Мир - Наталья Мар

Сквозь дрожащие капли на ресницах проступала фигура злодея.

– Все еще хотела бы улететь?

– Что?

Девушка сморгнула слезу и уставилась на эзера, пытаясь сфокусировать взгляд. Они были в медпункте вормхолла.

– Хочешь улететь с Браны? – неясное лицо Бритца еще плавало и дрожало в воздухе. Пахло кровью и больницей. – Серьезно, я могу это устроить. Мне бы и самому лучше исчезнуть на время, но решение нужно принять сейчас.

– С тобой… Эй! Какого…

– Да, тебя приняли за шчеру и благоразумно пристегнули к кровати. Да, со мной улететь. Так что?

Вспомнила. Все до капельки.

– Ты убил Бена, неужели я вообще с тобой разговариваю?!

– Полетишь или нет?

– Да я лучше умру.

– А ты уже мертва.

Он развернул новостные каналы, сразу десяток. Они рассыпались по всей палате. По всем крутили одно и то же: полет скорлупок над вормхоллом, ослепительный взрыв одного из кораблей, два лица крупным планом. И бегущая строка: «на месте катастрофы спасатели обнаружили образцы ДНК Бензера Бюрлен-Дукка и Самины Зури».

– Смотрю, ты нашел, куда приспособить ту заколку, – процедила девушка. – Дай мне записи вашего разговора с Харгеном. Ну же, ни за что не поверю, что ты их не вел!

Не говоря ни слова, Кайнорт отдал ей свой комм. На середине аудиофайла у Самины едва не начался новый приступ.

«– …и прицепил маячок. Я приказал ему хватать девку и мотать с Браны.

– Зачем, господин Зури?

– Облегчил тебе работу, Кай. Теперь они будут держаться вместе и… примерно ясно, как умрут.

– Спасибо. Я понял.

– Не упусти их, эзер! Данные опознания и других экспертиз мне на стол, немедленно по исполнению…»

Эзер свернул запись.

– Что-то я в последнее время слишком редко вру. Слушай, подумай хорошенько. Все равно умереть с ним в один день уже не получится – только что перевалило за полночь. Красота момента упущена. Время подумать о себе.

– Прекрасно. Не могу отказать себе в удовольствии послать тебя к Вельзевулу.

– Знаешь… Ты в этом ошейнике, в линзах и с короткой стрижкой так похожа на одну из моих шчер. Один в один рабыня.

Самина молчала. Она не хотела слушать. Она ждала, когда ей освободят руки, чтобы выцарапать белые глаза. Бритц коснулся ремней, стянувших ее запястья.

– Знаешь, почему шчеры проиграли? Слишком много у них ранимого чувства собственного достоинства. Эти шоры и оковы тяжелее железных, эзеры лишь надели на пауков реальные атрибуты рабства. Теперь шчеры гордые, принципиальные… люди-второго-сорта. Они очень плохие, очень неудобные рабы. Но знаешь, какое слово здесь ключевое?

– Рабы.

– Да. Цель каждого раба – стать плохим рабом. Хотя в первую очередь им бы следовало вычеркнуть из фразы именно это слово. Прежнего себя вычеркнуть, – эзер бросил взгляд на часы. – Смотри, восход нового дня. А что ты видишь на закате: гордый труп биолога Зури, верной себе до конца, или живую, новую Самину?

Эзер мог заморозить ее прямо сейчас и совершенно сломать ей здоровье. После криокамеры бранианцы просыпались умственно отсталыми, больными и бесплодными. Самина понимала, что Бритца удерживает лишь приказ андроида. Но если в его предложении не было заботы, то здравого смысла хватало сполна. Ни скрываться здесь долго, ни улететь без него девушка не могла. Ее не существовало. Деньги на счетах и документы стали недействительны.

– Я буду сотрудничать, если ты скажешь, какова твоя выгода.

– Минори хотят независимости от Браны. Мне, может быть, сильнее, чем Эммерхейсу, выгодно уничтожение магнетарной цепи. Поэтому я согласился хранить тебя на случай, если ты ему потребуешься. Не пойми меня неправильно… но в радиусе многих галактик теперь я – тот, для кого ты дороже всех на свете.

Он слышал. Слышал все через жучок Бена. Самину затошнило.

– Отстегни меня. Куда ты собрался?

– Признаюсь, у вас был неплохой план с лечебницей на Халуте. – Кайнорт с некоторым облегчением принялся за ремни. – Ты ведь не станешь драться прямо сейчас? Слишком много свидетелей. Мне придется из соображений конспирации сломать тебе руку.

– Удовольствие того стоит.

Эзер отхватил пощечину, а в ответ Самина очутилась на полу. Бритц выпустил хвост и смахнул на девушку стойку с пробирками.

– Сюда никто не посмеет зайти, даже если я начну резать тебя живьем на шнурки. Угомонись, пожалуйста.

– Это было еще только за Сиби, тварь! – Самина поднялась, вся в порезах. Не чувствуя боли, замахнулась снова… кажется, осколком пробирки.

На этот раз эзер не выпустил хвост. Он перехватил ее руку и вывернул запястье – так, что внутри хрустнуло. Самина вскрикнула и упала.

– Занесу это в список исполненных обещаний, – прошипел над ней Бритц. – Вторым пунктом за пятьсот лет.

– А я обещаю худший перелет в твоей жизни…

– На меня злишься? Как пес на палку? Какого черта, ведь он мог выйти из корабля, когда ты не появилась в условленное время!

– Выйти, Бритц?! Ты бы тут же его зарезал!

– Так ты и ему и сказала? У меня были образцы ДНК вас обоих!

– Я… ты врешь! Ты только и делаешь, что врешь!

Он бросил ей в лицо капсулу, в каких обычно хранят образцы для экспертизы. Волос цветом, как у Бена, обрывок салфетки. По понятным причинам эзеру не пришлось их использовать.

– Ты правда готова была жизнь отдать за того, кого остановил страх смерти? – эзер отряхнулся и поправил форму, как ни в чем не бывало. – Поднимайся и за мной. Вылет через полчаса.