Беглец - Владимир Поселягин

Осмотрев лица рабов, я, вставая с капитанского кресла, задумчиво сказал:

– Ни одного знакомого. Ну что ж, пора исправить это недоразумение и познакомиться.

Но сразу к рабам я не пошёл: несколько дней сидели, посидят и ещё. Зайдя в кают-компанию, я подошёл к пищевому синтезатору и заказал себе блюда. Надоели солдатские пайки, которыми меня кормили, хочется нормального супа и второго с гарниром.

Пока я ел, искин с помощью своих дроидов убирал последствия моего вмешательства. Тела Ингара и пилота были перенесены в отдельное помещение. Бытовые корабельные дроиды чистили корабль от крови. Арсенал и другие помещения были заперты, доступ был только у меня. Вот после обеда, а время было обеденное, я и навещу своих пассажиров. Корабль мой, делиться им с другими я не собирался, в его захвате они не участвовали. Довезу до ближайшего нейтрального государства и – адью!

Сам я был в новеньком пилотском комбезе, взятом из шкафа в каюте капитана, на бедре кобура с бластером, на другом – длинный клинок, не нож, кинжал. Так что прикинут я был нормально. Правда, нужно реаниматор посетить, залечить ссадины, а то только пластырем залепил их, но это попозже.

Плотно поев, я встал из-за стола, поинтересовался у искина, присутствует ли в кают-компании дроид-стюард, который должен убирать всё после едоков, убедился, что команда сама о себе заботилась, и, взяв со столика пластиковый поднос, отнёс и бросил его в утилизатор, отдав команду дроиду-уборщику убрать кают-компанию.

Теперь мне нужно было подготовить каюты жилого блока. Договоримся мы с рабами или нет, но каюты должны быть подготовлены к новым пассажирам. Требовалось убрать из них все личные вещи экипажа, перенести их в одно из пустых помещений на технической палубе, можно туда, где я допрашивал капитана. Будет склад с барахлом.

Один дроид двигался за мной и складывал в коробку всё, что было в каютах лишним, после чего в эти каюты, которые становились однотипными, без излишеств, заходили уборщики и доводили их до совершенства.

Например, каюта Лии, девушки-мучительницы, была неплохо оформленной, с задрапированными тканями стенами, дорогим галопроектором с большой фильмотекой. Несколько вещиц мне понравились, вполне возможно, использую их для декора своей каюты, а выбрал я себе ту, что ранее занимал капитан. Она единственная была большая и разделялась на гостиную и спальню тонкой раздвижной перегородкой.

Корабль имеет вот такую конфигурацию. После крохотного трюма, можно сказать, на носу крейсера, находится двухуровневый жилой модуль. На нижнем этаже всё место занимают кают-компания и медбокс, соединённые с верхней палубой довольно красивой лестницей. На втором этаже – десять кают, из них четыре ожидают своих будущих жильцов, помимо капитанской, пять переводятся в режим консервации. Вернее, три, две другие уже были законсервированы.

Из кают-компании мимо медбокса, реакторного отсека, гипердвигателя шёл коридор в сторону технического сектора и до отсека с разгонными двигателями. Там проектировщики, пользуясь тем, что есть свободное место, сделали несколько помещений вроде складов, часть из них охотники за головами превратили в помещения для перевозки рабов.

С верхней жилой палубы, где располагались каюты, тоже шёл коридор в сторону кормы, но вёл он в рубку управления, там же рядом находились два небольших склада и арсенал. Оба склада – в основном жилой направленности, то есть с продовольствием и вещами. Именно оттуда дроиды приносили недостающие детали имущества, если в каютах чего-то не хватало. Например, на койке Лии был анатомический матрас – не стандарт. Его отнесли к барахлу, заменив обычным. Под лестницей в кают-компанию находились помещения, где заряжались дроиды, и коридор, который вёл в трюм.

Крейсер имел вид баклажана с тремя дюзами разгонных двигателей, восемью маневровыми движками, шестью башнями средних орудий и пятью средними пусковыми ракетными установками. Две пусковые – с противоракетами, три – с обычными. Ах да, ещё были турели ПКО, в количестве двадцати девяти единиц. В принципе, компактный такой, манёвренный и хорошо вооружённый рейдер с небольшой командой. Был. Сейчас мой.

На борту находились также шесть бытовых дроидов и три технических, все универсалы. Боевых я обнаружил во время инспекции арсенала, это были два штурмовых дроида четвёртого поколения. Кстати, сам крейсер был того же поколения.

Активировав один из штурмовых дроидов, коды у меня были, капитан отправил мне на нейросеть всё, что у него было сохранено, – да, я включил внешнюю связь сети, чтобы иметь её с искином и быть постоянно на контроле при возникновении внештатных ситуаций, – и направился к каюте капитана.

На полу каюты сидел бывший капитан и владелец корабля, пускающий слюни. Я взял управление техническим дроидом, что сопровождал меня, напрямую. Тот положил короб на пол и, подхватив тело капитана, понёс его в моём сопровождении в сторону кормы, в пустой карцер, пусть там побудет. Тела пилота и Ингара были вынесены в трюм. Разберусь с рабами, нужно будет осмотреть его, то, что он не пустой, я был в курсе. У этого типа крейсеров не было лётной палубы, слишком маленькие они для этого, но челнок у экипажа был, и находился он именно в трюме. Это была импровизированная лётная палуба. Вот и хочется посмотреть вообще все трофеи, что мне достались.

Пристегнув капитана к стене карцера и защёлкнув на его шее ошейник, мы с дроидом вернулись в его каюту. В течение двадцати минут мы изменили в ней всё под мой вкус, и пока дроиды-уборщики заканчивали мыть потолки, стены, полы и мебель, я наконец направился к парням. По пути ко мне присоединился боевой дроид.

При активации я решил, что мощное вооружение на нём избыточно, так что один из технических дроидов по моему приказу помог боевому снять тяжёлое навесное оборудование, и тот остался со спаренным крупнокалиберным пулемётом и автоматическим гранатомётом. Это не пушка, в случае чего обшивку не повредит, хотя коммуникации, конечно, разнесёт.

Подойдя к двери, что вела в помещение, где содержались беглые, я мысленно приказал искину, который её контролировал, открыть дверь и, как только та ушла в сторону, поморщился от запаха немытых тел и испражнений. Капитан не соврал, да и видел я всё на камере, которая была установлена в каюте. Кстати, картинки со скрытых камер шли на галовизор, установленный в каюте Ингара. Его я демонтировал и отправил на склад, а в своей каюте установил галопроектор Лии, который был самым новым, и на него вывел картинки, чтобы всё всегда держать на контроле.

Я посмотрел на рабов, которые также смотрели на меня. Мои глаза встретили куда как злые взгляды – парни не сломались. Те, кто шёл в побег, имели стержень, и таким способом их сломать сложно.

– Добрый день, господа беглые, – усмехнулся я, оставаясь стоять в проёме двери. – Довожу до вас новые сведения. Власть на рейдере переменилась. Я тоже беглый, меня везли в каюте для дорогих рабов. Разрешите представиться, капитан Ворт Трен, бывший корабельный инженер и старший корабельный врач тяжёлого линкора «Возмездие» бывшей республики Шейн. Участник рейда по уничтожению главнокомандующего флота люмерцев, прошедшего под командованием флагкомандора Тонсона. После сообщения о крушении обороны и сдаче позиций особисты неожиданно предали нас, и весь экипаж попал в рабы, включая и мою персону. Я бежал, попал на «Сивилле» в медовую ловушку и снова освободился, только уже на этом корабле, взяв «Люмерец» как приз в полное владение. Насчёт вас у меня планов особо нет: доставлю до ближайшего нейтрального государства – и прощайте. Это всё. Ах да, я вас выпущу из этого помещения, сниму ошейники, вас уже дожидаются стандартные каюты с душем и готовыми пилотскими комбинезонами на койках, если вы под протокол подтвердите, что не имеете ко мне никаких злых умыслов и не попытаетесь захватить рейдер, спокойно пассажирами достигнув одного из нейтральных государств. Более того, если у кого есть желание подзаработать, то пожалуйста – стандартный флотский контракт наёмника до прибытия в точку назначения.