Бэкап - Алексей Кунин

– Бу, – прикрикнул я на него, спрыгивая с каталки. Однако тот оказался не робкого десятка. Правда, почему-то забыл о закрепленном справа на бедре нейрошокере. Схватив вместо него со стоявшего рядом стола скальпель, парень бросился на меня, намереваясь, видимо, спасать подругу от восставшего мертвеца. Физические кондиции мои, конечно, были также далеки от его молодых мышц, как Москва от Токио, но опыт, как говаривал сержант Трэвис в Кэмп-Лежене, величина столь же непреходящая, как постоянная Планка. Где он набрался этой квантовой мудрости, сержант так и не признался.

Легко уйдя от хаотичных размахиваний парня, я поднырнул под руку и коротким тычком вогнал кулак в солнечное сплетение. Тот захрипел, звякнул о пол выпавший из руки скальпель, а следом за ним упал и его бывший владелец, которому я, для надежности, добавил ладонями по ушам. Убивать у меня намерения не было, но очнется он не скоро.

Теперь можно и осмотреться.

На первый взгляд комната, в которой я находился, на морг похожа не была. Никаких тебе камер с выдвижными подставками для тел, единственная каталка, на которой я очнулся. Похожее скорее на лабораторию помещение было заставлено стеллажами с небольшими ящичками, маркированными надписями на японском. Единственным, что роднило это хранилище с моргом, была температура, по ощущениям не превышавшая и пяти градусов. Выброс адреналина, вызванный скоротечной схваткой с ретивым безопасником, прошел, так что теперь я прочувствовал холод в полной мере, поскольку стоял абсолютно голый на кафельном полу.

Решая проблемы по мере их поступления, я присмотрелся к скорчившемуся у ног парню и прикинул, что по габаритам он вполне подходит. Перетащив тело на каталку, без особых угрызений освободил его от рубашки и носков с брюками и натянул на себя. Заодно рассмотрел бейджик с именем, висящий под эмблемой безопасности. Некий Тетсуо Сикато. Туфли немного жали, но в общем пришлись впору. Зеркала, к сожалению, не нашлось, так что свой внешний вид в новой униформе оценить я не смог. Нейрошокер, стандартный полицейский «Тайпан», засунул в задний карман брюк.

Теперь на первый план выходил вопрос: как долго я пролежал в отключке и как скоро меня накроет приступ без привычной порции лекарств? Перед операцией, которая по словам Накадзавы должна была длиться больше суток, меня накачали фармакопеей как того верблюда, чтобы пересаженные органы не начали отказывать посреди процесса. Но насколько хватит этого запаса? Да и вообще, чему из сказанного этим мошенником за все время нашего общения я могу верить? Впрочем, пока что особых болевых ощущений не было, но нахлынуть могло в любой момент.

Я присел на корточки перед девушкой, сверился с бейджиком на халате: Минами Мику. Похлопал ее по лицу, приводя в сознание, и, как только та открыла глаза, прикрыл ей ладонью рот.

– Тихо. Я не оживший мертвец, ясно? Если будешь вести себя, как примерная девочка, ничего с тобой не случится. Я сейчас уберу руку и мы поговорим без криков и воплей. Ты меня поняла? Кивни, если так.

Девушка, с расширенными от страха глазами, кивнула, и я медленно отнял руку от губ.

– Ты сотрудник «Церебрума»? – негромко спросил я.

– Да, – так же тихо ответила она. – Вы точно меня не убьете? Вы ведь должны быть мертвы. Я не знала…

– Без паники, – успокаивающе сказал я. – Ты знаешь, кто я такой?

– Нет, нет, – замотала та головой. – Только то, что вы умерли на операционном столе во время операции. У нас такое не часто, но бывает. Я должна была взять образцы ваших тканей, а потом утилизировать. Тетсуо мне помога…

Она ойкнула, уставившись мне за плечо. Наверно, увидела свисающую с каталки руку своего дружка.

– Тсс, – шикнул опять я. – Ничего с твоим Тетсуо не случится, минут через двадцать очнется. Ты сказала утилизировать. Только тело или мои вещи тоже? Ну.

– Ввещи тоже, – всхлипнула Мику. – Все в мешке, вон там, – указала она рукой в дальний угол лаборатории, где стоял вместительный металлический ящик.

– Сиди здесь, – приказал я и, в несколько больших шагов дойдя до шкафа, открыл дверцы. Внутри действительно оказался большой бесформенный черный мешок, в какие обычно складывают мусор. Вытащив и поставив его на стол, я раскрыл горловину и – бинго. В мешке обнаружились мои вещи, которые я сдал одному из сотрудников «Церебрума» перед облачением в местную разновидность больничной одежды. Первым делом, вывалив все на стол, я обыскал внутренние карманы пиджака и мысленно завопил от радости, нащупав прохладный металл коробочки. В ней, в нескольких ячейках, хранились капсулы и пневмошприц. Этого должно было хватить на пару дней. Сразу же, на всякий случай, принял одну порцию.

Затем переоделся в любимый «Kiton» и с наслаждением ощутил на ногах «Testoni» вместо стандартной поделки Тетсуо. От его экипировки я оставил лишь нейрошокер, все также покоившийся в заднем кармане брюк, и магнитную ключ-карту, обнаруженную в одном из карманов рубашки. Весьма своевременная и полезная находка.

– Я уже понял, что в вашем «Церебруме» убийцы, но не ожидал, что они еще и мелкие воришки, – сказал я, вернувшись к девушке. – Кто-то спер мои «Patek» и запонки.

– Но вы ведь ум… вернее, я хотела сказать, все думали, что вы умерли, – ответила она, утирая слезы.

– А тебя разве мама не учила, что грабить покойников – это нехорошо?

– Это не я, – Мику так замотала головой, что ударилась о стену.

– Ладно, это неважно. Вставай. – Я подал ей руку и поднял с пола.

– Тетсуо! – она бросилась к парню, обхватила его лицо руками и начала тормошить. – Ты жив?!

– Оставь его. – Я взял ее за локоть. – Говорю же, ничего страшного с ним не случилось. Если ты сейчас ответишь на несколько вопросов, то я избавлю вас от своего присутствия и ты можешь хоть целый день рыдать над ним. Сядь.

Я посадил ее на стул, стоявший у металлического лабораторного стола. Услышав про возможность моего скорого исчезновения, девушка немного успокоилась.

– Так, во-первых, кем ты здесь работаешь? Ты знаешь Накадзаву?

– Я ассистент профессора Ичиро Сугимото, он руководит лабораторией ДНК-микрочипов. Мы там изучаем различные особенности обычных и мутированных генов, – пояснила Мику на мой недоуменный взгляд. – Накадзаву-сан я знаю, конечно, он же директор центра, но ни разу не говорила с ним.

– А что ты знаешь об операциях, после которых надо утилизировать тела?

– Ничего, – яростно замотала та головой. – О них толком никто ничего не знает, ходят слухи, что это связано с работами Окадо-сэнсея над продлением жизни, но это все – очень секретно. А я – простой ассистент.

– Хорошо. Ты знаешь, где расположен кабинет Накадзавы? Сможешь нарисовать план?

– Знаю только корпус. Мы сейчас в корпусе «F», а все руководство – в «А». Но между всеми зданиями есть подземные или надземные переходы.

– Хорошо. – Я осмотрелся и увидел на одном из стеллажей лист-планшет с японскими надписями. Сняв его, сунул лист Мику.