Ублюдок 2 - Павел Барчук

— Кстати, да! Коля, ты Высший. Какого черта?! Ты на хрена сдох? А, главное, как?

— Не сочтешь меня за сумасшедшего, Княжич? — Николай подвинулся ближе и наклонился, почти уткнувшись своей башкой в мою.

— Прикинь, я даже себя считаю сумасшедшим иногда. Так что можешь не беспокоиться.

— Девчонка… ребенок. Лет пять, может. Она меня… черт… Она вытащила из меня Силу и жизнь, заодно. Выпила ее. Я такого страху натерпелся за эти несколько секунд… Представь, наклонилась, уставилась своими глазищами и я почувствовал, как Сила покидает меня.

— Что хотели, Ваше благородие? — Валькирия остановилась рядом с нами.

Колька тут же заткнулся и отстранился, повернулся лицом к Смерти.

— Наследник рода Морозовых будет участвовать в торгах за мою душу…

— Душу… — Валькирия закатила глаза. — Какую душу? Откуда она у тебя, Высший? За тебя. Просто за тебя. Ну, хорошо. Я не против. Как сын главы рода он имеет право. Ты знаешь правила, Княжич?

Девица переключила свое внимание на меня. А я еще от слов Николая не отошел. Девчонка, лет пяти? Агата, что ли, опять исполняет? Я других кандидатур не имею.

— Княжич! Прием! — Валькирия несколько раз щелкнула пальцами перед моим носом, привлекая внимание. — Ты меня слышишь? Я обязана по правилам, установленным Владыкой, спросить, тебе известно, на каких условиях проходят торги?

— Честно говоря, в общих чертах. А совсем честно говоря, понятия не имею.

Я вынырнул из своих размышлений о девочке, которая, если верить Кольке, отправила его в Преисподнюю.

Просто… Кто, млять, такая эта Агата? Нет, теоретически, после случайной фразы Аракчеевой, я понимаю, скорее всего, она — дочь царя. Ну, типа, Романова, все дела. Вот только какого черта чудо-ребенок шляется по этому миру? Вижу ее в большинстве случаев только я. И вон, Колька. Правда, моему секретарю это «видение» дорого стоило. А больше всего меня пугают ее возможности. Девочка переплюнула Лилит. Сильно так переплюнула. И еще пугает предположение, как она их получила. А вернее отсутствие этого предположения. Потому что я даже приблизительно не могу представить, что произошло. Очевидно же, что-то произошло. Надо быстрее переговорить с фрейлиной. Она должна знать. Хочу понимать, в чем прикол.

— Так… Хорошо, — Валькирия сложила руки на груди и уставилась на меня насмешливым взглядом. Она вообще, между прочим, для Смерти слишком ехидная. — Значит, объясняю. Торги. Каждый, оказавшийся здесь, является предметом торга. Герцоги, их служащие, демоны попроще и, конечно, сам Люцифер принимают участие. Выбирают для себя лучший товар. Но еще, в торгах может принять участие тот, кто желает выкупить своего близкого. Одна кровь — является обязательным условием. В смысле, кровная связь. Если торги закончатся в пользу того, кто хочет забрать своего умершего, отсюда выйти невозможно другим путем. Вот последний случай — ваш. Ты, Княжич, хочешь торговаться за своего родича. Условия простые. Тебе придется предложить желающим заполучить его нечто, способное их заинтересовать. А именно… То, что будет стоить дороже. И отказаться потом невозможно. Например, ты можешь обменять его жизнь на свою. Может отдать взамен Силу. Не обычный человек, как никак. Смысл понятен?

— Смысл понятен… — повторил я за Валькирией, а потом посмотрел на Кольку.

То-то его так торкнула мысль, будто я пришел за ним сам. По своему желанию. Ну, блин, Наталья Алексеевна… Только я начинаю думать, что у нас с ней имеется взаимопонимание и обоюдная симпатия, как эта дамочка ранит меня в самое сердце своими неожиданными поступками. Вот сейчас, интересно, о чем она вообще думала? Решила угробить юного Морозова, при этом оставшись ни при делах? Или так сильно в меня верит?

— Вот и отлично. Добро пожаловать на торги, — сказала Валькирия, ехидно улыбнулась, а потом громко и резко хлопнула в ладоши.

И Николаю тоже. Второму вообще хотелось сказать много. Например о том, что не хрена умирать, когда ты Рогатый. Ну, вот точно не просто так Агата к нему явилась. Я уверен, моя занятная, маленькая подружка посетила Кольку с умыслом. Что-то он, сволочь такая, натворил. Девочка эта, конечно, страшная до уссачки, но никого не трогает без причины. Только рядом со мной постоянно отиралась. А тут вдруг совершенно случайно пришла и убила Николая. Удивительное стечение обстоятельств.

Однако, Валькирия испарилась. Ее в зоне видимости больше не было. Как и моего родственника. Зато рядом… Я совершенно беспардонно вылупился на тех, кто присутствовал в зале торгов. Это были демоны. Самые настоящие демоны. Которые всем реально заправляют. Как я это понял? Ну, точно не потому, что они выглядели рогатыми козлами, с копытами, шерстью и хрен его знает еще чем. Не понимаю, почему вообще художники их всегда изображали в отвратительном виде. Типа, монстры. Правда, в моем мире, думаю, никому и не приходилось встречаться с жителями Ада. По крайней мере тем, кто еще жив.

Справа сидела дама. Лет сорока, может, на вид. Я даже немного прибалдел от того, что она не выглядит, как те же Рогатые. Аракчеева, Катрин, Юсупова, да и все остальные, были молоды, независимо от настоящего возраста. И потрясающе красивы. Аж дух захватывает. Здесь же, совсем наоборот.

Нет, она не походила на урода. Однако, при этом, имела совершенно обычную внешность. Ухоженная, привлекательная, но как-то… по-человечески, что ли. Я бы вообще, может, не подумал, что тетка — демон. Если бы не бокал в ее руке. Там была налита какая-то бурда, в которой шевелились черви. Отвечаю. Самые настоящие черви. Слизни, мокрицы и еще какая-то хрень. Не рассматривал, если честно. Меня без того чуть не вывернуло, когда дамочка поднесла бокал к губам и отхлебнула все это с огромным удовольствием. Даже немного причмокнула губами. Так ей было вкусно.

— Чревоугодие, — она повернулась вдруг ко мне, облизнула губы и протянула свой долбаный стакан, предлагая попробовать. — Хотите? Очень рекомендую. Свежее. Только что сняли с грешника. Удивительно выдержанный вкус. Лет тридцать вынашивал. Ни разу не сбился с пути греховного.

— Благодарю… — я немного отодвинулся. Машинально, наверное. Просто… удивительная мерзость, однако…

— Вы, смотрю, из Верхнего мира к нам пожаловали? — дамочка бесцеремонно постучала ноготком по одному из моих рогов. У