Предвестник - Василий Горъ

— Ты не хамила не из страха перед последствиями… — буркнул я и предложил завязывать с неприятными воспоминаниями.

— А приятных у меня немного… — вздохнула Оля. — Раз в неделю я честно отрабатывала свои обязанности. Приходила к Чуме после отбоя, забиралась к нему в кровать, обнимала и до рассвета прислушивалась к его дыханию. В остальные дни по вечерам грустно перебирала маркеры своего статуса — подарки, которые он привозил мне с соревнований. А еще иногда позволяла себе на обеде или ужине сесть на его колено. Да, получала от воспитателей по первое число, но полученное удовольствие компенсировало любые наказания.

— То время уже в прошлом. А в настоящем и будущем приятного будет предостаточно! — пообещала Голикова. — Кстати, окажись я на твоем месте, перебралась бы не к Аньке, а к Денису, как следует расслабилась и напрочь забыла про все, что пока еще пугает.

— Танька не шутит. Плыви к нему, не думая! — поддержала подругу Лера. — После всего, что между вами было, он просто обязан тебя как следует обнять!

Что интересно, она приплыла, а я обнял. Без какого-либо внутреннего сопротивления! И, как потом выяснилось, не зря — полчаса, проведенные в таком положении, и добродушные подначки девчонок не только убрали все неприятное послевкусие от невольного экскурса в прошлое, но и подняли настроение всей компании. Причем настолько сильно, что пробудили желание поразвлечься. И мы, объяснив Линде правила подкидного дурака, начали рубиться в карты на желания. Правда, чтобы подготовить фанты с желаниями, которые можно было поставить на кон, пришлось сбегать в дом за листом бумаги, ножницами и ручками, но результат того стоил — на протяжении пары часов над островом то и дело раздавался дикий ржач.

Когда у особо смешливых особ заболели животы, Лерка предложила провести всесторонние испытания «салона», то есть, помещения приличных размеров, оснащение которого позволяло устраивать любые музыкальные мероприятия, начиная с караоке-баттлов и закачивая самыми настоящими балами. Что самое забавное, в этом зале обнаружился даже пилон, на котором, согласно буклету с инструкциями, могли выступать приглашенные звезды стриптиза или pole-dance!

Стриптиз мне показывать не стали. Чтобы не сбивать Кнопку с пути истинного. Но все остальное попробовали. Да-да, включая танцы на шесте! Сначала Линда «вспомнила юность» и под очень красивый медляк изобразила композицию из десятка реально сложных элементов. Из моих девчонок всю последовательность смогла повторить только Ростовцева, а Лерке, Таньке и Ольге не хватило силы рук. Но они честно старались. И иногда изображали такие кренделя, что не передать словами.

Поэкспериментировал и я. чтобы поддержать веселье. Сил хватило с запасом. Пластики, фантазии, чувства ритма и дури — тоже. Подвел вес: во время выполнения одного из амплитудных элементов верхнее крепление шеста, не рассчитанного на таких упитанных танцовщиц, стало угрожающе поскрипывать, и я был вынужден закончить вольные упражнения.

Многоголосый стон, которым дамы встретили мой финальный поклон, заставил возгордиться. Как оказалось, зря — эти оторвы захотели выяснить, как я танцую. И отнюдь не медляки! Следующие минут сорок я чувствовал себя антропоморфным дендромутантом: даже Оля, которая, вроде бы, выпустилась из моего же детского дома, чувствовала себя на танцполе, как рыба в воде. То есть, без особого труда отплясывала почти под любые ритмы!

— Наш любимый мужчина обязан быть лучшим во всем! — заявила Лерка после того, как я запутался в ногах под звуки Венского вальса. И начала меня учить. А для того, чтобы было смешнее, выбрала мне партнершей Кнопку! При имеющейся разнице в росте положить ей руку на талию и одновременно держать спину мне не удалось. И Рыжова, недолго думая, потребовала, чтобы я посадил Олю на сгиб локтя! Мол, «правильно переставлять ходули это не помешает, а девочке будет приятно»!

Столь нечеловеческие условия дрессировки не помешали мне освоить пару-тройку элементов. Освоил бы и больше, но самые смешливые опять устали ржать, и мы решили попеть. Девчонки шустренько скачали на сервак караоке добрую сотню минусовок русских песен, подключили все четыре имевшихся микрофона и отожгли. Да, исполняли заметно слабее Лиззи, но не фальшивили и вкладывали душу в каждую композицию, так что нам было в кайф. Стеснение, робость, боязнь сцены⁈ Ха! Линда с удовольствием подпевала каждой русской песне, Кнопка, напрочь отпустив тормоза, нон-стопом изображала подтанцовку в паре с отрывающейся Анькой, а Голикова с Рыжовой доводили нас до смеховых истерик, исполняя песенки из старых мультфильмов детскими голосами!

В начале пятого утра я почувствовал себя слабым звеном — да, пение девчонок продолжало доставлять удовольствие, но тарелки, на которых не осталось ничего съедобного, стали действовать на нервы как-то уж очень сильно. Чтобы не обламывать подруг, я свалил вроде как в туалет, а сам поднялся на кухню и влез в холодильник. Здоровенный кусок вяленной ветчины, купленный Танькой специально для меня, мгновенно бросился в глаза, и я потерялся в мечтах. Увы, ненадолго — стоило вооружиться ножом и положить добычу на разделочную доску, как в помещение ворвались злые тетки и заявили, что настолько проголодались, что готовы сожрать меня! В результате как минимум девять из десяти тончайших, прозрачных и одуряюще пахнущих пластов хамона испарялись, как роса на летнем солнце! А я резал, резал, резал… и мысленно уговаривал себя еще чуточку потерпеть. Реакция одной из самых сердобольных потребительниц вкусняшек не заставила себя ждать — в какой-то момент мелкая сделала шаг в сторону, открыла моему взгляду приличную горку похищенного мяса и притворно нахмурилась:

— Чубаров, у тебя совесть есть⁈ Ты не оставляешь девушкам ни единого шанса придраться к твоему поведению и устоять!

— Мы уже не устояли и ничуть об этом не жалеем… — сыто мурлыкнула Линда.

— Вам хорошо. А что прикажете делать мне?

— Смертельно обидеться, развернуться на месте и уйти в закат? — ехидно улыбнувшись, предложила Анька.

— И оставить его на растерзание злобных гримеров-отравителей? Не дождетесь!

— Отравить самой? По-доброму, совсем не больно? — хихикнула Лерка.

— Неа — вы этого не переживете, а я к вам уже привыкла.

— Отравить ему жизнь нереальной заботой и беззаветной преданностью? — спросила Татьяна.

— О-о-о, чувствую, ты знаешь толк в извращениях! — рассмеялась Кнопка, а потом посерьезнела: — Мы знакомы считанные дни, но за одну-единственную ночь вы подарили мне больше счастья, чем я испытала за всю свою прошлую жизнь. При этом я ни разу не почувствовала даже намека на фальшь — вы по-настоящему любите Чубарова и верите ему, как самим себе, поэтому вполне осознанно скопировали его отношение ко мне. Я тоже скопировала его отношение к вам. По тем же самым причинам. И ни за что на свете не переиграю этого решения. В общем, имейте это в