Вторжение - Павел Вяч

Ремесленный городок Стальное кольцо. Нашествие песеглавых. Вестерн Санька

Честно говоря, Саня не особо рассчитывал на помощь седого вояки. Уж больно хитрое выражение глаз у него было. Студиоз Серого факультета прекрасно отдавал себе отчет в том, что убив мэра городка он влез в чужие интриги и, скорей всего, развязал этому сэру Юло руки, но по-другому поступить не мог.

Это война, а на войне нет места гнилым командирам и начальникам, сдающим город при малейшей опасности. К тому же Саня в свое время сполна насмотрелся на добряков, которым потом всаживали нож в спину те, кого они пожалели.

Поэтому в этом мире Саня твердо решил не испытывать судьбу и совершеннейшим образом не мучился угрызениями совести по поводу хладнокровного убийства мэра. Единственно, что его коробило — будущие проблемы с Ков’Альдо. Этот Улано, судя по всему, был один из родственников папаши Жано.

«Плевать!» — подумал Саня, подбираясь к стоящим, как истуканы, магам.

Благодаря пробудившемуся внутреннему радару он знал где кончается безопасное расстояние, и где начинается зона внимания тревожных плетений магов.

Добравшись до невидимой границы сторожевого заклинания он замер, с нетерпением поглядывая на город. Пара минут в запасе у него есть, а значит он может подождать наступления городской стражи на почти законченный лагерь песеголовых.

Нападут — замечательно. Ему не придется отвлекаться на воинов. Не нападут… что ж, он справится и сам. Главное — успеть выключить магов. А там… Даже с ограничением его класса на использование только первого круга заклинаний, он представляет для любого воина смертельную опасность. А выбитый из Чжо пояс с защитой от метательного оружия даст шанс пережить дистанционную атаку. Да и маги, если все пойдет по плану должны будут встать на его сторону…

Кстати о магах.

Десять человек стояли в шаге друг от друга, не делая ни малейших попыток заговорить или принять более удобную позу. В центре стоял высоченный, но худой как спичка старик. Он был настолько худ, что кожа, висела на нем, как на шарпее. Источник мага в магическом зрении полыхал жаром, сдерживаемый болотно-зелеными прутьями.

В памяти сразу же всплыл разговор с Артом Скалом:

— Твоя цель: пленные маги, — серьезно проговорил Арт Скал. — Беда всех рабских плетений подчинения и ошейников в том числе, что магический потенциал мага приходится резать минимум в десять раз. Как думаешь почему?

— Если источник горит слишком сильно, появляется возможность сбросить плетение контроля? — предположил Саня.

— Именно, — довольно взмахнул листочками Арт. — Поэтому максимум, на что способны маги в рабских ошейниках — второй-третий, максимум четвертый круг. Сейчас мало кто об этом помнит, и появление марионеток может вызвать приступ паники среди армейских магов. Большинство которых, откровенно скажем, добротные середнячки.

— То есть если снять ошейник, маг получает контроль над своей магией…

— Нет, — колыхнул ветвями Арт. — В первую очередь маг получает контроль над своим телом и желаниями.

— Наши возможные союзники?

— Да, но есть вероятность, что кто-то мог сойти с ума и превратиться в так называемую куклу. Представь только, сотни лет быть невольным наблюдателем… А сильные маги живут очень долго. — Арт нерадостно вздохнул. — Очень долго.

— Значит при контакте освободить магов, — подытожил Саня, — завербовать их на свою сторону. Потом найти куклу.

— Завербовать! — рассмеялся Скал. — Да плевать освобожденный маг хотел на местечковые разборки. Его будет интересовать только одно: наказать своего пленителя и… ну не знаю, горячую ванну принять с любимой книгой!

— Понял, — кивнул Саня и озорно подмигнул персиковому дереву, — как только найдем подходящую куклу, будет вам, учитель и ванна и любимая книга!

Приметив удобное для скольжения место и тень, отбрасываемую центральным магом, Саня пробежался взглядом по остальным людям. Маги сливались в одно серое пятно, чему виной были одинаковые, мышиного цвета робы, единственное отличие которых состояло в черных кляксах римских цифр, намалеванных на груди и на спине.

Ауры магов хоть и не дотягивали по насыщенности до ауры центрального «шарпея», но принадлежали явно не середнячкам. Взгляд Сани зацепился за рыжего толстячка, аура которого нет-нет, да и вспыхивала, словно пытаясь вырваться из темницы зеленых прутьев. Отметив мага, Саня перевел взгляд на город.

Сдержит сэр Юло слово или нет? Пойдут в атаку или не пойдут?

«Все-таки пошли, — удовлетворенно подумал Саня, наблюдая за клубами пыли, поднимающимися со стороны города. — Так… ждем, пока псы выйдут им навстречу… вот молодцы какие, а!»

Видимо командир песеголовых посчитал угрозу в лице пошедших в безнадежную атаку человеков смехотворной и решил не дожидаться, пока два десятка стражников и еще четыре десятка городских егерей приблизятся к практически возведенному лагерю.

Ворота передвижной крепости песеголовых распахнулись и оттуда, чеканя шаг, вышли три ровных коробочки воинов, расходясь и беря наступающих в клещи.

«Еще немного… И пора!» — Саня перекрестился и найдя взглядом тень, которую отбрасывал «Шарпей», потянулся к ней всем своим естеством. Секундная дезориентация, легкая тошнота и равнодушный взгляд поворачивающегося к нему мага.

«Бэнг!» — мысленно проговорил Саня, «выстреливая» одной из двух активных абилок класса «Дипломат».

Ох не зря, ох не зря Арт настоял именно на этом классе! Абсолютно никчёмная с первого взгляда «Дипломатическая неприкосновенность», которую только что использовал Саня, позволяла на долгую минуту получить иммунитет ко всем видам ментального влияния. И не только владельцу класса, но и его окружению.

Саня в очередной раз поблагодарил бога за то, что песеголовые относились к своим рабам-марионеткам как к скоту и держали их скопом, не заморачиваясь удобством последних.