Сеятель - Владимир Поселягин

Посчитав задачу выполненной, миноносцы ушли в море и направились к месту встречи. Дошли на последних крохах угля. О запасной точке встречи тут и думать не стоит. Столько угля сожгли, потому что пришлось убегать от японских миноносцев, что вышли из рейда Чемульпо. Хорошо, что ночь помогла скрыться. Сюда, к острову, они подошли за час до нас.

Пока оба капитана, доложившись, писали рапорты о своих действиях, а один еще и врача посетил, на их миноносцах шел аврал, в их бункера спешно перегружался уголь. Угольная пыль была везде, даже на зубах хрустела. Потом торпедами занялись, с помощью кран-балки подавали и заряжали минные аппараты. Закончили погрузку только в полночь, после этого миноносцы отошли, и следом за «Палладой», что снялась с якоря, в темноте покинув прикрытие берега, скользнув от проливов в Восточно-Китайское море, пошли все вместе вокруг Японии.

С углем беда. Нужно добывать, вот я и собираюсь встать на маршрут из САСШ, откуда доставляют в Японию, несмотря на войну, чистейший кардиф, лучший уголь для топок боевых кораблей. Расчет оправдался, уже к полудню, когда мы были в водах Тихого океана, до японских берегов не так и далеко, на горизонте показался дым какого-то судна. Мы направились навстречу. Оба миноносца рванули к нему, чтобы остановить к моему приходу. Еще не хватало гонки устраивать, и так угля на полдня всего. Радист, как только услышал передачу, тут же забил канал случайными сигналами. Так что американец, а это был он, так и не смог поднять тревоги и сообщить о нас. А после обстрела надстроек из мелкокалиберных пушек миноносцев, семидесятипятимиллиметровые не использовали, спустив флаг, остановился. К сожалению, он перевозил разный металл в слитках, включая медь и никель. И уголь, что был в его бункерах, надо сказать практически пустых, нам не подходил, сажи много, забьет все и ход снизится. Рисковать я не стал, поэтому команду и два десятка пассажиров посадили в шлюпки и отправили к Японии – тут близко, уже вечером землю увидят. Решено было затопить судно, сняв все ценное. Припасы забрали, воду слили, трофеи разные собрали; я разрешил матросам взять то, что понравится, так что обыскали судно с носу до кормы. Кок с помощниками с камбуза и кладовок все вынес. После этого судно пустили на дно. Просто один выстрел восьмидюймовкой ниже ватерлинии, и оно начало медленно погружаться в воды океана. А мы продолжили поиск.

Через час снова показался дым на горизонте, но в этот раз не один, а два. Мы стали сближаться, а потом миноносцы направились к неизвестным, держа высокую скорость. В этот раз повезло, оба оказались американцами с углем для военных кораблей японского флота. Тут тоже не дали подать сообщение; оба судна, пяти и семи тысяч тонн водоизмещения, были радиофицированы. Капитаны судов не стали оказывать сопротивление, позволили подняться на борт. Досмотровые команды убедились, что груз входил в списки контрабанды, конечный пункт Сасебо, база японского флота, так что судна были задержаны, и я отправил туда по пятнадцать вооруженных матросов и по кондуктору, что ими командовали.

Американские команды продолжали управлять судами, наши только охраняли их. С капитанами я пришел к договоренности. Их отпустят, когда мы прибудем во Владивосток, причем они получат зарплату за то время, пока ходят под нашим флагом, я написал письменное подтверждение этого. За груз и суда не беспокоились, застрахованы, а они наемные капитаны. Офицеров я не стал посылать, кондукторов хватит.

И вот мы стояли борт к борту с «Сан-Диего», как назывался один из углевозов, и пополняли бункера. Работа уже часа два шла, угольные ямы постепенно пополнялись отличным углем, и тут подбежал радист:

– Товарищ капитан, я случайно поймал призыв о помощи. Где-то рядом русское грузопассажирское судно убегает от японского крейсера. Слышал хорошо, значит недалеко.

– Сигнальщикам внимательно осмотреть горизонт, – немедленно скомандовал я, изучая листок с короткими фразами.

Судя по ним, грузопассажирское русское судно встретилось с крейсером. Вот только что это за крейсер? Легкий я прихлопну как муху, если тот не уйдет на высокой скорости, а вот до броненосный – это самая плохая версия из возможных.

– Сколько загрузили? – нахмурившись, спросил я у старпома, который подошел ко мне.

Я стоял у левого борта, наблюдал, как матросы бегали с мешками на плечах, по одному трапу на «Палладу», по другому обратно на «Сан-Диего».

– Две трети от общего объема. Миноносцы запасы уже пополнили, отошли от борта «Калифорнии».

Так называлось второе судно, что покачивалось на небольшой волне в полукабельтовых от нас.

– Хорошо. Заканчиваем загрузку. Похоже, скоро повоюем. Неизвестный японский крейсер преследует русское судно. Видимо, скорость у обоих схожая, раз догнать не могут и не отрываются. Где-то рядом.

Тут, как будто вторя моим мыслям, закричал сигнальщик:

– Вижу дымы с севера!

– Заканчиваем погрузку. Отходим от борта угольщика.

– Есть, – козырнул старпом и убежал, отдавая команды.

Вскоре крейсер отошел от угольщика и, набирая скорость, направился в сторону замеченных дымов. Шли наперерез и, похоже, успевали.

– Ветер усилился, – всмотревшись, озвучил я очевидную вещь. – Дым из наших труб стелется вперед и фактически скрывает нас от неизвестных на горизонте. Маскировка, конечно, плохонькая, но она нам поможет. Передайте приказ угольщикам отстать и держаться в пределах видимости на горизонте. Миноносцам идти по левому борту, укрывшись от взглядов неизвестных.

– Ловушка? – усмехнулся старпом.

– Она. Вестовой, передай радисту, пусть следит за эфиром. Если японцы будут выходить в эфир, глуши. Впрочем, наших тоже.

– Есть.

Вестовой убежал, а мы быстро сближались с неизвестными, а когда уже стало видно корпуса на горизонте (изредка слышался гром, это работали орудия японца), я велел Заславскому, единственному гардемарину на борту, подняться на мачту и в бинокль определить, кто там.

Тот мигом взлетел наверх и вскоре спустился, сильно бледный.

– Товарищ капитан, впереди русское судно, похоже, наше. За ним гонится японец. Это… Это «Токива», товарищ капитан! Я точно опознал его.

– Худший вариант, – скривился я. – Броненосный крейсер типа «Асама». Он от нас мокрого места не оставит. Остается только хитрить. Мы принимаем бой.

Команда «Паллады» после прошлого дня была в приподнятом настроении, энтузиазм от них так и шел, да и сегодня мы неплохо поработали, одно судно на дно пустили, два трофеями, пусть американские, но с контрабандой. Пока команда готовилась к бою, дым нас также скрывал, с «Токивы» шел запрос, но радист забил волну. То, что мы не свои, на японском крейсере уже поняли, поэтому я приказал отсемафорить на русское судно, опознаться и приказать отходить к призовым судам на горизонте. Прочитать семафор на судне смогли, и оно, повернув, пошло нам навстречу. Поверили, это хорошо. Или, скорее, опознали «Палладу» – с их стороны крейсер уже видно, как и оба миноносца, что прятались за его корпусом.