Хищный клан 3 - Виктор Молотов

— И как её убрать?

— А фиг знает.

— Влад! Шевели извилинами!

— От него уходят тёмные струи прямо к этому рисунку. Ох, ничего себе! Он кровью сделан!

Это всё, что мне нужно было узнать.

Я ринулся к пентаграмме, уворачиваясь от атак монстра. Правда, волосы немного себе подпалил.

Прыгнул в центр рунной схемы и опустился на корточки. Приложил руку к бурлящей крови.

Меня обожгло, несмотря на все наложенные защиты. Но я стал испускать от себя холод.

Дыхание стало обращаться в пар. А из рук струилась ледяная дымка моего заклинания.

Кровь перестала бурлить, и монстр остановился, стоя спиной ко мне.

Я резко встал и бросился к застывшей твари. Ударил ледяным кулаком по голове. Рука словно в воду вошла. Брызги крови разлетелись по комнате.

Тварь опала лужей крови на пол, что залила весь пол. и замороженную пентаграмму. Но от такого прикосновения она снова начала бурлить, восстанавливая связь с этим монстром.

— Уходим? — спросила Юля.

— Две минуты, — отрезал я и снова опустился на корточки.

Ладони погрузились в кровавое месиво. И постепенно оно стало замораживаться.

— Уходите. Я за вами! — приказал я.

Ребята скрылись в тайном коридоре, а я подождал, пока весь пол не покроется коркой кровавого льда. И лишь затем освободил руки и вышел.

Прямо посреди помещения для ритуалов стояла Вика, а перед ней — отец с его любимой целительницей.

— Сергей, где твоя мать? — мрачно спросил он.

Видимо, разбросанные трупы успели произвести на него не лучшее впечатление.

— Переместилась.

— Можешь проверить, осталась ли она в доме? — попросила Вика.

Я кивнул и обратился к родовому дару. Помимо наших людей, в этом доме выделялась всего одна живая фигура. И её очертания мне были хорошо известны.

— Она на первом этаже, — объявил я.

— Идём туда, — поддержал отец.

Мы спустились.

Прямо рядом с иссушенными трупами охранников стояла моя мать. Она всем своим видом показывала, что устала нас ждать.

— Наконец-то! Александр, а я уж думала, ты не придёшь проведать меня, — злобно улыбнулась она.

— Елена, зачем всё это? — спросил у неё отец.

— Чтобы тебя уничтожишь. И твоего ублюдка, — она кивнула в мою сторону. — Двадцать лет с ним борюсь, а всё равно выбирается. Мелкий засранец.

— Что это значит? — нахмурился отец.

Было видно, что он искренне не хотел верить в это признание.

— А чего тут непонятного? Перед тем как ты позволил морю поглотить меня, я оставила вам маленькие подарочки. Только вот маг смерти утверждал, что никто не сможет снять эти проклятья.

— А я смог, — вставил слово я. — Плохо старалась.

Со злобной усмешкой на лице я вышел вперёд.

— Ты заслужила кару за каждый день моего помутнённого разума, — добавил я.

— А ты заслужил смерть за каждый день, что портил мою жизнь, — процедила она и подошла ближе.

Посмотрела мне прямо в глаза. Но я пресёк попытку наложить на меня наваждение. У Морского бога это получалось куда лучше.

— Это не твой сын, Александр. Помни об этом, когда я буду тебя убивать.

— Нет, матушка, — я схватил её за руку.

От меня отсоединился морозный воздух. Я направил весь свой холод прямо к ней.

Но женщина не позволяла себя заморозить. Использовала тот же дар для терморегуляции крови.

— Глупец, — процедила она.

Тогда я наклонился к её уху и прошептал:

— Даже боги не смогли скрыться от моих проклятий.

Её лицо побледнело. Злобная улыбка исчезла.

Мать пыталась вырвать руку, но я не позволял. А в сознании замерцала всего одна руна.

— Отец, мне нужно твоё разрешение, — обратился я к главе клана, не отводя взгляда от матери.

— Оно у тебя есть, — ответил он.

И столько горечи и разочарования было в этих словах. Но отец сам понимал, что нельзя оставлять предателей в живых. Либо сегодня умрёт она, либо все мы.

Руна вспыхнула жёлтым огнём прямо в воздухе и направилась к матери. На миг застыла у её лба.

— Ты не посмеешь, — процедила она.

— Я из клана убийц. И тебе в нём не место, — холодно ответил я и направил руну на нужное место.

Символ впился в лоб матери, и я отпустил её руку. Женщина отшатнулась и вскрикнула от боли.

Она упала на пол, а я прошептал, но так, чтобы этого никто не услышал:

— Кровь предателя для тебя, моя богиня.

— Я принимаю твой дар, — раздался в голове тихий голос Акулы.

Мать закашляла кровью. Схватилась за живот. Зал огласили стоны боли, но все клановые стояли неподвижно и смотрели. В том числе и отец. Я понимал, как ему сложно не отводить взгляд от этой картины. Сын убивает мать.

И совершенно неважно, что мы чужие друг другу. Ведь в нас обоих течёт кровь Акулиных. Кровь настоящих убийц. Только вот мы чтили кодекс рода, а мать решила им пренебречь. За что и поплатилась.

Моё заклинание выворачивало её наизнанку. И вскоре пол залили литры крови. Хорошая жертва для Акулы.

Вика стояла за моей спиной и плакала. Пожалуй, ей было тяжелее всего. Второй раз терять собственную мать, но сестра всё понимала. Поэтому тоже молчала.

И вскоре перед моими ногами лежал труп изувеченной женщины. А на плечо легла тяжёлая рука отца.

— Ты всё правильно сделал, — сказал он мне. — Она представляла угрозу для всех нас.

— С каких пор правильно убивать своих родителей? — покосился я на него.

Отец застыл от этого вопроса. Словно испугался, что может стать следующим.

— Мы же оба знаем, что она не твоя мать, — прошептал он мне на ухо.

Я всё понял, но на лице не дрогнул ни единый мускул. Лишь кивнул, соглашаясь. Не было смысла скрывать то, что было очевидно для всех.

— Ты принимаешь меня, отец? Таким, какой я есть? — спросил я у него, выдерживая на себе тяжёлый взгляд мужчины.

— Принимаю, — ответил он и обнял меня.

Я невольно улыбнулся. Наверное, именно сегодня обрёл настоящую семью.

— Спасибо, — прошептал я ему.

— Не сомневаюсь, что ты приведёшь нам род к величию.

— И не только.

Отец отстранился, и ко мне бросилась зарёванная Вика. Я гладил сестру по волосам, успокаиваю.

Но нашу идиллию прервал внезапный комментарий Влада:

— А так и должно быть, что тьма всё сгущается?

— Где это происходит? — серьёзно спросил я.

— Всё там же, где мы были. Возле пентаграммы. У меня такое чувство, что тьма хочет забрать эту женщину в жертву. Но какие-то иные силы не позволяют.

— Какие? Что ты видишь? — мой тон стал настойчивее.

— Вокруг крови женщины голубое свечение. Оно будто забирает всё, что от неё осталось. И оно же не пропускает тьму.

— Что за тьма, сын? И как от неё избавиться? — поинтересовался отец и опустился к телу матери.

Со скорбным видом он провёл ладонью по побелевшей щеке. И прикрыл её остеклевшие глаза.

— Здесь проводили ритуал, — начал объяснять я. — Но так и не понял, кого Кижучевы призывали вместе с ней.

— Или же она их подговорила, — предположила Вика.

— Этого мы уже не узнаем.

— Почему? Позволь мне вернуть Нурлана?

Я кивнул, разрешая.

Девушка исчезла всего на минуту. А затем вновь материализовалась, держа за руку пришедшего в себя некроманта. Когда маг умирает, развеивается и большая часть его колдовства, как и случилось в этот раз.

— Кого допросить? — задорно спросил он.

В отличие от нас всех, трупы вокруг совсем не смущали юного некроманта.

— Пошли наверх, — указал я.

Мы вновь поднялись к злосчастной комнате, где и проходил первый из кровавых ритуалов.

— Вот этот, — кивнул я на лежащего в углу комнаты мужчину с перерезанным горлом.

Нурлан присел на пол, и глаза его загорелись первозданной тьмой.

А затем перед ним появился полупрозрачный силуэт призрака.

— Спрашивай. Мёртвые врать не умеют, — обратился парень ко мне.

— Какой ритуал вы проводили? — спросил я у призрака.

— Мы призывали тёмного бога.

— Зачем?

— Чтобы он поделился своим могуществом.

— Какую роль в этом принимала Акулина Елена?

— Это было её предложение. А мы согласились. Ради возвышения рода.

— Как изгнать тёмного бога?

— Здесь лишь его часть. Нас прервали. Нужно провести обратный ритуал.

— Понятно. Убирай его, — попросил я парня.

Некромант кивнул, и через миг призрак растворился в воздухе.

— Обратный ритуал? — переспросил у меня отец.

— Да. Пожалуй, я с этим справлюсь. Но мне потребуется ваша помощь. И кровь этих несчастных.

Я заметил, как лицо целительницы искривилось. Она не горела желанием издеваться над трупами.

— Нужна ёмкость для крови, — добавил я.

— Я сбегаю на кухню, — вызвался Ваня и скрылся за дверью.

Да, атмосфера смерти, что вовсю