Мастер архивов. Том 4 - Тим Волков

«При первом высвобождении Резонанс наносит необратимые изменения магическому полю области. Пространственно-временной континуум подвергается локальной деформации. Чем мощнее высвобождение, тем больше зона поражения. При достижении критической массы Резонанс может привести к обрушению реальности».

— Обрушению реальности, — прошептал я, чувствуя, как холодок страха ползёт по спине.

Это создал я. Не специально, не желая того, но факт оставался фактом: магия, которую я выпустил, не исчезла. Она пульсировала где-то там, внизу, в основании замка, расходясь кругами, как камень, брошенный в воду.

«Резонанс невозможно остановить. Его можно только перенаправить или… поглотить».

Я сглотнул.

— Поглотить?..

«Поглощение Резонанса носителем артефакта класса „Абсолютный накопитель“ приводит к необратимым изменениям в структуре магического поля носителя. В краткосрочной перспективе — увеличение силы, расширение возможностей. В долгосрочной — потеря личности, магическое безумие, физическая деградация».

Значит, если я не найду способ перенаправить Резонанс, он либо уничтожит всё вокруг, либо поглотит меня. И тогда я стану монстром. Таким же, как барон. Или хуже.

Я попытался встать, но ноги не слушались. Только на четвереньках, с трудом, сдирая кожу с ладоней, я смог доползти до стены и прислониться к ней спиной.

«Рекомендации: носителю следует избегать повторного высвобождения магии. Каждое новое высвобождение усиливает Резонанс. Для нейтрализации последствий требуется провести ритуал очищения, используя не менее трёх артефактов класса „Поглотитель“. В противном случае…»

Дальше было пусто. Информация обрывалась, будто кто-то вырвал страницу.

— И что мне теперь делать? — спросил я пустоту.

Ответа не было. Только пульсации, которые не утихали, а наоборот, становились всё отчётливее. Я чувствовал их каждой клеткой. Они бились в такт сердцу, напоминая о том, что я натворил.

Я закрыл глаза и провалился в темноту. Надеясь, что когда очнусь, всё окажется сном. Но знал — не окажется. Резонанс останется со мной навсегда.

Нужно успокоиться. Да, использовать силу такой мощи, как Кристалл, было ошибкой. Впрочем, а что мне еще оставалось? Умирать в схватке с бароном?

Нужно разобраться как решить эту проблему.

Знания, которые дал Кристалл, были чёткими, как инструкция. Но они обрывались на самом важном: «Для нейтрализации последствий требуется провести ритуал очищения, используя не менее трёх артефактов класса „Поглотитель“».

Что это за артефакты? Как они выглядят? Где их искать?

Я потянулся к Кристаллу, пытаясь найти ответ, но блок сработал снова. Информация была скрыта. Или уничтожена.

«Кирюха», — вдруг понял я.

Кирюха — старый знакомый, торговец с Чёрного рынка. Если кто и мог знать о таких артефактах, то только он. Вот кто мне поможет!

Я поднялся, шатаясь. Ноги дрожали, но держали. Я прошёлся по залу, стараясь не наступать на трещины.

Выход был там, в конце коридора. Я пошёл к нему, чувствуя, как пульсации становятся слабее с каждым шагом. Значит, замок — эпицентр. Чем дальше, тем меньше их влияние.

Я вышел на улицу. Ночь была холодной, звёздной. Замок за спиной дымился, но не горел.

«Нужно ехать в Питер, — подумал я. — К Кирюхе. Но как? Денег нет, документов нет, машины нет».

На попутках. Нужно возвратиться на попутках, причем так, чтобы никто не знал о моем возвращении.

* * *

Дорога до Петербурга была долгой и унылой. Я стоял на обочине, глядя на редкие машины, которые проносились мимо, не сбавляя скорости. Ночь давно ушла, утро сменилось днём, а я всё ещё был в Выборгском районе, без денег, без документов, с одним только командировочным удостоверением в кармане и пульсациями Резонанса в груди.

Первый, кто остановился, был водитель старого грузовика, доверху забитого какими-то ящиками. Мужик лет пятидесяти, с усталым лицом и прокуренным голосом, высунулся из окна.

— Куда путь держишь? — спросил он, оглядывая меня с подозрением.

— В Питер, — ответил я. — Подбросишь?

— Ладно, полезай в кузов, — махнул он рукой. — Только не кури там. Ящики — дорогие.

Я забрался в кузов, устроился на каких-то тряпках и мешках. Грузовик тронулся, и мы покатили по разбитой дороге.

Всю дорогу я думал о Кирюхе. О том, где его искать и о том, как объяснить, зачем мне артефакты класса «Поглотитель». Он не должен знать о Резонансе. Чем меньше людей в курсе, тем лучше.

Грузовик трясло на ухабах, ящики гремели, а я смотрел на проплывающие за бортом поля и леса и чувствовал, как пульсации становятся слабее. Резонанс не исчезал, но его влияние ослабевало с каждым километром, отделявшим меня от замка.

«Хорошо, — подумал я. — Значит, я могу контролировать его дистанционно. Или он сам затихает. Нужно проверить».

Я закрыл глаза и попытался почувствовать Резонанс. Он был там — где-то в груди, у сердца. Пульсировал ровно, не мешая дышать.

В Петербург мы въехали под вечер. Грузовик остановился на окраине, у продуктового склада.

— Дальше пешком, — сказал водитель, вылезая из кабины. — Мне сюда.

— Спасибо, — я спрыгнул на землю, чувствуя, как затекли ноги.

— Не за что, — он махнул рукой и полез в кузов разгружать ящики.

Я пошёл в город.

Нужно было найти Кирюху. А для этого — попасть на Чёрный рынок.

Знакомыми уже тропками я вышел в темные проходные дворы и довольно скоро оказался в нужном месте.

Черный рынок. Странное конечно место. Тут можно купить все, что под запретом, от артефактов, до смертельных ядов. И почему власти не прикроют его? Кто-то крышует? Возможно.

Я прошёл через весь рынок, лавируя между рядами, заглядывая в лица торговцев, но Кирюхи нигде не было. Его обычное место пустовало. Я уже начал нервничать, когда какой-то тип в кожаном жилете кивнул в сторону:

— Кого ищешь? Кирюху? Вон там спроси, — он махнул рукой в конец торгового ряда.

Я пошёл туда, чувствуя, как внутри нарастает тревога. У стены, прислонившись к ней, стояли трое. Крепкие, лысые, в чёрных куртках. Мордовороты — таких не нанимают для торговли сувенирами.

— Ты искал Кирюху? — спросил один, выпрямляясь.

Я остановился.

— Нет, — ответил я, делая шаг назад и понимая, что ничего хорошего сейчас ждать не стоит. — Ошибся.

— Ошибся? — усмехнулся второй, доставая из-за пазухи нож. — А мне кажется, не ошибся. Кирюха задолжал. А ты, видать, его кореш. Вот и расплачивайся.

Я не стал ждать. Развернулся и побежал.

Сзади тут же заорали и засвистели.

— Держите его!

Я нырнул в проход между рядами, сметая лотки, перепрыгивая