все опасное. И мне приходится подчиниться. Сил остается немного, и поэтому я не пытаюсь достать оружие из сумки, забрасывая ее туда целиком. Следом идет пистолет. А вот зажатая в руке граната словно прилипает к ладони, не желая расставаться со мной. Единственная гарантия безопасности. Мир снова качается, и я ее чуть было не роняю на пол, благо хоть не активирую.

– Все оружие в ящик, без исключения. Гранаты это тоже касается, а иначе просто бери и там ее сразу подрывай. Двери выдержат, разве что краску придется обновить, – мужской голос из динамиков сух и тверд, – и если бы я хотел причинить вред, то мог сделать ранее, а не дожидаться, как ты прикончишь того бедолагу и бросишь труп прямо у моего входа.

Его голос словно вбивает в меня раскаленные гвозди, напоминая про недавно совершенные хладнокровные убийства. Ладонь разжимается, и граната исчезает в ящике, а затем и он сам скрывается в стене. Мужской голос что-то говорит еще, но мои силы закончились. Я падаю на пол, а глаза начинают закрываться еще раньше. В какой-то момент меня начинают тормошить. Рядом доносятся неразличимые слова, но до сознания ничего не доходит. Мое безвольное тело подхватывают и кладут на что-то холодное. Делаю над собой усилие и произношу напоследок то, что я обдумывал всю дорогу к врачу:

– Мне нужно лечение и боевые протезы. Последние важнее.

Расплывающийся контур мужского лица с мощными усами будто кивает, и я разрешаю себе расслабиться, отдаваясь темноте.