Антидемон. Книга 4 - Серж Винтеркей

на контроле ректора, которого попросила его единственная дочка, отчислить меня не должны. Но причины для беспокойства были — совсем недавно я разговаривал с ректором как серьезный человек, а теперь в его глазах становлюсь студентом на грани отчисления, которому приходится помогать по просьбе дочери. То же самое и в глазах других студентов, среди которых я стараюсь примечать потенциальных кандидатов в свой клан. Кто пойдет в клан к студенту, балансирующему на грани отчисления? Этак можно загубить все мои усилия по выстраиванию своей репутации в Академии.

Так что мне нужен был эффектный шаг, который снимет сразу все вопросы о моей успеваемости в алхимии и не только ликвидирует предпринятую попытку подрыва моей репутации, но и поднимет ее на новый уровень. И я его нашел. Да, вроде все должно будет завтра получиться. Устав писали мудрые люди, хоть и прошло несколько сотен лет с момента его принятия, а он все еще мог помочь как студенту, так и Академии в решении сложных вопросов.

Лег спать пораньше и тут же уснул.

Херди, Рабош и Схам, Академия

— Ты глянь, Эйсон лег и сразу заснул! — восхищенно сказал Херди. — Если бы на меня так наехали, то я бы до утра не спал, сидел бы и дергался, волнуясь! Да у него железные нервы!

— Да, этому остается только восхищаться! Как и тому, что если он заснул, то его уже обычным шумом не разбудить! — согласился Рабош. — Эй, Схам, а ты что не посочувствовал Эйсону? Все же в одной комнате живем, хоть бы одно доброе слово сказал!

— У меня все в порядке с алхимией, и ему бы лучше учиться, а не к девушкам по ночам бегать! — пробормотал Схам, не глядя соседям в глаза.

— Ясно все с тобой! Завидуешь, значит! — сказал Херди.

— Не завидую, я не для того в Академию приехал, чтобы зачеты проваливать! — ответил Схам, все так же не поднимая глаз.

— Надо бы нам что-то придумать, чтобы помочь товарищу, — Херди взволнованно взлохматил пятерней свою шевелюру, — а то не дай боги, провалит завтра зачет, и вытурят его на улицу. Хороший он парень, компанейский!

— Мне он тоже нравится! — согласился Рабош. — Давай выйдем и поговорим! А то тут душновато!

И он красноречиво посмотрел на Схама.

Херди намек понял, и товарищи вышли в коридор, а потом и на улицу.

— Есть у тебя идеи, как ему помочь? — с надеждой спросил Херди у Рабоша.

— Можно было бы попытаться подкупить этого профессора, что его сегодня завалил. Я уже навел справки, это реально, но там нужна такая сумма, что нам столько не собрать. И он от кого угодно деньги не возьмет, только от посредника, которому доверяет, — сказал Рабош.

— Чисто ради интереса, о какой сумме идет речь? — полюбопытствовал Херди.

— Тысячи две золотых монет, говорят, — сказал Рабош, — но это в обычном случае. А Эйсон с ним сегодня еще поцапался, так что не меньше трех. И есть серьезный риск, что и этого не хватит, поскольку я верю Эйсону, что ему подсунули порченый порошок. А это означает, что кто-то уже заплатил профессору, чтобы Эйсона завалили на зачете. Я понятия не имею, можно ли перекупить этого профессора, или он будет делать то, за что заплатили в первый раз. Скорее всего нельзя, даже у преступников есть кодекс чести.

— Ого, какие деньжищи! — поразился Херди. — Ты прав, столько мы не соберем, у меня сейчас при себе всего две сотни, и мне их дали на все расходы до конца учебного года. Ну а что по поводу того, что это подстава, то согласен с тобой, что ясно, кто ее организовал. Даркон, больше некому. И сына герцога мы не только по деньгам не переплюнем, там даже если больше денег дашь, все равно профессор не рискнет их взять, чтобы не обидеть могущественный клан.

— Ну, других вариантов я не знаю! — пожал плечами Рабош. — Обидно, но завтра мы можем потерять нашего соседа!

— А ты ему предлагал вообще этот вариант со взяткой? — спросил Херди.

— Хромому парню, у которого, очевидно, нет денег даже на то, чтобы вылечить хромоту? — спросил Рабош. — Он же может решить, что я над ним издеваюсь!

Эйсон, Академия

Подскочил в три утра, сна ни в одном глазу и прекрасно выспался. К счастью, на такой случай я взял в библиотеке несколько учебников для старших курсов — заранее выучу, потом будет легче учиться. Проучился до рассвета, а скоро и все уже проснулись, и мы пошли в столовую на завтрак. За столом только мы с Джоан были в неплохом настроении — Джоан была уверена, что решила вопрос со своим отцом, и меня не отчислят, а я рассчитывал, что мой способ закроет этот вопрос с зачетом раз и навсегда.

На входе в аудиторию меня уже ждала секретарь проректора по учебе, та самая, что была без ума от Корнела.

— Эйсон, я должна проводить тебя на комиссию! — сказала она, слегка покраснев, увидев Корнела. Он шел с нами из столовой, потому что сегодня у него были занятия в соседней аудитории.

— Очень хорошо, рад, что с этим делом не стали тянуть! — с энтузиазмом ответил я.

Секретарша посмотрела на меня немного удивленно, видимо, студенты на грани отчисления обычно ведут себя несколько иначе, и мы пошли с ней к лестнице. Эрли, Джоан, Корнел, Рабош и Херди провожали нас взглядом, пока я им не помахал. Идти со мной они не могли — сегодня были последние пары перед практикой, и на них будут проводить очередные зачеты. Интересно, кстати, как мне теперь сдавать зачет по медитации, который у нас будет прямо сейчас? Разве что удастся быстро закрыть вопрос с комиссией и успеть к концу зачета.

Комиссия собралась из трех профессоров. Кроме подставившего меня Равуина в ней были профессор Режлок и еще один, совсем незнакомый мне профессор, его мне не представили. При этом Режлок, с которым у меня установились вполне дружеские отношения и который всячески заманивал меня на факультет алхимии в следующем году, на меня не смотрел. Я мог бы счесть это плохим знаком, но не стал — вряд ли это было так. Скорее всего, он просто старается выглядеть объективным членом комиссии. Потому как он явно не поверит, что я не был способен создать простенький эликсир, что требовался от нас вчера.

Меня пригласили сесть на стул перед комиссией, занявшей места за большим столом около окна. Профессор Режлок откашлялся и сказал:

— Студент Эйсон, мы собрались здесь, чтобы посмотреть на твои знания. Если ты готов, то мы приступим.

— Одну минуточку, уважаемая