Бьерн. Том 4 - Василий

— Ты очень силен даже по меркам времён до катастрофы, — лениво произнесла девушка, смотря, как свет меняет спектр в сторону зелёного, а потом в синий и обратно. — Скверна прекрасно защищает от большинства тонких воздействий. Да и боевым заклинанием тебя пробить проблемно. Даже если удастся попасть, что, с учётом магии времени, будет сложно, чего тебе ещё нужно, император? Приключений?

— Может быть, Фиона. Я ничего не успел увидеть в вашем мире, как сразу оказался прикован к островам. Жена, дети, налоги, расходы, люди с их проблемами. И даже сражения больше не горячат кровь, так как превращаются в бойню, после которой чаще всего просто стыдно. А ведь всего пять лет прошло…

— Боишься смерти? — прищурилась она.

— Да не в том дело, — отмахнулся я. — Свободы хочется, чтобы не висело это всё на плечах!

— Ты сам в это влез. В тот момент, когда заступился за Элеонору, а не прошёл мимо, и когда защитил людей в Бродно.

— Как будто у меня был выбор…

— У тебя всегда имелись варианты. Мог пойти в алхимики, торговцы или ремесленники. Но ты ведь ни секунды не мыслил себя никем иным, кроме воина и охотника, так ведь?

— Если бы осознал себя где-нибудь в городе, а не в деревне охотников? Может быть и стал бы кем-нибудь другим…

Я говорил эти слова бывшей богине, но и сам в них не верил. Оказаться в другом мире и не взять в руки меч? Не попытаться стать магом? Остаться обычным обывателем не имея компьютера и телефона? Глупость какая.

— Как тебе местное средоточие? — перевела тему она, заставив иллюзорного светлячка перелететь ей на ладонь.

— Слабое, но спокойное и управляемое. Драконы всё сделали грамотно, когда его создавали. С ним проблем не будет, хотя и силой накачать нужно. Хотя я до сих пор не уверен в том, что из этой идеи глобально что-то у них получится.

— Это долгосрочный план, они собираются отсечь область скверной от кристаллизации и наладить переправку чистой маны на ту сторону. На ресурсы того мира не очень рассчитывают.

— Они всё равно протащат туда кристалл, рано или поздно.

— Магическая наука не стояла на месте, они готовы рискнуть, — пожала плечами блондинка.

Я не спорил, а лишь, опираясь плечом на перила, продолжил смотреть на небо, иногда искоса поглядывая на бывшую богиню. Сейчас, обрамляемая мягким светом созданного светлячка, Фиона безумно красива. Как и всегда, в общем-то. Даже в пуховике из кустарной кожи и тряпках она производила впечатление.

И я постарался запрятать глубже сожаление, что у нас так и остаются только рабочие отношения, несмотря на то, сколько мы уже вместе прошли. То ещё неприятное открытие: что вот вроде и женат, но всё равно, сколько волка не корми, а он всё в лес смотрит…

Вздохнув, допил свой морс и, поднявшись, буркнул:

— Я спать, завтра много беготни.

Так оно и вышло, утром я перекусил, переоделся, убрал в рюкзак сапоги и через полчаса оказался за полсотни километров от долины скверны.

Бежалось легко, связь с местным средоточием насыщала тело силой, и десятки километров пролетались очень быстро.

Впрочем, уже ближе к полудню стало тяжело. Налились тяжестью ноги, глаза заливал едкий пот, а каждый забег становится всё короче и короче. И дело не в том, что я потерял форму за последние месяцы, полные сидячей работы, нет. Я просто постарел. На короткой дистанции могу выдать большую скорость и силу, чем раньше, за счёт контроля скверны. Но подобные марафоны мне даются очень тяжело.

Проходя вдоль реки, разделся, окунулся, немного поплавал, и дальше отправился не так быстро, с интересом оглядываясь вокруг.

Драконий остров расположен в южном полушарии планеты, и тут очень тепло. Не было бы такого количества гор, остров, наверное, превратился бы в саванну. А так, питаемая горными речками, природа очень разнообразна и красива. Ну и землетрясения здесь довольно частые.

Впереди показались возделанные поля, и я немного ускорился, рассчитывая отдохнуть и поесть.

То, что деревня не похожа на обычные, видно по архитектуре издалека. Человеческие хаты теряются на фоне драконьих жилищ, словно кукольные домики. Хотя в целом, старались выдержать один стиль: оконные ставни покрыты резьбой и росписью, и даже глиняная черепица на крышах окрашена в приятные мягкие оттенки. Но что удивляет прежде всего — это гигантизм и масштабы. Вот уже несколько часов иду мимо распаханных полей, а ворота только появились.

На подходе к посёлку надел сапоги, но не по причине презентабельного внешнего вида, а потому что на дороге стало попадаться слишком много навоза.

Вот и сейчас я отошёл в сторону, смотря, как мимо бесконечным потоком идёт стадо коров, ведомое парой пастухов на лошадях и несколькими драконами.

Ящеры тут везде. Уже несколько раз наблюдал, как они распахивают землю. Видел даже упряжь из нескольких, и плуг за ними в землю врезал тоже дракон, оставляя за собой огромную борозду вывернутой земли.

Тем временем стадо прошло мимо, свернув в сторону от деревни, где вдалеке виднелись коровники.

Проводив взглядом пастухов, отправился дальше, старательно смотря под ноги, чтобы не влезть в дерьмо. Нет, его уберут, как-никак, ценное удобрение. Но, видимо, позже, так что пока придётся «наслаждаться» видом и ароматами.

Ближе к деревне запах практически исчез, скотные дворы оказались достаточно далеко, местным тоже не особо хочется всё это нюхать, невзирая на привычку.

В самом поселении я крутил головой по сторонам, стараясь ухватить, чем и как живут разумные.

Посторонившись, дал пройти старенькой драконице, закутанной в накидку из овечьей шерсти. Вообще, многие из бывших властителей неба одеваются, если нужно. Тут у них тепло, так что это дело не такое частое, но, в целом, картина типичная.

За старухой пронеслось несколько небольших дракончиков. На спине у самого крупного воодушевлённо покрикивал человеческий пацан лет семи. Да и в полях я подобное видел и среди взрослых. Кажется, у них тут к такому достаточно спокойно относятся, раз даже старуха, мимо которой пролетела молодёжь, просто проворчала что-то в след из разряда «разбегались тут».

Я же только вздохнул. Старые драконы — не самое приятное зрелище. У ящеров начинает облазить чешуя, открывая морщинистую, довольно тонкую кожу, сквозь которую просвечивают вены. Начинают сильнее мёрзнуть, чаще болеть и ломать кости, с которыми у них и так беда, а уж в возрасте…

И жить бы им на побережье, проводя как можно больше времени