Вечность - SWFan

Юноша мрачно вздохнул. На самом деле его никогда не волновало ни благополучие своего племени, ни даже собственные сила и влияние. Он просто хотел жить в тишине и спокойствие, но сделать это с таким родителем было весьма проблематично.

— Герон! Ты тут? Давай прогуляемся? Сколько деревьев в лесу?

Да и сестра была немногим лучше…

Видимо, размышлял Герон минуту спустя, когда Гера тащила его в лес, ему придётся отложить свои любимые книги до вечера. А жаль: совсем недавно он раздобыл редчайший том и страстно хотел заняться его расшифровкой…

Подготовка к празднику происходила всю неделю. Происходила как бы на фоне, ибо сам Герон дни и ночи напролёт разбирал карты и пытался придумать стратегию, когда придёт неминуемый час войны против коалиции.

С одной стороны, его племя и семья находились в смертельной опасности; с другой, если они смогут превозмочь последнюю, у них появится реальный шанс сделать то, чего не удавалось ни одному правителю после начала великой катастрофы: объединить племена великого леса под эгидой единого Патриарха.

Герона, опять же, никогда не беспокоила судьба его расы.

Он смотрел в будущее и прекрасно понимал, что, если не будет серьёзных реформ — а пока его отец находится у власти их разумеется не будет, — подобная империя распадётся в ту же секунду, когда остановится сердце её Императора.

Но всё это были дела грядущие. Будет хорошо, если он и его сестра смогут хотя бы несколько лет прожить в относительной безопасности.

Именно это желание заставляло его работать с таким бешеным упорством.

Однажды вечером, накануне великого праздника в дверь Герона постучали. Последний в этот момент читал письмо, которое доставил один из его многочисленных шпионов. Юноша отложил пергамент в сторону и сказал:

— Ты стала стучаться?

— Ты всегда об этом просишь. Я и решила попробовать, — ответила Гера, медленно приоткрывая дверь…

Глава 27

Incest

Герон нахмурился.

Не то чтобы его сестра никогда не навещала его посреди ночи — для неё это было в рамках обычного, в детстве она и вовсе делала это едва ли не каждый день, требуя, чтобы он читал для неё сказки (причём каждый раз история должна была быть новой, и к тому моменту, когда у него закончились старинные книги, ему пришлось придумывать их самостоятельно). Просто её поведение казалось немного странным. Она прокралась в помещение, неуверенно смотря по сторонам. Почему? Когда глаза их встретились, на её губах, которые с тыльной стороны подпирали маленькие клыки — у женщин орчьей расы они были меньше, чем у мужчин, — показалась хитрая улыбка.

— Что случилось? — стараясь сохранять спокойствие спросил Герон.

Гера вытянула указательный палец у себя перед губами, развязала небольшой мешочек, висевший у неё на поясе, и достала из него цветок. В ту же секунду золотистое сияние наводнило комнату и затмило красноватый огонёк свечи. Глаза Герона округлились. Немногие вещи могли вызвать у него подобную реакцию.

— Роза пустынь… — проговорил он напряжённым голосом, стараясь взять себя в руки.

— Ага, — просто и довольно кивнула Гера. Сестра явно испытывала необычайное удовольствие, что смогла удивить своего брата.

— Откуда она у тебя?

— Отец подарил. Сказал, что подобрал его с трупа своего противника.

— Странно, что не съел. С его-то характером, — прыснул Герон, между делом пристально рассматривая золотистую розу. Он знал, что последние произрастали в великой пустыне и даже там считались величайшей редкостью. Местные обитатели, раса мохнатых созданий с длинными ушами, которые немного походили на великого тирана Вуру, считали розу своим величайшим сокровищем и делили её на несколько категорий.

Пятилетние цветы имели два лепестка.

Пятидесятилетние — четыре.

Двухсотлетние — восемь.

И наконец редчайшие розы, который существовали до момента великой катастрофы и которым было по меньшей мере пять сотен лет имели шестнадцать лепестков.

Согласно легендам, если съесть такой цветок, можно обрести немыслимую силу.

Была также сказка про цветок с более чем сотней лепестков, который даровал истинное бессмертие, но это была очевидная выдумка.

У розы, которую придерживала Гера, было всего четыре лепестка, и тем не менее даже она считалась невероятным сокровищем.

— Отец дал её тебе, чтобы ты быстрее стала Мастером? — догадался Герон.

— Ну да.

— Хм… Странно. Почему он так торопится?.. Ты и так им станешь в ближайшее время… Хотя с цветком тебе будет проще.

— Знаю.

— Так что? Ты пришла похвастаться? — спросил Герон.

— Нет, — ответила Гера и вдруг протянула розу. — Я пришла отдать её тебе.

— А? — Герон растерянно сморгнул.

…Его сестра была удивительным орком. С одной стороны, он понимал её лучше всех остальных, — а он прекрасно разбирался в своих сородичах, так что даже ходили слухи, будто бы юный принц умел читать мысли. С другой, она единственная могла совершенно запросто ввести его в ступор.

— Он полезен, так? — проговорила Гера, разглядывая цветок.

— Да, но… я не воин, — придя в себя заметил Герон.

— Нет, но ведь он поможет твоему здоровья, так?

— … Возможно, — после некоторой паузы признался юноша. Его тело действительно было необычайно хрупким, и цветок, при определённых обстоятельствах, мог немного поправить его самочувствие. Герон и сам рассматривал такую возможность и даже подумывал заполучить подобное растение, но даже с его нынешним влиянием сделать это было довольно проблематично.

И вот эта возможность подвернулась.

Он посмотрел на цветок и сказал:

— Не стоит. Я и так себя неплохо чувствую.

— Так и знала, что откажешься, — улыбнулась Гера, после чего приподняла цветок и надкусила бутон.

Герон с лёгким удивлением кивнул, — он был уверен, что его сестра будет настаивать, — как вдруг в глазах Геры мелькнул хищный блеск. Не успел Герон даже почувствовать опасность, как последняя оказалась прямо перед ним. Крепкие как стальные тиски руки схватили его за плечи, повеяло цветочным ароматом, и когда он пришёл в себя, его губы и губы девушки соприкоснулись, после чего последняя, достаточно бесцеремонно, просунула язык.

Несмотря на свои необычайно храбрые действия, Гера явно прекрасно понимала, чем занимается, а потому волновалась и крепко держала своего брата, опасаясь, что последний убежит. Его плечи захрустели под её ручками, и всё же вовсе не бешеная боль и не тёплая эссенция цветка, которая наполнила его горло, вывели его из равновесия и впервые притупили его острый, как ледяное лезвие, рассудок.

Наконец их губы разошлись.

— Фух. До встречи, — быстро сказала Гера и немедленно сбежала из комнаты.

Сам же Герон ещё долгое время стоял на месте и смотрел на каменную дверь, которая слетела