Демонстрация силы - Стас Устенко

– Ничего не понимаю, – пробормотал я, озираясь.

Мы находились в комнате точно такого же размера, только стены ее теперь были выкрашены в зеленый цвет.

– «Братство» тоже кое-что умеет, – заметила Кристина.

– Интересно, почему Давид Блейд говорил мне, что ни один из экстрасенсорных экспериментов не подтверждается на научном эксперименте? А у вас тут, как понимаю, на поток все поставлено. Даже страшно представить, где мы выйдем сейчас.

– На научном эксперименте ничего и не подтвердится. Это работает только для одного или двух человек, причем проводник должен быть сильным медиумом. И срабатывает не всегда. Могло не получиться, тогда в аэропорт бы поперлись. В тонких материях все иначе…

Мы стали подниматься по длинной винтовой лестнице. Она заканчивалась такой же, как и в подмосковном доме, сейфовой дверью, за которой был расположен маленький предбанник. Когда мы вышли из него, стало ясно, что Кристина не обманула. От бесконечной мозаики событий у меня как бы атрофировалась способность удивляться: оставалось лишь тупо взирать на улочки кукольного городка под названием Рейкьявик, единственное, что пришло в голову: «Да тут не так уж и холодно». Пройдя буквально сто метров, мы вышли к небольшой площади с серым современным зданием. Оно было обвешано афишами XXVII Исторического конгресса, на ветру развевались разноцветные флаги.

Оказавшись внутри, мы не подошли к стойке регистрации, а сразу направились к служебному входу. Охрана расступилась, не задав ни одного вопроса. Небольшой лифт поднял нас на пятый этаж, и мы через служебный вход попали в зал. Он был оборудован под фуршет: высокие столики, огромный шведский стол в углу, официанты разносят шампанское. Я сразу же обратил внимание на фигуру Габриэля Иванова, она возвышалась над всеми присутствующими, словно маяк на берегу. Чуть поодаль стояли несколько телохранителей, а беседу Иванов вел с худым мрачным человеком, длинные волосы которого были стянуты в хвост. Кристина решительно подошла.

– О, какие люди! – Габриэль прервал беседу, подошел к нам и поцеловал Кристину в щеку. Голос у него оказался очень низким, рокочущим. – А это, как я понимаю, Майкл?

– Здравствуйте! – сказал я.

Великий маг подал мне руку, рукопожатие у него было совершенно обычным, я обратил лишь внимание на то, что ладонь у него была очень холодной.

– Боюсь, мы тут толком не пообщаемся. Пройдемте в переговорную, у меня забронирована одна… Нижайше прошу прощения, – он обратился к «хвостатому». – Неотложное дело. Я скоро вернусь.

Он провел нас в роскошную переговорную: резной стол из ценных пород дерева, удобные кресла, стильный шкаф в углу. Жестом предложил нам садиться. И сам опустился в кресло, и, кажется, чуть не раздавил его. Я присмотрелся к Иванову. Если издали Габриэль казался обычным бодрым пожилым человеком, то вблизи стало заметно, насколько он энергичен, несмотря на печать вековой усталости на лице: очень уж глубокие морщины и неестественный цвет кожи. Иванов разительно отличался от японских старожилов‐рекордсменов, которых показывали по телевизору, но чем больше мы находились в одной комнате, тем яснее становилось, что жизненный путь нашего собеседника куда длиннее, чем у большинства людей.

– Помню, как в детстве сидел на качелях, рядом друзья, товарищи… – начал вдруг Габриэль. – Солнце яркое светит, небо синее-синее… Вовка, мой кореш, только о рогатках и говорил, а я уже тогда знал, что буду управлять миром… Ну, или хотя бы пытаться. Так что там у нас? – вдруг переключился он. – Краем уха слышал вашу историю. Один момент в ней оказался крайне интересным.

– Габриэль, могу рассказать все, так сказать, из первых уст.

Я снова завел шарманку о встрече с представителями «Золотого щита», коснулся моментальной вспышки и особенно четко произнес: