Параллельщики - Татьяна Буглак

– Люди… В том и дело, что в реальности к нам попадают только люди. Миша придерживается мнения, что действия исконников вырывают из других миров, или вселенных, если хотите, только людей и что основные методы воздействия исконников не соответствуют тем фактам, которые мы знаем о первом эксперименте. Мара, вы ведь хорошо помните первую зону? И все данные по ней? Каким количеством энергии могли располагать наши предшественники? В лучшем случае это соответствует тому электричеству, которое сейчас потребляет один дом-«свечка». И какой результат? А техника исконников выкачивает энергию целого города и не может сделать ничего, кроме кратковременной материализации призраков и блокады.

– Вы преувеличиваете. – Маргарита Васильевна слегка поморщилась.

– Не я, это теория Миши. – Павел Иванович отставил пустую чашку. – Он думает, что можно переносить сюда не участки иного мира, а… «проложить тропинку» между мирами, если позволите образное выражение. Как видите, он оказался прав. Простите, Ната, я сейчас говорю о теории, а для вас это – жизнь. Но теорию Миши сейчас разрабатывают ведущие ученые страны, так что…

– Теория – это теория. – Мара тоже отставила чашку. – А меня интересует жизнь. И люди. Я все же не могу понять, чем вам наши ребята не нравятся.

– Нравятся, – отвечала я честно: местные парни мне на самом деле нравились, тем более Хаук, Поп и Лаки, и я тоже не понимала, почему девушки сторонятся их. Даже доброжелательная ко всем Кью, принимая Попа, несколько напрягалась в компании Хаука и Лаки. Только Фо без особых заморочек дружила с этой троицей, а с Попом вообще могла по-детски подраться из-за диванной подушки или добавки к ужину, правда с Лаки и тем более с Хауком она себе таких вольностей не позволяла, да и они не особо стремились к детсадовским дурачествам, хотя посмеяться тоже любили. В нашей компании.

– Так если нравятся, то… – Заведующая не договорила, потому что в примкнутую на время чаепития дверь постучали. Пора было возвращаться к работе.

Мара пошла открывать, я собирала для мытья посуду, Павел Иванович отошел к привычной для него старомодной (и надежной) картотеке, перед этим взглянув на меня:

– Не волнуйтесь, Ната, все образуется.

* * *

Я вернулась к работе, машинально сканируя выходные данные брошюр и внося их в каталог, но думая не о текущих делах, а о прошедших трех месяцах.

Тогда, в начале июня, мне пришлось многому учиться с авральной скоростью, особенно навыкам библиотекаря. Мало того что я не знала особенностей профессии (это лишь кажется, что библиотекари только улыбаются посетителям, дают книги и требуют соблюдать тишину), так еще и другая операционная система на компьютерах, немного иное расположение клавиш на клавиатуре, разработанное не под стандартно-уравнительный международный вариант, а именно под русских. Кому интересно – попробуйте откопать советские калькуляторы и понять, как что работает. Вроде бы все просто, но ведь все уже привыкли к другим обозначениям, другим движениям пальцев. Выработавшийся с детства рефлекс очень сложно изменить. А тут иным, пусть и столь же удобным, когда разберешься, оказывалось все. Как и сама операционная система, которую здесь начали разрабатывать тогда же, когда и Windows у нас, причем операционка эта была русской. Вопросов совместимости не побоялись, людей талантливых подключили, и в результате вышло все очень даже неплохо: несколько пакетов программ для разных потребителей – от обычных домохозяек до спецслужб – были именно русскими, да и в других странах пользовались популярностью, к примеру в Индии, а это ведь огромный рынок сбыта.

Но все эти плюсы совсем не помогали мне освоить новую технику, особенно когда и работать приходилось не по профессии, и помочь было некому: Маргарите Васильевне как раз в это время пришлось уехать в Москву, Павел Иванович сам с такой техникой не очень дружил, а Фо и парни работали. Вот и получилось, что вместо недели на освоение своих обязанностей я потратила почти месяц, а полностью втянулась в работу только к концу лета.

Сложности возникли и со многими другими мелочами, из которых как раз и состоит жизнь: как выбрать нужные продукты, определить размер одежды и обуви (обычных для меня «эсок», «элек» и тому подобных международных обозначений не существовало, ведь практически вся одежда производилась в России), да даже как оплатить проезд в транспорте. У нас тоже кое-где к тому времени ввели электронные карты, браслеты и сходные с ними вещицы, но, в основном, в мегаполисах, а так: «Передайте за проезд, пожалуйста». Теперь же мне пришлось привыкать платить с телефона. Да много к чему пришлось привыкать, так что вскоре я совсем замоталась. Лето, солнце, зелень, а я сутками сидела за компом: то на работе, то оккупировав ноут Фо, – а выходя в город, шарахалась ото всего, потому что обычная для «туриста» самоуверенность первых дней исчезла слишком быстро. И ребята наконец не выдержали.

– Так, мышь библиотечная, на пятницу берешь отгул, мы уже договорились! – Хаук не собирался слушать никаких возражений. – Мы тоже берем отгулы. На три дня едем отдыхать. Палатки, спальники – за нами. И мы отдохнем, и ты в себя придешь, иначе свалишься, а Фо потом за тебя отвечать.

– Хорошо. – Я на самом деле устала до невозможности, даже по ночам снились мониторы и таблицы каталогов. – Что брать-то?

– Одежду, остальное – наша забота. – Он взглянул на экран компа. – Стиль «космический корабль»?

– Его я хотя бы понимаю.

Я щелкнула по «открытке» (так здесь называли аналог «иконки») ненужного документа, перетащив ее в правый верхний угол экрана. «Железные шторки» «мусороприемника» мультяшно разошлись и захлопнулись, по «схеме корабля» пробежал огонек. Все, в отличие от творения Гейтса, было наглядно, а поиск файлов в таком вот оформлении системы напоминал игру-путешествие по кораблю – здесь существовали интерьеры «кинотеатра», «библиотеки», «кабинета» и еще несколько подобных скинов, помогавших новичкам освоиться с программой.

– Неудивительно. – Физик улыбнулся. – Тебе нашу технику еще долго осваивать, пока на обычные экраны перейдешь. Ладно, до завтра!

В пятницу утром собрались все, я этого даже не ожидала. Машина Лота была забита тюками и ящиками, и нам пришлось потесниться, чтобы все могли усесться.

– Все собрались? – не выдержал долгой возни Лот.

– Поднимите лапы, кто опоздал? – Хаук обернулся с переднего сиденья. – Лап не вижу, значит, все на месте, можем ехать.

Я от неожиданной шутки фыркнула и едва не упала с края сиденья. Пол успел поддержать меня:

– Погодь, Лот, сейчас пересядем, а то дамы с лавок падают.

– Не дамы, а девицы, – поправила его Кью. – Я тут одна замужняя дама.

– Будешь ворчать, тоже в разряд девиц перейдешь. – Лот, не оборачиваясь, шутливо осадил жену. – Так едем, или до вечера устраиваться будете?

– Все! – Пол упер ноги в какой-то баул и улыбнулся. – Ну как, Сплюшка, теперь не падаешь?

– И не дышу.

Меня зажало между ним и Солом, а последний, в отличие от друга, занимал довольно много места, к тому же, как многие полноватые люди, был горячим как печка: хорошо что еще раннее утро, жары нет, иначе бы сварилась.