После потопа - Кассандра Монтег

На следующее утро небо было светло-серым, пасмурным. Там, где вот-вот взойдет солнце, над водой виднелось оранжевое сияние. Я стояла на палубе. В такую рань меня разбудили голодные спазмы. Хотя вчера я сытно поужинала, пройдет несколько дней, прежде чем желудок вернется в норму после долгой голодовки.

– Как рано ты встала.

Я обернулась. Ко мне шел Абран. Волосы всклокочены после сна, кожа гладкая, а не обветренная, какой была в конце дня, проведенного в открытом море.

Некоторое время мы стояли молча, любуясь восходом. Вот солнце разлило по морю розовое сияние. Казалось, я почувствовала его тепло еще до того, как оно поднялось над горизонтом.

– Прости, если лезу не в свое дело, но… Вы с Дэниелом – пара?

Я ничего не ответила, лишь красноречиво вскинула брови.

Абран покраснел, но тему не оставил.

– До вас никто на борту в отношениях не состоял. Все ночуют в одной каюте. Вряд ли получится выделить вам отдельное помещение…

– Мы не пара, – перебила я.

– А-а. Понятно. Это хорошо.

– Мы вчера поговорили и решили остаться, – объявила я.

В лицо Абрану не смотрела, но почувствовала, что он улыбнулся. Я пыталась найти повод ненавязчиво упомянуть в разговоре Долину. Не мешает проверить, готов Абран менять маршрут или нет.

– Чудесная новость, – с искренней теплотой в голосе произнес он.

– Дэниел знает навигацию, – прибавила я.

– Да, он уже говорил об этом Марджан. Повезло нам с вами – сразу обзавелись и рыбачкой, и штурманом. Курс прокладываем мы с Томасом, но мы в этом деле не мастера. Очень рад, что на борту наконец появился специалист.

– С таким штурманом, как Дэниел, вам любые пути открыты. Необязательно торчать в Тихом океане и Карибском море.

– В каком смысле?

– Теперь вы можете расширить круг поисков. На Южной Америке свет клином не сошелся. Говорят, на юго-восточном берегу Гренландии есть отличное местечко. Называется Долина. Слышала, жизнь там спокойная и мирная. Для коммуны самое то.

– Чтобы доплыть до Гренландии, придется пересечь Разбойничий пролив, – покачал головой Абран. – Там еще опаснее, чем в Карибском море.

– Сплетники всегда привирают для красного словца.

– Все равно не стоит лишний раз рисковать, – произнес Абран решительным, не допускающим возражений тоном.

Меня охватила досада. Я постаралась взять себя в руки. Кивнула, натянуто улыбнулась. Но Абран все равно заметил, что я расстроена.

– Извини, – произнес он. – На мне лежит ответственность за всех, кто на борту. Не имею права подвергать людей неоправданному риску.

– Понимаю, – ответила я.

Сердце ухнуло в бездну и беспомощно затрепетало на дне. Я должна найти способ убедить Абрана. Может, угодим в передрягу, и я внушу ему, что юг ничуть не безопаснее севера. Но сколько времени опять пропадет даром! Внутри меня будто тикали часы: подгоняли, торопили. Казалось, даже кровь по жилам бежала быстрее обычного.

– Кстати… Надо было раньше вам объяснить, но у нас на «Седне» действуют строгие правила, – вдруг сказал Абран.

Я кивнула и нервно закусила губу. Ну конечно. Надо было сразу обсудить эту тему. На каждом корабле свои законы, и новые члены команды обязаны им подчиняться.

– Полный список можно прочесть в кают-компании. Потом все трое под ним распишетесь. Даже Перл. Итак. Свет гасим ровно в девять часов вечера. Едим в кают-компании. Завтрак в восемь, обед в полдень, ужин в шесть. Моемся по нечетным дням недели. Обтираемся мочалкой. Но если в баках не хватает воды для питья, банные процедуры отменяются. Воровать строго запрещено. Утаивать рыбу, приберегая для себя одной, – тоже. Припрячешь часть улова, чтобы потихоньку обменять в торговом доме, – будешь наказана. Важные решения принимаем путем голосования. Голоса всех членов команды равнозначны. За дезертирство во время боя или попытку устроить бунт – высадка на берег. Мы несколько человек так потеряли. Ну что ж, основные пункты перечислил.