Дракон и раб - Тимоти Зан

Бруммги выпустили Джека из «горячей» примерно через час после рассвета – как раз когда металлический ящик стал понемногу нагреваться.

В поселке рабов было тихо. Без сомнения, все пользовались выходным днем, чтобы хорошенько отоспаться.

Все, кроме Флека.

Уродливый здоровяк уже поджидал Джека с миской в руке, в компании бруммг. Без единого слова он протянул миску мальчику и указал большим пальцем через плечо. Тихо вздохнув, Джек набросил на шею ремень и потащился к кустам. Он знал, что его ждет долгий, одинокий и утомительный день.

Но, подойдя к кустам с радужными ягодами, он понял, как ошибался. Он был не один – у кустов уже была Маэрлинн вместе с Гребом, Грибом, Ноем и полудюжиной других рабов.

И они уже успели кое-что собрать – небольшие кучки ягод лежали рядом с ними на земле.

– Что это? – Джек, удивленно моргая, огляделся по сторонам. – Я думал, сегодня Десятый день.

– Доброе утро, Джек, – жизнерадостно поздоровалась Маэрлинн. – Да, Десятый. Лучше поскорее подбери ягоды, пока на них кто-нибудь не наступил.

– Я тебе помогу, – предложил Ной.

Осторожно переступив через свою горку ягод, малыш потрусил к Джеку и положил в его миску те ягоды, которые держал в руках.

– Кучка Гриба самая большая – давай начнем с нее.

– Но... – Джек, все еще ничего не понимая, позволил Ною подвести себя к близнецам-джантрисам. – Разве у вас сегодня не выходной?

– Конечно, выходной, – ответил Ной. Он отвернулся от Джека и закашлялся.

– Но у тебя сегодня тоже выходной. Мы хотим тебе помочь.

– Мы видели, что случилось, – объяснила Маэрлинн, пока Ной бережно подбирал ягоды, собранные Грибом и так же бережно складывал их в миску. – Это несправедливо – наказывать тебя за нарушение правила, о котором ты не знал.

Джек уставился на Ноя, который успел повернуться к кучке ягод, собранных Гребом, и подбирал теперь ягоды обеими руками.

Джек был хорошо знаком с эгоизмом мошенников и воров. Он еще мог понять, когда друг другу помогали солдаты: в конце концов, жизнь каждого из них зависела от поддержки товарища. Но ни один из этих рабов даже и не надеялся ничего получить взамен, помогая Джеку. Наоборот – они могли сильно поплатиться за то, что явились сюда сегодня.

– А вас не накажут за это? – спросил Джек. – Ведь бруммга хотел, чтобы я парился тут весь день...

– Может, он и вправду этого хотел, – ответила Маэрлинн, – но сказал он только, что ты должен принести полную миску ягод, если хочешь есть. Он не говорил, что ты должен наполнить эту миску один.

И все же он имел в виду именно это, – заспорил Джек. – Не поймите меня неправильно... Я очень благодарен вам за помощь. Но я не хочу, чтобы вы из-за меня угодили в беду.

Маэрлинн улыбнулась, но ее лицо было печальным.

– Мы уже рабы, Джек, – ласково сказала она. – Что хуже этого может с нами случиться?

«Есть вещи и похуже», – подумал Джек. Такой ответ напрашивался сам собой, но впервые в жизни у него хватило здравого смысла промолчать.

Все эти рабы знали, чем рискуют, явившись ему помочь, – и все равно они пришли.

– Спасибо, – пробормотал Джек.

– Мы должны держаться вместе, – тихо проговорила Маэрлинн. – Если мы не будем присматривать друг за другом, кто еще это сделает?

– Наверное, никто, – ответил Джек.

Он думал о том, что Лиссса сказала о милостыне, и о том, что никто здесь о тебе не позаботится, кроме тебя самого. Само собой, Лисссы не было среди помогающих Джеку рабов.

– Ну так давай шевелиться, – твердо проговорила Маэрлинн. – Сегодня у нас выходной, поэтому давай закончим работу и отправимся отдыхать.

Работая целой компанией, они наполнили миску меньше чем за полчаса.

– Вот и всё, – сказала Маэрлинн, когда Джек опустил в миску последнюю пригоршню.

Как раз до нужной линии, убедился мальчик удовлетворенно, хотя и слегка виновато. До линии – и ни единой ягодой больше.

– А теперь положим ягоды в барак под твою койку, пока не явятся бруммги, чтобы их забрать, – проговорила Маэрлинн, когда они гурьбой двинулись обратно к баракам.

Джек заметил, что поселок уже начал оживать, по нему бродили несколько рабов.