Тирания веры - Ричард Суон

Увы, ощутила я не только это. В затхлом воздухе витали сверхъестественные энергии. То же самое происходило, когда Вонвальт использовал при мне Голос Императора. Я почувствовала во рту привкус меди, и мои волосы встали дыбом. Магия пропитывала все вокруг, она гасила свечи и покрывала трещинами стекла. Казалось, будто грань бытия, на которой находился мир смертных, в этом месте становилась тоньше, и, сосредоточившись, мы могли прорвать разделявший нас покров и проскользнуть в священные измерения.

– Кровь богов, – пробормотал сэр Радомир. Он прижал одну руку к груди. – Злые силы здесь обитают.

– Да, я тоже их чувствую, – отозвалась я. Моя кожа покрылась мурашками, а слух улавливал тот же шепот, который я слышала, когда Клавер усилием разума приковал Вонвальта к месту. Одно было ясно наверняка: я не хотела оставаться в этих мрачных залах дольше необходимого. – Список у вас? – спросила я.

– Да, – ответил сэр Радомир. Он передал его мне. В списке было около двадцати книг, все – гримуары той или иной направленности. О некоторых я слышала; названия других были написаны даже не на саксанском. Я вглядывалась в строки, но мои глаза отказывались фокусироваться на них, будто сами слова не желали, чтобы их прочли.

– Давайте поскорее начнем, – пробормотала я, пытаясь не обращать внимания на окружавшие нас странности, и двинулась глубже в хранилище.

Книги стояли в алфавитном порядке и были так тщательно разбиты на категории, что нам не составило труда найти нужные… вернее, найти места, где они должны были стоять.

– Этой не хватает, – сказала я, сверившись со списком, а затем посмотрев на пустое место на полке. Пропал труд Эймбальда «Арсенал Правосудия, или магия драэдистов в общем праве: практика и правила применения». Том был одним из новейших, всего лишь вековой давности, и, вероятно, его написали во время одной из реорганизаций Ордена, которые проводились регулярно.

У меня возникло неприятное предчувствие, что эта книга окажется не единственной пропажей, и я не ошиблась. Мы с сэром Радомиром поделили список пополам и меньше чем через час убедились, что в хранилище нет ни одной книги из него. Что хуже, пропали и другие фолианты, причем некоторые были изъяты из запертых сейфов.

– Книга лежит под замком в сундуке, который стоит в запечатанном хранилище; у хранилища стоит стража, и находится оно глубоко под землей в охраняемом здании… а здание стоит в городе, окруженном самыми высокими и самыми толстыми стенами в известном мире, – пробормотал сэр Радомир. Мы оба осмотрели сундук. Крепкий, из черного дерева, обитый железом и украшенный гравировками рычащих зверей. Его создатель был явно не чужд драме, и в другой обстановке сундук показался бы безвкусным. Но здесь, в подземелье, он пугал меня до дрожи. – Пропади моя вера, что же это за книга такая?

Я посмотрела на шерифа, затем снова на пустое, обшитое бархатом нутро сундука.

– Правильнее спросить: где эта книга?

* * *

Мы решили утаить от библиотекарей, что книги пропали, и Вонвальт испытал заметное облегчение, услышав о нашей осмотрительности.

– Все так, как я и ожидал, – сказал он. Сэр Конрад был бледен, осунулся, и мы с сэром Радомиром инстинктивно встали подальше от него, боясь, что он действительно подхватил какую-нибудь оспу. Вели мы себя страшно невежливо, но я знала, что Вонвальт поступил бы так же.

Мы пришли в Великую Ложу, в его покои. За окном от Совы исходило тусклое красноватое сияние уличных фонарей и жаровен. Дождь на время прекратился, но воздух оставался теплым и влажным, а облака висели низко и готовились пролиться вновь. К счастью, по пути сэр Радомир и я не встретили млианара и прирученную им толпу – когда мы вышли из Библиотеки Закона, те уже разошлись.

Атмосфера в Ложе царила такая же, как и во всей остальной Сове – подавленная. Пока мы шли к покоям магистра, многие бросали на нас укоризненные взгляды. Стало ясно, что какие бы пышные приемы ни пришлось посетить Вонвальту в городе и как бы там ни жаловали нового лорда-префекта, его – и наш – прием в Ложе будет оставаться прохладным.

– Нужно отправить весточку во дворец, – сказал Брессинджер. Он стоял у окна. За последние дни Дубайн сильно сдал – все это время он смотрел, как болезнь постепенно убивает его друга и господина, и тревожился за него. Кроме того, сэр Конрад нагрузил своего главного пристава тяжелой работой, что тоже его подкосило. И я уже не говорю об утраченной руке, которая беспокоила Дубайна намного больше, чем он говорил. Вид у Брессинджера был такой, словно он постарел на десяток лет.

– Нужно, – мрачно пробормотал Вонвальт.

– Куда же делись книги? – спросила я.

– Не знаю, – ответил Вонвальт. Он дернулся, внезапно ударил кулаком по столу и громогласно выругался.

Я выпучила глаза. Кажется, тогда я впервые услышала, как сэр Конрад сквернословит. Я посмотрела на Брессинджера, и тот мрачно встретился со мной взглядом. По его лицу мне все стало понятно. За последний месяц я часто думала, что Вонвальт может умереть, но до сих пор не осознавала этого в полной мере. Мысль о том, что он вот-вот исчезнет, покинет этот мир, вдруг переполнила меня глубоким отчаянием. Мне представилось, как Брессинджер, сэр Радомир и я – те, чья значимость была напрямую связана с нашей вассальной зависимостью от Вонвальта, – оказываемся брошенными на произвол судьбы, без дела и без цели, а Империя тем временем рушится вокруг нас.

Вонвальту потребовалась минута, чтобы взять себя в руки, и он смутился от того, что вышел из себя. Надев на шею медальон префекта, он убрал в карман свою печать.

– Во время переезда вы не заметили во дворце… во дворце префекта… какие-нибудь потайные комнаты, проходы или хранилища? Хоть одно место, где можно что-то спрятать?

Сэр Радомир и я переглянулись, затем снова посмотрели на Вонвальта.

– Мы ничего подобного не искали, – сказала я. – Возможно, там что-то и есть. Особняк ведь огромный.

Вонвальт кивнул сам себе.

– Хорошо. Слушайте. Сейчас же возвращайтесь туда. Поговорите со слугами. Обыщите дом сверху донизу. Мне нужно, чтобы книги нашлись.

Повисла тишина.

– Да что в этих книгах такого? – спросил сэр Радомир. – Я понимаю, что магия, но какая именно? Способность двигать предметы силой разума?

Вонвальт потер лицо руками.

– Эти гримуары содержат то, что мы называем древними знаниями. Руководства, своды указаний к чарам и к тому, как их применять. Вы