Черное пламя - Андрей Тарасов

Вот же построили так построили. В длину почти девять километров, корпус выполнен по совершенно незнакомой технологии. Его форма и в кошмарном сне не приснилась бы инженерам-людям: перекрученная спираль с торчащими из глубины иглами, какие-то асимметричные сплетения более мелких конструкций накладывались, пересекались и совмещались с другими непостижимым образом. Форма, если честно, напоминает груду металлолома, вышедшего из-под пресса. То-то смеху будет, если мы действительно обнаружили космическую свалку, мне на такие места везёт. О! А не для того ли меня с собой взяли, как великого специалиста по местам складирования высокотехнологических отходов цивилизации. А что, шутка в стиле майора.

С другой стороны, первобытные дикари неплохо бы разжились оружием на современной мусорной куче. Хотя нет, не верится, что интеллект «Ломоносова» способен ошибиться в предварительной оценке объекта, особенно учитывая имеющиеся данные от разведмодуля.

Мы достигаем заданного расстояния, плавно расходимся в стороны, чтобы охватить большую площадь, и запускаем бортовой комплекс активных сканеров. Скорость штурмовиков небольшая, Нам предстоит сделать вокруг чужой машины три оборота в разных плоскостях, а это займёт примерно двадцать минут. Активные сенсоры с такого расстояния вполне способны считать самые мелкие детали корпуса, постепенно выстраивая слитную картину монстра. Кстати, интересно только зачем именно нас послали, ведь беспилотники могут подойти ближе и набор оборудования на борту несут посолиднее, чем на «терминусе». Может быть, командиры считают, что живые люди вернее почувствуют намерения чужака? Лестно, конечно, но как-то притянуто за уши.

Первые два круга прошли как на параде – трасса просчитана, знай себе – наблюдай за точкой ведущего и плюй в потолок. Полёт проходил в темпе три, как положено в случае контакта с потенциально опасной целью, так что двадцать минут растягиваются почти в час субъективного времени.

Вот «терминусы» пошли на третий круг, завершающий. Какая тут романтика, два часа времени убить на три поворота и одну спираль, эх, где-то наша гильдия, где штурмовые рейды на планеты врага, где, я вас спрашиваю? Впрочем, чего я ещё ожидал, сплошных сражений и безумных атак?

В это время меня кольнуло предчувствие. Резко кольнуло, но не слишком сильно, давая понять, что ждут меня неприятности не смертельные, но и стоять на месте не стоит. Сердце сбилось с ровного такта, а организм, не дожидаясь команд, самостоятельно перешёл в просветлённое состояние, разом выкинув всю дурь из головы.

Взвинчиваю восприятие до десяти единиц, одновременно выполняю манёвр уклонения и активируя сигнальный глиф «под огнём».

Загорается знак схода с трассы – импульс двигателей нарушает размеренную работу направленных сенсоров, и они отключаются. Выполняя заранее заготовленный набор команд, компьютер высвобождает энергию, задействует контрмеры и силовую защиту на полную мощность, перейдя на режим боевого противодействия. Одновременно расходятся в стороны прикрывающие орудия и ракетные боксы слои брони.

Всё? Нет, новый укол опасности – манёвр вправо. Комплекс сканеров лихорадочно обшаривает пространство, отстреливаются дополнительные сенсорные буи, но на всех экранах лишь пустота и притворившаяся мёртвой и безжизненной туша инопланетного корабля, висящая в нескольких сотнях километров от нас.

Следует экстренный вызов от напарника и с крейсера. Ведущий тоже маневрирует, уклоняясь от атак неведомого противника, пока успешно.

– Тактик – Грому, почему сошли с курса, доложить ситуацию! – Мы бы ещё знали сами, что у нас тут происходит – пространство чистое, никаких активных меток.

– Внимание, Тактик, находимся под огнём. Тип воздействия не фиксируется сенсорами, необходим прямой канал к Умнику для оперативной обработки телеметрии.

– Гром, ИИ уже работает. Выходите из зоны атаки и возвращайтесь.

– Принял.

Самое плохое, что мы находимся как раз на противоположной стороне орбиты вокруг этой туши. Чтобы выйти из-под обстрела и добраться до «Ломоносова», требуется обойти полкорпуса незнакомца. Приближаться мы не решаемся, неизвестно какие сюрпризы могут ударить по нам с близкого расстояния, да и маневрировать на скорости перпендикулярно биссектрисе стрельбы неизвестного орудия выгоднее. Ничего не остаётся, как продолжать полёт по примерно той же траектории, что была прописана в полётном задании.

В это время в моего напарника попали, если так можно сказать. Никаких видимых эффектов, полный ноль по сканерам, но мощность щита уклоняющегося из стороны в сторону штурмовика упала на десять процентов и начала медленно восстанавливаться. Да что происходит-то? А если…

Мне вспоминается глава из учебника энергофизики, которым я пользовался на Тени при моделировании новых типов защиты. Точно, что ещё может не давать отклика при активном сканировании? То, что поглощает энергию импульсов – антиэнергия, или по-другому – энтропия, хаос. Кто-то весьма технично пулял в нас этими самыми антизарядами, наплевав на невозможность подобного в этой вселенной.

Впрочем, если этот кто-то имеет отношение к созданию гравитационной аномалии, у нас могут появиться весьма крутые проблемы.

Вот и в меня прилетело – плотность огня растёт. Я активирую глиф и включаю сияние – внешнее поле рассеивает подаваемое на него излучение индуктора и поверхность защиты превращается в миниатюрную звезду.

– Компьютер, визуальный анализ векторов атаки.

– Цель обнаружена, – спустя миг выдает бортовой комп.

В тот же миг становятся различимы синтезируемые трассы выстрелов, двигающиеся в нашу сторону из двух точек на поверхности чужого корабля. Скорость семь тысяч километров в секунду, частота триста сорок. Компьютер видит траекторию огня с трёхсот километров, так что даже ускорения не требуется, штурмовик сам уходит от фиксируемых атак. Ну, я вас сейчас приголублю, неизвестные, дорогие инопланетяне.

Передаю данные Грому, одновременно выпустив шесть «игл» и «сай» по цели. Ракеты принимают построение прорыва и устремляются в сторону ведущего огонь орудия, бешено меняя траекторию.

– Восемь секунд до цели, обнаружена цель два, – объявляет компьютер.

Осталось дожить, щит уже на семидесяти процентах мощности, а ведь с момента нападения прошло едва ли десять реальных секунд.

– Режим подрыва. Группа один – «шар», «сай» – «конус», последовательное распределение меток.

Вспыхивает новая звезда, мой напарник начинает сиять так же, как я. На основе данных из двух перекрёстных источников «терминусы» получают точное целеуказание, и в бой вступает система непосредственной обороны.

Концентрированные лучи света бесшумными вспышками бьют в сторону корабля противника, и точки неизвестных зарядов начинают исчезать, сбиваемые зенитными системами, становится легче. Умник анализирует данные эффективности, и вот уже три излучателя переходят на алгоритм «спираль», начав чертить в пространстве узкий конус, рассеивающий странные заряды. Убедившись в относительной безопасности ситуации, перевожу дух.