Полый мир - Майкл Дж. Салливан

– Пакс? Пакс, что происходит?

– Кажется, влипли, – выдавил Пакс. – Не думаю, что…

Шаги, приглушенные ковролином, сделались громче, и убийца снова вошел в комнату, крепко сжимая в руке разделочный нож.

В то же мгновенье Эллис закашлялся. Кашель раздирал грудь, прорывался вверх к горлу, больно царапая нутро. Согнувшись пополам, Эллис зашелся в судорожном хрипе.

Никто не обратил на него внимания.

– Нет! Не надо! – крикнул Пакс. Трехпалый шагнул в его сторону. – Вот, заберите! – Отшатнувшись, он кинул айпорт самозванцу, но приборчик отскочил от его груди и упал на пол.

– Поздно… – сказал трехпалый.

Эллис стиснул зубы, но глаза слезились, и тело не желало повиноваться, будто в груди сидел демон, рвущийся на свободу. Рухнув на колени, Эллис беспомощно следил, как трехпалый приближается к Паксу.

У этих двоих был одинаковый набор генов, но Эллис видел перед собой совершенно разных людей. На лице трехпалого играла злорадная ухмылка, и он стремительно двигался к жертве, как акула к тонущему пловцу.

«Никакой агрессии… Ага, как же».

Словно в нелепой пародии на фильм ужасов, Пакс попятился к столику, пытаясь достать «карманные часы», но зацепился за угол и упал навзничь.

Трехпалый обогнул стол. Навис над Паксом.

Кашель наконец-то притих, и Эллис вытащил пистолет.

– Стоять! – прохрипел он. Перехватил оружие поудобнее, упираясь большими пальцами в рукоятку, выпрямил и расслабил руки. Все, как учили. – Только дернись, скотина!

Слева от Эллиса открылся портал.

– Уходи, Эллис Роджерс! Давай!

Трехпалый на секунду остановился, но вид Эллиса его не впечатлил.

«Черт. Они же в глаза не видели пистолетов!»

Времени не было. Эллис задержал дыхание, как советовал инструктор – не кашлять, только не кашлять! – и плавно нажал на спусковой крючок.

«Твою ж мать! Предохранитель…»

Пакс вскрикнул, загораживаясь от ножа руками.

Эллис перевел рычаг предохранителя и спустил курок. С такого расстояния было невозможно промахнуться.

Без защитных наушников выстрел прозвучал слишком громко, и несколько секунд Эллис вообще ничего не слышал. Запах дыма и пороха был таким сильным, что он снова закашлялся. В ушах звенело, пальцы подрагивали. От выстрела дуло пистолета резко ушло вверх, и по рукам ударило отдачей. Крепко зажмурившись, Эллис пытался перевести дух. Во рту появился привкус крови. И она была повсюду, стоило Эллису открыть глаза.

Белую стену и стеклянную дверь покрывали красные брызги.

Пакс, свернувшись калачиком, рыдал на полу. В двух шагах от него неподвижно лежал трехпалый. Темная лужа крови увеличивалась, разрасталась и впитывалась в белый ковер, как в гигантскую губку. Трехпалый не шевелился.

Эллис подполз к Паксу.

– Ты не ранен? Все хорошо?

В ответ раздались только судорожные всхлипы. Не в силах выдавить из себя ни слова, Пакс помотал головой. Сначала Эллис не понял, на какой из вопросов тот отвечает, но потом решил, что на оба. Он все еще сжимал в руке пистолет. Снова покосился на трехпалого – что ж, угроза устранена. Но засунуть пистолет в кобуру удалось только с третьей попытки. Потом Эллис вспомнил, что забыл поставить его на предохранитель. Бросив взгляд на покрытую кровавыми дорожками стену, он достал оружие, осторожно щелкнул предохранителем и убрал его снова.

– Это ружье, да? – спросил Пакс, глядя на кобуру.

– Да… Пистолет.

Пакс молчал и смотрел на металлическую штуковину, как на живую опасную тварь.

– Ты цел? – снова спросил Эллис.

Щеки у Пакса были мокрые, руки тряслись.

– Я чуть не умер.

Пакс окинул взглядом неподвижное тело и брызги крови. Даже потолок был покрыт красными каплями. Они изредка срывались вниз, оставляя мелкие точки на белом журнальном столе и каменной пирамиде. На смену буддистскому спокойствию, царившему в комнате, пришел яростный хаос с картин Джексона Поллока.

Шумно вздохнув, Пакс вцепился в Эллиса, уткнулся лицом ему в грудь и заплакал. Эллис крепко обнял Пакса в ответ, чувствуя, как в бока впиваются чужие пальцы. Обоих потряхивало.

Эллис не умел открыто проявлять свои чувства. Его воспитывали совсем по-другому. Старое доброе протестантское семейство. Когда ему исполнилось девять, обниматься с мамой стало совсем неловко. Они бы с радостью стукались кулаками вместо приветствия, но в те времена этот жест еще не изобрели. Да и потом, с женой, он не выказывал особых нежностей, даже в начале супружеской жизни, а уж после… Проявление чувств было неприятной обязанностью, а не естественной человеческой потребностью.

Но Эллис еще никогда в жизни никого не убивал.

Если бы рядом не оказалось Пакса, ей-богу, он бы пошел обниматься с диваном – просто надо было за что-нибудь ухватиться…

Пакс ревел ему в рубашку. Эллис чувствовал, как намокает ткань, и понимал, что тоже вот-вот расплачется. Но от объятий становилось легче. Эллис поддерживал Пакса, и от этого становилось легче. Только непонятно было, кто кому помогает на самом деле.

Пакс перестал рыдать и отстранился, все еще слегка подрагивая.

– Прости. Кажется, я промочил тебе рубашку.

– Ты молодец. Не грохнулся в обморок от этого запаха, – сказал Эллис, зачем-то пытаясь изобразить из себя сурового парня.

Пакс поднялся и вышел из комнаты, Эллис отправился следом. Они проскользнули в коридор, который был таким же безликим и белым, как гостиная. Пакс плюхнулся на пол, привалившись спиной к стене.

– Наверное, надо сообщить об этом… кому-нибудь, – неуверенно предложил Эллис.

– Сообщим, – ответил Пакс, запинаясь и глотая слова, – торопиться некуда… Я еще не… никак не могу отдышаться. Прости, пожалуйста… Непрофессионально с моей стороны. Настоящие «копы» вряд ли плачут и сбегают при виде крови.

– Не знаю. – Эллис сел рядом с Паксом. – Может, какие-нибудь и сбегали.

Пакс стиснул зубы, стараясь взять себя в руки. Было видно, что это стоило ему огромных усилий.

– Ты же не сбежал.

Эллис вымученно улыбнулся.

– В детстве я очень любил вестерны. А Джон Уэйн никогда не плакал.

Пакс кивнул, будто понял, о чем речь. Эллис в этом сильно сомневался.

Через некоторое время Пакс заговорил снова:

– Мы ведь даже не знаем, кто это. У единого образца ДНК есть свои недостатки.

В саду постепенно начинало темнеть. Интересно, ложный свет совпадает с тем, как меняется освещение на поверхности? Хотя, может, они и сейчас на поверхности. Эллис все равно не знал, куда их перенес портал, и не видел разницы между ложным светом и солнечным.