Бета-тест - Сергей Недоруб

Что-то мне не давало покоя в его интонации. Лайм собрался торчать здесь до второго пришествия, оно и понятно. Вернее, до первого – официально же игра запустится только завтра. Но хочет ли он этого? Или просто не знает, куда идти?

Загадочный игрок, апатично настроенный и к цифровому миру с полной свободой, и к живым игрокам вокруг. Что с ним случилось, от кого он бежит?

И тут я понял.

– Лайм, ты пробовал выйти из игры? – спросил я.

Он кивнул. Я повторил его жест, выражая максимальное сочувствие.

– Какой у тебя уровень?

– Второй, – ответил он.

Я прикинул в уме. Десять процентов плюс трижды два – шестнадцать.

Лайм при выходе из игры неминуемо попал в Батискаф, где получил удар по нервной системе, и спас его только фильтр, снижающий вероятность гибели до порога в шестнадцать процентов. Ему попросту повезло. Как повезло и мне, и Меркуцио. Мы все побывали в Батискафе, и на нашу сторону стала математика. Но теперь, зная об опасности, надо отказаться от попыток искушать судьбу впустую. Мне нужно притащить Лайма к остальным, где мы спокойно все обсудим.

Глядя на Лайма, я внутренне содрогнулся. До этого я старался не думать о том, через что прошел я сам со своей попыткой выйти из игры. А ведь у меня и уровень повыше будет. Четвертый – это получается… двадцать два. Твою же мать, я только начал играть, и вероятность моей смерти в Батискафе уже двадцать два процента?!

И все же – почему Лайм настолько плохо выглядит? В данной ситуации недостаток знаний работает лишь на пользу психике. А смотрится игрок так, будто его пытали током с самого начала. Но, возможно…

– Лайм, сколько раз ты пробовал выйти из Версианы сегодня? – спросил я.

– Пять, – ответил он и даже зашевелился – интенсивнее, чем волосы у меня на голове. – Пять попыток, и каждый раз меня выкидывало назад.

– Пять раз, – повторил я, стараясь поставить взбесившийся калькулятор в голове на место. – Лайм, послушай меня. Из игры пока нельзя выходить, процедура сломалась. Мы с другими игроками решаем вопрос. Но ты больше не пробуй, хорошо?

Он опять безучастно кивнул, и я не выдержал – встал, схватил его за воротник и повернул к себе, поднимая с бордюра.

– Друг, я серьезно, – сказал я с напором. – Попытка выйти из Версианы убивает. Ты пять раз сыграл в рулетку с шестизарядным револьвером. Больше не пробуй. Слышишь?!

– Да. – Лайм не сделал попыток высвободиться, почти повиснув на воротнике куртки. С уколом отвращения к себе я отпустил парня. Все же мой высокий рост давал свои преимущества. Жаль, что к нему не шло могучее телосложение, но это я исправлю. Побыв пару часов в Версиане, я стал на удивление ценить реальный мир.

– Слушай, как мы поступим, – начал я. – Сейчас ты успокаиваешься, и мы с тобой едем на Бульварное кольцо. Там нас ждут живые люди, не боты. Мы все вместе сядем и подумаем, как быть. Это всего лишь игра, нам не надо ее бояться. Просто отыщем способ выйти из Версианы любым другим способом, у нас все получится.

– Хорошо. – Лайм кивал все еще рассеянно, но мои слова он, похоже, услышал как должно. – Куда идти?

– Такси поищем, – откликнулся я и вспомнил про сианофон. Должна же быть услуга вызова?

Лайм избавил меня от ненужного ожидания, начиная проявлять инициативу:

– Тут на углу с «Эльбрусом» всегда машины стоят. Бомбилы местные, меня они знают.

– Бомбилы тоже пойдут, – согласился я, понимая, что мне, в случае чего, в метро за Лаймом не угнаться. – Только вряд ли они тебя узна́ют. Лайм, я повторяю: тут нет живых людей. Твои друзья-боты тебя не вспомнят, даже если ты с ними заговоришь. Или ты уже пробовал?

– Девчонку из соседнего двора видел, – признался парень и немного смутился. – Взрослую уже… заговорил с ней.

– И что? – Я направился к дороге, всем видом призывая следовать за собой. – Узнала тебя?

– Нет. Времени много прошло. Она с коляской была, ушла быстро.

– Вот видишь, настоящая так не поступила бы, – заверил я, надеясь, что Лайм не станет сильно вдумываться в мои слова, ничем не обоснованные. Кто знает, как бы поступила его старая подруга в реальном мире? Хотя, если Лайм даже и начнет задумываться, это лишь пойдет ему на пользу.

Такси мы нашли без труда. Я расстался с парой купюр в кошельке и забрался к Лайму на заднее сиденье. Всю дорогу он смотрел в окно – совсем как я с утра. Надо же, как быстро я прошел путь от новичка до почти Джека.

– Первый раз в Версиане? – спросил я.

– Первый, – отозвался Лайм, осматривая салон такси. Он и сам уже мало походил на самого себя десятиминутной давности. Похоже, родной район вытряхнул из него самообладание еще больше, чем пятикратный проход через Батискаф.

Надо было чем-то разбавить молчание, но и надоедать вопросами я не считал нужным. Поэтому предложил:

– Лайм, а поделись квестом своим. Мы же все в группе теперь. Там в меню должна быть кнопочка, чтобы квест расшарить. Мне тоже расследовать охота – может, что и пойму, кто там в твоем районе хозяйничает.

– Почему бы и нет, – выдал Лайм неожиданно спокойную фразу и начал тыкать пальцем в воздух. Похоже, интерфейс игры был ему все же не в новинку. Наверняка нашел минутку, чтобы покопаться в настройках в поисках возможности выбраться.

Перед моим лицом появился собственный экран, по которому побежало настоящее досье. Ого, похоже, Лайм проделал солидную работу, собрал множество улик. Простым наблюдением с бордюра он, что ли, это сделал? Или успел прибыть на место раньше полиции?

Судя по тексту, в его районе в самом деле случилось убийство. Человека забили в потасовке и вышвырнули из окна. Я сразу перешел к выводам, чтобы не отвлекаться на позже собранные полицейские логи – колотые раны… тупым предметом… не совместимые с жизнью… Незачем продираться раньше времени через эту лабуду, давайте к сути. Кто, зачем, свидетели, подозреваемые. Адрес квартиры. Несколько фотографий разрушений в комнате.

И лицо жертвы.

Я впился руками в сиденье, надеясь, что не прорву ткань местной реальности.

Потому что, судя по знакомым чертам лица, хоть и немного отличающимся, убитый был не иначе как родным братом Лайма.

Мой новый знакомый не просто взял квест. Он тратил свое время в игре, чтобы расследовать смерть своего родственника, случившуюся в реальности этим утром.