Ублюдок 2 - Павел Барчук

ни был этот Володя, он явно местный. Может, реально грешник какой-то. Хотя они теперь все грешники. А то, что у него нет рогов, это даже больше плюс, чем минус. Можно не ожидать подвоха. Раз не из Высших, то и срать мне тоже не будет. Потому что этим всем полудемонам я сильно не доверяю. Конченые они. Со своими дебильными планами против Сатаны и заскоками по поводу мирового господства.

Пришлось ускориться, чтоб догнать Володю. Дальше мы уже топали практически нога в ногу. И что интересно… Если до этого я тупо бестолковился на месте, шел куда-то, но ни хрена с места не двигался, уж не знаю, что тут за законы у них действуют и как такое возможно, но зато вместе с пацаном получилось реально передвигаться вперед. Наверное, как раз, сказалось то, что я был посторонним на этом празднике жизни. А пацан — местный.

— Слушай, не то, чтоб меня что-то не устраивает, но куда мы идем? — поинтересовался я, как только смог его догнать.

— Ну, ты хочешь попробовать забрать Николая. В принципе, это возможно. Если ты — наследник его рода, можешь предъявить Смерти претензию. И выкупить своего сородича. Значит, нам нужно добраться до вокзала.

— Вообще, если откровенно, мне Колька сто лет не нужен. Это инициатива Аракчеевой. Я так понял, ее сильно напрягло, что Рогатый умер. Думаю, она хочет, грубо говоря, Николая допросить. Только не пойму, почему ей не обратиться напрямую к Люциферу. Она же с ним типа на короткой ноге.

— А при чем тут Владыка? — пацан реально удивился. Я, честно говоря, тоже.

— В смысле, при чем? Он же этот… ну, типа главный.

— Слушай, смерть наступает, когда приходит Смерть. А уже потом дух отправляется сюда, в Преисподнюю. Представь, сколько людей в вашем мире. Я сейчас даже не о Высших. Не о наделенных Силой. О простых людях. Люди плодятся, как тараканы. Очень быстро и очень много. Представь, если бы всем этим занимался Владыка. У него бы больше ни на что не хватало времени.

— Погоди… — я немного притормозился от неожиданности. Просто слово «смерть» пацан сказал, как имя собственное. С большой буквы. — Ты хочешь сказать, будто существует некто, исполняющий эту роль? Ну, вы смысле приходит и забирает? Как на картинках? Старуха с косой?

— Почему старуха? — пацан даже как-то обиделся. — Очень приятная молодая женщина. Между прочим, работенка у нее, не пожелаешь никому. Люди мрут, как мухи. Раньше было немного иначе. Совсем давно, естественно. Она только являлась за тем, кому вышел срок и провожала через Грань. Там уже ждали в Чистилище. Ну, и шли торги.

— Какие торги? — я слушал Володю с огромным интересом. По сути, мне охренительно повезло. Впервые рядом оказался человек, который мог подробно все рассказать. А я мог подробно все спрашивать. Не опасаясь вызвать подозрение. Этот все равно мертвый. Ему-то что.

— Торги за душу, естественно. На торгах определяли место ее дальнейшего пребывания. Сейчас это место — одно единственное. Преисподняя. Ты не представляешь, насколько переполнены Адские сады, купальни. У нас фантастическая безработица тут. Места всем не хватает. На одну улицу десять дворников. Ну, куда это годится?

— Стоп! — я не успевал за той информацией, которая поступала в мой мозг. — Какие улицы? Ты говоришь о Преисподней, как о мире, где существует своя жизнь.

— Конечно! — пацан посмотрел на меня с усмешкой. — А ты как представлял Ад? Лава, котлы с грешниками и черти, которые гогочут злодейским смехом?

— Блин… Ну, вообще-то, да.

— Откуда ты взялся? Морозов, говоришь… — пацан остановился, уставившись на меня пристальным взглядом. — Морозов… Помню, да. Ваш отец — Герцог Мамона. Не пойму, как тебя воспитывали? Вообще ничего не рассказывали? Устройство Нижнего мира — это первое, о чем Патриархи говорят со своими детьми. Чтоб было понимание.

— Скажем так… я был немного болезненным ребенком с тонкой душевной организацией. Меня берегли от стрессов. Ты рассказывай, рассказывай. Очень интересно…

Пацан двинулся дальше, я следом. Он попутно посвящал меня во все особенности этого мира. И тут реально оказался мир. Преисподняя это было такое же место, как… я не знаю. Земля. Люцифер, демоны. Высшие, которые, типа, герцоги и Низшие. Вся остальная шелупонь типа суккубов, инкубов, Пожирателей. Короче, он называл еще кого-то, но я не в состоянии был сразу всех запомнить. Место, где я трижды уже оказывался, это владения Люцифера. Личные. А так у них тут имелись целые города и Герцогства. В данный момент мы двигали в сторону какого-то Вокзала. Я так понял, с этого места все начиналось. Вроде бы, умершие должны попадать именно туда после смерти.

— Когда все изменилось, Чистилище закрыли за ненадобностью. Убрали этот этап перехода. А вокзал… Ну, логично же, оттуда новоприбывшие граждане отправляются на новое место своего пребывания. Честно говоря, не понимаю, как ты ухитрился оказаться на территории Владыки. Для этого нужно иметь личный доступ, как у Натальи Алексеевны.

— Хорошо ее знаешь? — я заметил, что Володя действительно говорил об Аракчеевой, как о знакомой.

— Ее все знают. Она — правая рука Владыки в Верхнем мире.

— Круто… — я покрутил башкой, пытаясь оценить, где мы находимся. И, честно говоря, прибалдел. Вроде бы недолго шли, а окружающая нас действительность сильно изменилась. Пепел по-прежнему падал, но его стало гораздо меньше. Он еле был заметен в воздухе. Холмы тоже исчезли. Теперь вокруг простиралась долина, на которой даже что-то росло. Сильно похоже на наши поля, но только все было серого унылого цвета. Более того, впереди показалось здание, которое действительно напоминало железнодорожный вокзал. Правда самих поездов, как и железной дороги, пока не значилось даже в перспективе.

И это при том, что шли мы от силы может полчаса. Вряд ли больше.

— Здесь иначе течет время, — ответил пацан, хотя я вообще ни о чем не спрашивал. Скорее всего, прочел недоумение на моем лице. — Мы прошли гораздо большее расстояние, чем тебе кажется.

— Ясно… Слушай, а ты откуда так хорошо все знаешь?

— Слишком долго тут нахожусь, — ответил Володя. Хотел задать пацану еще парочку вопросов, но внезапно, мы оказались прямо перед входом в тот самый вокзал. Резко. Он только что был на расстоянии нескольких десятков километров, а вот мы