Мятеж - Эми Тинтера

Не вовремя я сунулась к Каллуму со своими вопросами. Да и вообще надо забыть о них раз и навсегда, думала я уже после, когда сидела в палатке одна, слушая звяканье мисок, возвещавшее о начале обеда.

Хотя рано или поздно мы все равно пришли бы к тому же. Как я могла ему нравиться, если все, что я сделала, приводило его в ужас. Пусть лучше задумается об этом сейчас.

Вот только до чего он может додуматься? Вот что страшно.

Со стороны костра донесся смех, и я неохотно отвела полог палатки. Мне не хотелось ни с кем общаться, но я пропустила завтрак, и голод настойчиво давал о себе знать.

Невдалеке от стола с едой я увидела две отчаянно жестикулировавшие фигуры.

– То, что я не считаю родного отца плохим человеком, еще не значит… – заорала Адди, но Кайл перебил ее:

– Твои человеколюбивые разглагольствования добром не кончатся – мигом скрутят!

– Что значит «скрутят», черт побери? – досадливо отозвалась она. – Вы все тут…

– Сбавь обороты! – Я схватила ее за руку, пока она не сказала лишнего, что могли донести Михею. Мне тоже был непонятен смысл этого «скрутят», но я догадывалась, что ничего хорошего это не предвещало. Рибуты с тревогой смотрели на нас, и я вспомнила испуганный взгляд девушки, когда я взбунтовалась против Михея. Он явно практиковал какие-то суровые наказания.

– Приструни своего рибута, – бросил мне Кайл. Его широкая грудь так и ходила ходуном.

Мало мне было переживаний из-за Каллума, так еще и это.

– Извини, я не знала, что имею право приструнить Адди, – вспылила я.

Та фыркнула и поспешно прикрыла рот, когда Кайл яростно уставился на меня. Вокруг все притихли, и он, помедлив еще секунду, зашагал прочь.

– Это было бесподобно, – сказала Адди.

– С тобой одни хлопоты.

Она рассмеялась, последовав за мной к обеденному столу.

– С чего вдруг?

– По-моему, тебе надо лучше скрывать свое человеколюбие. Не говоря уже о том, что Джулс следит за тобой с тех пор, как ты взбрыкнула из-за противозачаточного чипа.

– А что мне делать, если эта курица спятила?

Я раздраженно глянула на нее, и Адди вздохнула:

– Ладно, извини. Я буду сдерживаться. – Она ухмыльнулась, глядя, как я накладываю себе мяса. – Смотри, как ловко ты меня приструнила.

Будь у меня не так тяжело на душе, я бы точно рассмеялась.

Адди обеспокоенно всмотрелась в мое лицо:

– Все нормально?

– Вполне.

Я понурила голову и направилась к свободному пятачку. Адди села рядом, и несколько расположившихся справа рибутов посмотрели на нас. Там были Айзек и новенькая. Ее темные волосы были стянуты сзади, а вид был такой, будто она не спала двое суток. Перехватив мой взгляд, она чуть улыбнулась и кивнула. Я занялась едой, не зная, как это понять.

– Можно спросить, как ты относишься к помощи людям? – шепнула Адди.

– Скорее, отрицательно, – глухо ответила я. – Но я за то, чтобы предупредить Тони и Десмонда. Вечером Каллум попробует это сделать.

– Круто. Я так и думала, что он сможет. – Она взглянула на меня. – Но ты ведь не сердишься? Мой папа рискнул жизнью, чтобы отправить нас в резервацию. И вот выясняется, что ею правит псих, который хочет, чтобы мы всех перебили и нарожали кучу детей. Это просто паскудство.

– Тебя, похоже, всерьез задела эта тема с детьми?

– Да просто снос крыши. Я вообще отказалась от секса, потому что боюсь, что они прокрались ночью и вынули чип без моего ведома.

Губы Адди тронула улыбка, и я рассмеялась:

– Это уже чересчур.

– Они совершенно рехнулись, с них станется. Ты проверяла свой? Михей не доставал тебя, чтобы вынула?

– Нет, – мотнула я головой. – Да мне и незачем.

– Это почему же?

– Я никогда…

Ее брови взметнулись.

– Никогда? Даже с Каллумом?

– Нет.

Я тронула рубашку в том месте, где она скрывала шрамы. С того дня, как мы прибыли в резервацию, я не раз подумывала о сексе с Каллумом. Вспоминала его слова о том, что обязательно должна снять майку, когда это произойдет, и что в этом нет ничего ужасного. В конце концов, это всего лишь рубцы.

К горлу внезапно подкатил комок, когда до меня дошло, что теперь, скорее всего, об этом можно вообще забыть.

– Почему? – спросила Адди.

– Ты же знаешь, что я… со странностями.

Она рассмеялась с такой готовностью, что мне стало еще тоскливее.

– Это точно! – Потом сразу посерьезнела. – А с Каллумом у тебя все в порядке?

– Все путем, – ответила я, впиваясь зубами в мясо и отводя от нее взгляд.

– Он от тебя без ума, – заметила она мягко, словно мои заверения ее ничуть не убедили. – Я иногда замечаю, как на него глазеют другие девчонки, а ему хоть бы что. Кроме тебя, никого не видит.

Я сморгнула подступавшие слезы и неловко закашлялась.

– Извини, – сказала Адди, сочувственно посмотрев на меня. – Это не мое дело.