Нагибатор - Александр Андросенко

– Каждый человек – уникален, каждый человек – супермен, просто надо найти в себе силы, сказать себе, я – суперчеловек! – такой посыл выдавал он нам в течение трех часов.

А я сидел и печально записывал лекцию, вспоминая Олесин голос и запах ее духов.

После последнего звонка ко мне подскочила Вика, которую о чем-то науськивала Наташка:

– Саш, ты же с Ахметом пиво пить идешь?

– Да, вчера же договаривались.

– Слушай, если он про нас спрашивать будет, скажешь, что у меня давление поднялось, кровь носом пошла, и Наташка повезла меня домой?

Я посмотрел на Наташку, нетерпеливо мнущуюся рядом.

– Не, Вик, я не смогу.

Вика кинула извиняющийся взгляд на подругу, а я поспешил добавить:

– Сказать-то я скажу, но он сразу поймет, что я вру.

– Да ты и сказать-то нормально не сможешь, – раздраженно процедила Наташка. – Даже с нами мнешься! – и выскочила из аудитории.

Вика, бросив:

– Извини, она не со зла! – побежала следом.

Я устало вздохнул и двинулся к выходу. В коридоре меня уже ждала встречающая делегация: улыбающийся Ахмет, сверкающая глазами Наташка и смущенная Вика.

– Вот мы и в сборе! Ну что, за пивом – и на набережную, Сань?

– Канэчна, дарагой! – улыбнулся я.

– О-хо-хо, ты слышала, Натуля? Этот парень мне нравится! – он от души хлопнул меня по больному плечу. – Что такое, друг?

– Да его Ирка укусила, – раздраженно ответила за меня Наташка.

– Ирка?

– Блондинка, с первой парты, у двери, ты ее наверняка заметил.

– Ого, да ты пользуешься популярностью! – захохотал Ахмет, подталкивая меня с Викой вперед. – Давай, веди нас к светлому будущему, Саня!

После первой бутылки пива у Наташки прошло сволочное настроение. После второй Ахмет попробовал ее обнять, получил пару подач, выслушал кучу воплей про загребущие руки и охреневшую обезьяну, после чего дамы нас покинули.

Я рассказал бородатый анекдот про «дам, не дам, и дам, но не вам», мы поржали, после чего двинулись на поиски пива, приключений и новых дам.

– Сань, ты чо? Пьян что ли? – спросил Ахмет.

– Конечно! – пьяно кивнул я, соглашаясь с очевидным фактом, второй раз, спотыкаясь о бордюр.

– Ты это брось! – погрозил он пальцем, его взгляд зацепился за проходящих мимо девушек, и он поспешил мне помочь. – Смотри, какие самочки, а? Пойдем, догоним!

– Эти? – я глянул им вслед. – Да ну, толстожопые.

Он критическим взглядом оценил указанный недостаток и согласно вздохнул:

– Что есть, то есть… Глянь, а эти?!

– Нравится с жирафами общаться?

– Ладно, ладно… Вон те, смотри!

Я окинул взглядом проходящую парочку, и кивнул:

– Пойдет!

– Моя слева! – тут же забил себе самую аппетитную Ахмет.

– Руку убери! – Лена смерила меня гневным взглядом.

Я вздрогнул и поднял ладонь повыше, на талию, находящуюся чуть ли на уровне моего солнечного сплетения. Вот же ж Ахмет, не только аппетитную выбрал, но и своего роста! А мне достался жираф, то, чего я больше всего боялся. Ну как, жираф… Пигалица на пятнадцатисантиметровых каблуках, из-за чего моя рука постоянно сползала на… джинсы. Почему на джинсы? Потому что, задницы там почти не было.

После первых же фраз я понял, что мне, как обычно, ничего не светит, но поскольку Ахмет с Кариной поладили, я воспользовался бесплатной талией, об которую можно было греться. Дома ждала Барлиона и Нагибатель, и я с трудом терпел до момента, когда же, наконец, мы разбежимся.

– Сань, это… Поздно уже, расходиться надо, – сказал Ахмет, оставив подругу и подходя ко мне. Наконец-то!!!

– Ага. Холодает, блин!

– Ну, еще не лето! Ты это… На такси не займешь? Мне еще Карину провожать…

– Почему не займу? Держи, – я сунул ему бумажку. – Хватит?

Ахмет посмотрел на штуку, потом на меня, и следом – на Карину. Та улыбнулась ему, а он пожал мне руку:

– Спасибо, брат! До встречи!

– Пока!

Он подошел к девчатам, кивнул Карине, та поцеловала подругу в щеку, прощаясь, и сказала что-то веселое, а Лена тоскливо глянула на меня. Да ладно, буркнул я про себя, ты сама-то ничуть не лучше, чего кривиться. Тем не менее, когда она подошла, впервые заговорила приветливо более-менее приветливо:

– Поздно уже, может по домам?

– Давай, – согласился я, внутренне ликуя. – Ты откуда?

– С Красного.

– Отлично, сейчас до восьмерки дойдем, и через полчаса будешь дома! – я снова обнял ее за талию, направляясь к остановке.

Девушка некоторое время шла молча, и вроде как даже немного прижималась в ответ, после чего спросила:

– А, может, на такси, как Карина с Ахметом? Тут, ведь идти до остановки почти полчаса.

Ну, подумал я, а почему бы и нет, так даже быстрее получится:

– Можно и на такси.

Я быстро поймал машину, открыл Лене заднюю дверь, после чего заглянул в переднюю.

– До Красного сколько, шеф?

– Две сотни.

– Держи, – я дал пятисотку, мельче не было. – До подъезда довези, ок?

– Легко, братан!

– Пока, Лен, – попрощался я, захлопывая дверь, и почти прокричал про себя: Барлиона, я иду.

Добравшись домой на одном из последних троллейбусов, я с первого раза попал в дверь ключом, сам налил себе кофе, и вообще, был почти абсолютно трезв. Не совсем трезвой выглядела блуждающая на губах улыбка и мысли, вертящиеся в треугольнике: Лена – талия – попа… Да, все-таки попа, джинсы особо не вдохновляли. Закинув в желудок пару сосисок с кетчупом и майонезом, я надел виртуальный шлем и откинулся в коконе.

ВХОД