Властелин знаков - Павел Марушкин

— Никаких проблем. Твоя девчонка готова к светской жизни?

— За нее не беспокойся, Хиггинс.

— Я беспокоюсь только об одном, приятель, — о чертовых псах.

— Тогда за дело!

* * *

Нельзя сказать, что Ласка была так уж спокойна, въезжая во владения полковника Фокса. Нет, присутствовала и слабость, и легкая дрожь в коленках — но… Все это словно происходило не с ней, а с кем-то еще. Нереальность действа, туман и призрачный свет газовых фонарей — казалось, она и впрямь готовится выйти на подмостки некоего странного, потустороннего театра, чтобы сыграть первую в своей жизни роль. Вилла полковника вовсе не походила на неприступную крепость: просто дом, большой и добротно построенный, с двумя флигелями. Парадный вход стерегли чугунные львы; из их пастей вырывались голубоватые язычки газового пламени, а раскаленные клыки светились темно-вишневым в наползающих сумерках.

— Ручку пожалте, барышня, — проворчал по-славянски Потап, спрыгнув на землю и проворно обойдя кеб сзади: лошади при виде его мохнатой туши впадали в ужас.

Идея пригласить в качестве лакея московитского медведя принадлежала Озорнику. До сих пор Ласка видела этих созданий лишь мельком: медведи сопровождали торговые караваны, идущие из Московии в Уральское Атаманство, в качестве охранников. «Жители Альбиона падки до чужеземной экзотики ничуть не меньше прочих, — решил напарник. — Это сыграет на руку твоему образу». Потапа он нашел в одном из пабов: тот глушил дешевое виски, объясняясь с барменом при помощи языка жестов. Надо сказать, цену за свои услуги медведь заломил немалую — на такие деньги можно было бы нанять трех лакеев; но Озорник посчитал, что дело того стоит.

— Помимо прочего, он будет исполнять обязанности телохранителя. Я намекнул ему, что среди гостей могут найтись твои недоброжелатели… Если что-то пойдет не так, Потап даст тебе возможность вырваться оттуда до прихода полиции.

— Он же не будет все время ходить за мной! Тогда я точно не смогу ничего сделать…

— Просто крикни погромче, и он тут же придет на помощь. Слух у медведей ничуть не хуже, чем у фелис. Но это лишь в самом крайнем случае.

Дворецкий полковника встретил их на крыльце. Ласка, улыбаясь загадочно и слегка надменно, протянула ему приглашение; но тот почти не обратил на него внимания — взгляд его не отрывался от московита.

— Миледи… Ваш… э-э…

— Потап? Отправьте его к слугам. — Ласка добавила чуточку снисходительности в улыбку.

— Но…

— Не бойтесь, он их не съест. Разве что обыграет в карты. Но подобные вещи неизбежны, когда несколько джентльменов собираются за зеленым сукном, не так ли?

«Ну, мистер О’Шонесси, похоже, первый экзамен я сдала!» — подумала девушка; но уже в следующий миг ее невозмутимость была подвергнута серьезному испытанию. Посреди холла стояла некая конструкция. В первый миг Ласка приняла ее за старинный рыцарский доспех — только почему-то сделанный из меди. В следующий момент она поняла, что перед ней машина — наподобие рыцаря Атаманства, только гораздо меньших размеров. «Как же ей управляют?» — изумилась она. На груди у металлического человека была приклепана табличка с надписью: «Пожалуйста, не дотрагивайтесь до меня. Вы можете обжечься». Внутри механизма что-то щелкнуло, зашуршало, и из корпуса зазвучал на удивление приятный голос:

— Полковник Мэтью Фокс очень рад видеть вас, сэр, мэм. Пожалуйте за мной.

С этими словами медный человек развернулся и покатил в глубину холла: Ласка заметила, что он движется по узким, вмонтированным в пол рельсам. «Интересно, на чем у него работает топка? Что-то бездымное, вроде спирта или сжатого газа — иначе здесь уже нечем было бы дышать!» — подумала Ласка.

Распахнув двери гостиной, медный лакей замер.

— Как прикажете вас представить, сэр, мэм? — осведомился записанный на эбонитовый валик голос.

— Леди Воронцова, — ответила Ласка, с любопытством ожидая, что будет дальше. В утробе механизма что-то щелкнуло, зашипело — а вслед за тем она услышала собственный голос, усиленный жестяным рупором рта. Тут девушка увидела хозяина виллы: статный седовласый мужчина, близоруко щурясь, отвесил короткий поклон.

— Миледи, рад вас приветствовать в моем скромном жилище…

Ласка сделала шаг за порог — и невольно вздрогнула. Зал был полон чудовищ, и все они смотрели на нее. Пламя газовых рожков отливало темным янтарем в глазах монстров, поблескивали оскаленные клыки, чешуйчатые тела отбрасывали причудливые тени на дубовые панели обшивки. Секундой позже пришло понимание; девушка невольно улыбнулась.

— Какие великолепные трофеи! Мое искреннее восхищение таксидермисту, сэр: они просто как живые! Неужели вы сами убили всех этих тварей?

— О нет, что вы! — рассмеялся полковник. — Чудовища Нового Света — охотничья добыча сэра Дадли, моего отца. Он был великим путешественником и страстным охотником. Э-э… Не сочтите за бестактность, но, признаться, я ожидал, что вы, гм-м… несколько старше!

Этот вопрос Ласка с Озорником предусмотрели заранее, и у девушки был готов на него ответ.

— Должно быть, вы спутали меня с моей маменькой, полковник… — обворожительно улыбнулась Ласка. — К сожалению, она неважно себя чувствует: климат Альбиона не идет на пользу ее здоровью. Я же просто не могла упустить такой случай. Возможно, я несколько преступила рамки. Но у нас в Московии мы относимся к таким вещам не столь формально.

— О, мы вовсе не такие формалисты, какими нас представляют! — рассмеялся хозяин виллы. — Знали бы вы, что вытворяют некоторые юные леди нашего круга. Гм, не буду называть имен… Я и понятия не имел, что у графини есть столь очаровательная дочь! Где они вас прятали все это время? А вы, надо сказать, прекрасно говорите на бритиш!

— Как и все московитское дворянство, полковник. Язык Империи ныне сделался достоянием людей просвещенных…

— И это замечательно, не так ли? Однако же, я слыхал, в Московии сильна партия славянофилов. Стало быть, вы придерживаетесь прогрессивных взглядов, графиня?

— Как истинная патриотка своей страны, я не одобряю политику Империи, — заявила Ласка. — В конце концов, наши и ваши солдаты еще недавно убивали друг друга на поле брани. Но это не значит, что я отрицаю достижения британской цивилизации. Кстати, ваш медный лакей произвел на меня впечатление.

— Паровой Том? Забавная игрушка, не правда ли? Я ведь тоже своего рода коллекционер, но, в отличие от своего родителя, увлекаюсь не экзотической фауной, а всевозможными техническими новинками…

— Мэтью, старый ловелас! Вы, похоже, решили завладеть вниманием юной дамы безраздельно! — раздался веселый голос из глубины зала. — Идите же к нам, мы тоже хотим получить причитающуюся нам долю!

* * *

— Холодно, черт! — один из темных силуэтов поежился. — Не хватало еще подцепить простуду. Ненавижу чихать! Черт, черт, черт!