Шайтан Иван - Эдуард Тен

— Тебе тоже разъяснить текущий момент, капитан? –спросил я у оторопевшего капитана

— Нет, не надо— испуганно икнул он

— Фельдфебель — крикнул я в темноту. Он появился сразу, стоял где-то рядом.

— Я, ваше благородие —

— Вот что, любезный, доставить вашего поручика и капитана в палатку, сомлел, болезный и чтоб до утра я больше вас не слышал и не видел, выполнять фельдфебель. —

Такой вечер испортили, дебилы.

Утро было богато на события, мой возница уже ждал моего пробуждения с котелком тёплой воды

— Вот, ваше благородие, вода тёплая, значится, г-н фельдфебель просил передать, еже ли что надо вы мне скажите, а я мигом всё исполню.—

Следом явился торговец, армянин с благодарностью и просьбой не стесняться, если мне что-то потребно, он постарается выполнить мою просьбу. И под занавес явились господа офицеры, помятые, но уже опохмелившиеся. Говорил капитан, а поручик хмуро молчал. Я приготовился к худшему варианту событий, дуэль?, да ради бога чем угодно, подраню дебила, делов-то. Какая-то нездоровая самоуверенность выперла из меня, но всё обошлось.

— ЭЭЭ г-н подпоручик хотели попросить вас, забыть о вчерашнем недоразумении, право слово, перебрали вчера, с кем не бывает. —

— Уже вчера забыл и торговца попросил не вспоминать, но прошу вас, господа, впредь вести себя подобающим образом.—

— Да, конечно, не сомневайтесь — и капитан дёрнул поручика, вскинувшего голову и хотевшего что-то сказать, они удалились. До Грозной добрались на 7 день, меня высадили и выгрузили мои вещи на постоялом дворе, где я снял комнату, очень даже приличную. Хозяин оказался родственником торговца армянина, он сообщил мне, что всё оплачено на всё время, которое я остановлюсь в Грозной, мелочь, а приятно. И тут всё прошло на удивление быстро, дежурный офицер принял мои документы и попросил меня подождать. Грозная была действительно крепостью, с земляным валом и 10 метровой стеной, с орудиями разных калибров и часовыми на стенах. Гарнизон составлял пехотный батальон, эскадрон драгун и казаки, крепостная артиллерия. Вокруг крепости располагались предместья. Меня вызвали в канцелярию.

— Вот, господин подпоручик — поручик протянул мене пакет с документами

— Служить будете в Семёновском полку —

— В Семеновском, так в Семеновском, мне как-то без разницы — и я повернул к выходу

— Постойте, подпоручик, вышло небольшое недоразумение — остановил меня штабной

— Вам придётся возвращаться, Гришаев, — крикнул он в коридор. Появился ефрейтор, чистый и ладный

— Я, ваше благородие —

— Вот, Гришаев, поможешь господину подпоручику с отправкой в станицу Семеновку, в Семёновский полк. —

— Слушаюсь, пойдёмте ваше благородие, вы где остановились? — я сообщил ему о постоялом дворе.

— Вы тама будьте, вашбродь, а я, что узнаю, так сразу к вам — и пропал, как дух растворился. Я не стал бродить по городу и на извозчике добрался до постоялого двора. Заказал обед, цыплёнок оказался выше всех похвал, тело ело, а душа пела, и как следствие меня разморило и потянуло ко сну. В дверь постучали.

— Входи, — вошёл Гришаев

— Завтра Ваше благородие, поутру, заедут за вами, в Семеновку возвращаются станичники, доставят вас до места, только они плату просят, руб. —

— Долго ехать, Гришаев? —

— Да, не особо, утром тронетесь, на третий день к вечеру прибудете, верхами так за 2 дня можно.—

— Спасибо, Гришаев, держи, —кинул ему четверной,

— Только с головой — строго приказал ему

— Да нешто мы без понятия, ваше благородие— он ловко поймал монету и пропал из виду.

Утром я уже заканчивал завтракать, как в зал вошёл казак, в папахе, поношенной черкеске, с кинжалом на поясе и, отыскав меня взглядом, спросил

— Вас что ль до Семеновки довезти? — я кивнул.

— Грузитесь ваш бродь, и так припозднились- Работники быстро грузили вещи в телегу, а я подошёл к хозяину чтобы расплатиться. Он категорически отказался от платы и заверил, что всегда рад видеть меня, на чём и расстались. Правда, позже я обнаружил корзину с продуктами, лаваш, жареную курицу, ещё что-то и кувшин вина. Казак удивился большому количеству багажа и покачал головой, а чего с городского взять, как баба с ярмарки. Ну да, багажа хватало, два тюка, приличных размеров, правда, не тяжёлые, два ружья в кожаных чехлах, кожаный кофр немалых размеров, кожаный чемодан и ранец полный, забитый всем, чем положено. У выезда из предместий нас ожидали две телеги, которыми правили женщины, одна старше, другая молодуха, видно невестка и двое верховых, сыновья.

— Трогай, Лизавета —

Двигались мы в хорошем темпе, видимо, нагоняли упущенное время, сделали короткую остановку на обед, чтобы лошади передохнули и к вечеру, переехав мелкую речку, остановились на ночлег.

Судя по кострищу и обихоженному месту, остановки тут делали часто. Быстро разложили костёр, подвесили котёл, женщины принялись за готовку, а мужчины распрягли лошадей и повели поить и обихаживать. Когда ужин поспел глава семейства пригласил меня

— Не побрезгуйте, ваш бродь, повечеряйте с нами —

— Спасибо за приглашение — я присел к костру и положил корзину с припасами

— Вот, тут припасы, располагайте, без стеснения.—

жена казака выложила всё на достархан и достала кувшин с вином. Хозяин оживился.

— От это дело — стал разливать его по кружкам, я подставил свою из набора и протянул молодухе котелок для каши. Казак посмотрел на меня с кружкой в руках

— Как величать-то вас, ваш бродь,? —

— Простите, не представился, Пётр Алексеевич Иванов — озвучил я

— Евсей Бродин, по батюшке Никонорыч, приказный второй сотни, а это супружница моя Лизавета, невестка наша Настя, старшего сына, Дмитрия, жена, а это младший Борис, ну а это, стало быть, Дмитро.—закончил он представление своей семьи.

— Ну значится, за ваше здоровье, ваш бродь — и с удовольствием опрокинул кружку.

— Хорошее винцо, слабовато только, ну чего зенки вылупила, каши-то наложи — окликнул он невестку — чего, благородий не видала чоль —

Невестка звонко рассмеялась и ответила

— Отчего же, батя, всяких видала, а вот таких молоденьких и пригожих впервой –и задорно стрельнула глазками, — как по мне, то молод ещо совсем —

— В этом деле, возраст не главное, Настя — ответил я, ни сколько не смутившись. Все дружно рассмеялись. После ужина мы с Евсеем сидели у костра и пили чай.

— А что это за полк, Семёновский? —

— Так, это, Семёновский казачий