Горный Ирис - Алекс Югэн

С пруда потянуло холодом. Ле’Райна чертыхнулась и начала приплясывать на месте.

— Какой колотун! Надо было и мне что-то свистнуть…

— Ну так и свистнула бы! В чём проблема-то? Не тот фасон?

— Неважно. Приступим к твоему обучению. Урок первый. Ты должен уметь распознавать магию, — она втянула носом воздух. — Чуешь? Теперь понимаешь, зачем Механику нужен этот портал?

— Классный запах, — подросток глубоко вдохнул аромат талого снега. — Но весной всегда так пахнет…

— А если головой подумать? Может, есть ещё что-то, чего тут быть ну никак не может?

— И правда! — он с удивлением воззрился на наставницу. — Апельсины! Запах такой слабый, что сам я бы и не заметил. Опять твои фокусы?

Ле’Райна вздохнула:

— Малыш, запомни раз и навсегда: я твой наставник, а не странствующий циркач. Моя задача — научить тебя использовать запасы магии, что ты получил из гитары. Или хотя бы давать подзарядиться мне. Это хоть сейчас покажу.

— Ясно. Супер! Я — самоходная волшебная батарейка, — он развернулся и пошёл к выходу из парка. — Цинично даже для тебя, герцогиня.

Она догнала его и пристроилась рядом.

— Зато честно. Всё лучше, чем выжимать твою волшбу под пытками, как сделал бы Армэль.

— Кстати, почему бы и нет? Или у тебя нет нужных приборов?

— Нет, — признала демоница. — К тому же, если выжать тебя до дна, понадобится большой сосуд. Просто огромный. С ним не побегаешь.

— Ну зашибись. И это все причины? — Фетисов наступил в грязь и забрызгал низ тренча. — Просто зашибись!

Демоница легко перемахнула через опасный участок.

— А ты что хотел услышать? Признание в любви, что ли?

— Ладно, — махнул рукой подросток, — проехали. Показывай, как тебе магии отсыпать. Мне не жалко.

— Не надо.

— А что так? Совесть проснулась?

Ле’Райна промолчала.

— Кстати, а чем ты своего бывшего так взбесила? Свистнула что-то?

— Свистнула… Скорее, вернула законному владельцу.

— Законному, вот оно что! А Граф Армэль, значит, расстроился ни с того ни с сего?

— Да не то слово! Надумал невесть что про обманутую любовь, развоплотил и подверг Заклятью Забвения, — она окончательно замерзла и начала стучать зубами. — Как же холодно! Пошли быстрей! Кстати, я нашла у Механика записи про мою свиту — Чёрного Ворона и Сказочника. Почему-то их не убили, а просто лишили памяти и сослали в ваш мир. За Вороном наблюдает один из агентов, а на Сказочника вообще натравили местных инквизиторов.

— Кого-кого? — фыркнул Фетисов. — Лер, ты в каком веке? У нас инквизиторы давно кончились. Может, тебе стоит взять у меня пару уроков по современному миру?

Пошёл редкий снежок. Они вышли из парка и присели на автобусной остановке. Ещё не забрезжил рассвет, а город уже потихоньку просыпался. В парк потянулись первые бегуны, непонятно как сохраняющие тепло в своих тоненьких ветровках. Ле’Райна проводила спортсменов хмурым взглядом.

— Ну и как у вас называются те, кто всяких опасных еретиков ловит? Или чернокнижников, прибегающих к запретной магии?

Подкатил 645-й автобус, почти пустой из-за раннего часа. Скрипнув, открылись передние двери, и они зашли. Внутри пахло дизелем и дешёвым мужским парфюмом. Водитель почесал щетину и с интересом осмотрел странную парочку своими чуть заплывшими ехидными глазками.

— Парень, растаманская шапка к этому пальто не подходит, — хохотнул он. — Выглядишь, как бомж. Зайцем, небось, поедешь?

Герцогиня недоуменно покосилась на общительного шофёра:

— Какой-то жалкий… извозчик будет обсуждать мою свиту?

— Свиту? Эта пигалица — твой командир, что ли?

Водитель собирался ещё как-то поддеть Ле’Райну, но заметил пятна крови на её одежде. Он поднял глаза и встретился с ней взглядом.

— Хочешь поговорить об этом? — спросила она, чуть выпустив когти.

Весельчак уставился на лезвия и молча сглотнул. Демоница помолчала, явно наслаждаясь произведённым эффектом.

— Нет? Жаль. А то я бы рассказала, что с ним сделала…

Фетисов и герцогиня легко перемахнули через турникет и уселись поближе к обогревателю. Автобус тронулся.

— Еретики и чернокнижники, — протянул Фетисов. — Дело плохо. Вообще, всякой чертовщиной у нас спецслужбы занимаются, типа «люди в чёрном». Кстати, спасибо за «извозчика». Классно ты его…

Ле’Райна коротко кивнула и отвернулась к окну.

— И за вчера спасибо. Ты крутая.

— Не подлизывайся. Теперь делаешь только то, что я скажу. Далеко не отходишь. И без глупостей. Понял? Сейчас шмотки постираю, и поедем по делам. Вместе.

Они проехали Терлецкий парк, потом воинскую часть… Автобус затормозил, чуть не доезжая до метро «Новогиреево». Друзья вышли и бодро зашагали в сторону дома. Уже у подъезда герцогиня поймала Фетисова за руку.

— Этот волосатый до сих пор может ждать в засаде. А хуже всего то, что он живет прямо под твоей квартирой.

— Откуда ты знаешь?

Она проигнорировала вопрос:

— Так что постарайся не шуметь. А я помогу.

— В смысле «помогу»?

— Потерпи. Увидишь.

Дверь квартиры стояла на своём месте, как ни в чем не бывало. Фетисов открыл и уже собирался зайти, но вдруг остановился, как вкопанный.

— Фак! Куртка! — прошептал он, и указал в прихожую, где вчера лежал окровавленный пуховик.

Куртка пропала. Не было ни тряпья, которым они останавливали кровь, ни даже пятен на полу. Да и вообще, внутри был абсолютный порядок, словно кто-то убирался к их приходу.

— Там точно засада!

Ле’Райна втянула носом воздух и покачала головой.

— Нет. Я бы почуяла. Но правил предосторожности это не отменяет.

Она сотворила Руну Гробовой Тишины. Увидев вопросительный взгляд подростка, она несколько раз хлопнула в ладоши. Звука не было. Демоница уже собиралась зайти в квартиру, но в последний момент подняла ладонь, как бы говоря «Стоп!». Она нагнулась и показала подростку на порог. В десяти сантиметрах от пола была натянута проволока. Ле’Райна аккуратно перерезала её и показала на дверной звонок. Видимо, она имела в виду, что растяжка включила бы тревогу. По крайней мере, Фетисов понял эту пантомиму именно так.

Герцогиня закинула в стирку почти всю их одежду. Потом они разделили остававшуюся дома еду — два банана и творожную слойку, запив это огромным количеством горячего чая с сахаром. Демоница залезла в душ, а Фетисов растянулся на диване и попытался заснуть. Безуспешно. Абсолютная тишина действовала на нервы ничуть не меньше шума. Он привычно включил плеер и хотел послушать музыку, но «затычки» молчали.

Ле’Райна сидела в кресле, укутавшись в старый плед, и смотрела «И целого мира мало». Казалось, отсутствие звука ничуть её не смущало. Фетисов попытался что-то сказать, но лишь беззвучно шевелил губами. Он достал из портфеля тетрадку и маркер.

«И что теперь?»

Она прочитала и вывела в ответ:

«Для начала высушим шмотки. Ускорю волшбой.