Тринадцатый IV - Виктор Молотов

— Тогда сбавьте скорость и дайте мне выглянуть в окно.

— Алексей, вы в своём уме? Эта тварь спикирует вниз и вас схватит!

— Не схватит. А иначе она к нам в крышу вцепится, и будем в полёте выпрыгивать из машины.

— Мы обгоним её.

— Вы видели, насколько быстрыми могут быть летающие регаты? Их-то ноги к земле не прижимают!

— Вы не оставляете мне выбора.

— Не правда. У нас просто нет других вариантов. Мы уже полчаса едем на предельной скорости, а страх Зубастика лишь нарастает. И я верю, что он не просто так дрожит. Значит, даже ему есть чего бояться.

— Хорошо.

— Сорок километров в час. Сбавляйте скорость постепенно. Я дам сигнал, когда можно будет наращивать обратно.

— Ладно. Винтовка позади вас. Специально положил её так, чтобы легко было достать с заднего сидения.

Я повернулся к багажнику. Здесь заднее сидение и багажный отсек не отделяла стена, так что мне стоило лишь просунуть руку. И дальнобойная винтовка нового образца оказалась у меня в руках. Магазин был полон патронов.

Рука засияла белым светом, так магия переходила из моего источника прямиком в патроны.

Машина постепенно замедляла ход. Я нажал на кнопку, опускающую стекло, и высунулся наполовину.

Влажный холодный ветер ударил в лицо. Поднял голову наверх. Ничего не видно. Сплошная безоблачная ночь.

Не переставая напитывать патроны маной, я прицелился. В хаотичную точку. Ого! А здесь стоит магическая линза ночного видения. Угол обзора был небольшим, но я не сдавался в своих поисках.

И уже через минуту заметил в воздухе раскинувшийся силуэт. Этот монстр был куда крупнее своих наземных созданий. Очертаниями он напоминал доисторического птеродактиля.

Я поймал его на прицел. Вычислил траекторию полёта, поскольку пуле нужно время, чтобы долететь. С летающими объектами каждая миллисекунда играет роль. Сделал небольшую поправку на ветер, который продолжал бить меня по лицу. Это было сложнее рассчитать, находясь в движении.

Не было никакой уверенности в расчётах. Слишком экстремальные условия для стрелка! Но тянуть было больше нельзя. И я нажал на спусковой крючок.

Светящаяся пуля вырвалась в воздух, устремилась наверх. Чёрт, там же и сила притяжения играет роль!

Я наблюдал, стиснув зубы. И перед самым попаданием монстр спикировал вниз, а пуля прошла возле крыла.

Мысленно выругался, вспоминая всевозможные матерные слова. И снова прицелился. Но теперь не было времени на расчёты, монстр летел прямиком на нас!

Выстрел. Один. Второй.

Первая пуля ударила по животу летающей твари, сбивая её с нужной траектории, а вторая попала в крыло. Но монстр не умер. Не исчез вспышкой света, как это случалось с его наземными собратьями.

Он рухнул прямиком на дорогу. Впечатался в неё, словно разбившийся самолёт. Но оставался жив. Ветер разносил странный запах горечи, будто так пахла его кровь. Если у регатов вообще есть кровь…

Я просунулся обратно в машину и попросил куратора остановиться.

— Алексей, при всём уважении, — он хотел отказать, настоять на своём.

— Остановите! — повторил я тоном, не терпящим возражений.

Иван Фёдорович надавил на педаль тормоза, и машина резко остановилась.

— Как вы это сделали? — тихо спросил куратор, будто мои слова заставили его подчиниться против его желания.

Но нет, я не был ментальным магом. И от силы внушения во мне была лишь собственная уверенность, которая и сработала в стрессовой ситуации.

— Вы всё сделали сами, — ответил я и распахнул дверь машины.

— Алексей, не вздумайте! — бросил мне куратор.

Но я не послушался. Как и Зубастик, который выпрыгнул за мной, как ни в чём не бывало. Я снял с него розовый плед с сердечками и бросил обратно в машину.

— Алексей, я за вас головой отвечаю! — прокричал куратор, опустив стекло.

— Не переживайте. Мне нужно всего несколько минут, чтобы его добить!

Пока монстр не начал регенерировать. Как успел узнать на личном опыте, эти твари умели восстанавливаться очень быстро, в считаные минуты. Поэтому и мне пришлось действовать быстро.

Я вскинул винтовку и прицелился, пока Зубастик внимательно наблюдал. Умный питомец на этот раз не отходил далеко, а держался ближе к хозяину, способному его защитить.

Цель лежала на дороге. Летающий регат пошевелился, поднял голову, смотря прямо на меня. И зарычал. Но по сравнению с тем, что этот монстр выделывал в училище, это были лишь жалкие потуги.

И снова выстрел. Точно в голову. Второй в туловище. И третий — контрольный.

Вспышка света чуть не ослепила меня. И мне, и Зубастику пришлось отвернуться. Давно я такого не ощущал! Сетчатку глаза буквально жгло. А вот после смертных регатов приходилось разве что щуриться. Видимо, этот состоял из большего количества энергии.

Свет померк за секунду, и я вновь обернулся. На дороге осталось выжженное пятно, да трещины в асфальте. Причём такие, что теперь машина здесь не проедет. Следующим путникам придётся объезжать по обочине, пока не починят. Но благо, что заборов здесь не было, за ненадобностью их и не ставили. Регаты всё равно сломали бы.

Я отправил Зубастику образ, указывающий вернуться в машину, и он охотно послушался. Ведь там остался мягкий плед и вкусный корм. А я вернулся следом. Сел на своё место на переднем сидении, пристегнулся и положил винтовку к ногам.

— Едем, — указал я.

Иван Фёдорович втопил педаль газа, и мы помчались. Первый час ехали со скоростью сто пятьдесят километров в час, но потом сбавили до девяноста. Это нужно было, чтобы оторваться от наземных регатов, если они заметили нас во время бойни.

— Сколько выстрелов вам потребовалось? — спросил куратор, успокоившись.

— Пять.

— Я насчитал шесть пуль.

— Одна попала в молоко.

— Понятно. Если с вашим потенциалом нужно пять выстрелов, то сколько потребуется рядовому магу.

— Не знаю. Не шибко сравнивал себя с другими.

— А надо бы. Надо бы. Чтобы мы имели представление, как убивать летающих тварей. Не сомневаюсь, что они появятся вновь.

— Да, их становится всё больше. Но, помимо этого, они становятся умней.

— Ещё бы знать почему. Ни одно живое существо так быстро не эволюционирует, — рассуждал вслух Иван Фёдорович.

С галёрки снова послышалось шуршание. Это Зубастик дотянулся до второй упаковки корма, но на этот раз открыл её аккуратно. И стал лапками доставать угощение.

— Из-за коллективного разума, — ответил я. — Зубастик