Князья Севера - Маркус Кас

Под испуганный вскрик Илены, завороженно наблюдающей за зрелищем, северянин лихо выкручивает руль, сдавая назад и сразу прыжком вперед. Из под задних колес вылетает грязь и он выезжает на безопасный участок.

Пока проезжают остальные, поднимаю небольшой камень и уже хочу запустить его в головокружительный полет вниз, как мою руку останавливает Инга:

— Не бросай в горах камни, — подходит она вплотную, ежась от холода. — Плохая примета.

Девушка выскочила наружу в одной футболке, а температура начала довольно сильно уменьшаться сразу же, как последний луч солнца сверкнул над горой. Я снимаю с себя куртку, которую предусмотрительно положил в салон. Сама же говорила — в горах холодно.

Правда я, не желая долго копаться в собранных для меня вещах, схватил первое попавшееся. Не знаю, чья была идея приобрести приличную с виду вещь, но ярко-красного цвета.

Девушка с благодарностью принимает куртку и тут же одевается, запахнувшись под самый нос. Мы идем пешком, нагоняя машины, и я притормаживаю, пропуская ее вперед.

Сжимаю в кармане амулет сейдконы, снова запуская поиск. Сила чужой земли больше не мешает, но сильно отвлекает. И в этот раз сосредоточиться сложнее, особенно на ходу.

Чувствую, что если остановиться хотя бы на пару минут… Какие-то обрывки стихии впереди долетают до меня, но я запинаюсь о кочку и окончательно теряю концентрацию, не успевая понять насколько мы далеко от цели.

Меня подгоняют криками и приходится бросить занятие, усаживаясь обратно в теплый салон. Из сочувствия к Володе занимаю его место с видом на пропасть. И уже через несколько минут понимаю, что зря.

Мы поднимаемся по серпантину и захватывающий дух вид постоянно меняет сторону. Озеро, сверкающее внизу, отдаляется и скоро совсем скрывается из виду, когда мы, сделав крутой поворот еще раз, углубляемся в лес.

Темнеет уже стремительно, смазывая силуэты деревьев в неразличимые пятна. Свет от фар скачет вместе с машиной на каждой кочке и вырывает из сгущающихся теней сухой кустарник и глубокие канавы на обочинах. Я чувствую, что мы ускоряемся, стараясь успеть до полной темноты.

От скорости начинается тряска и мы дружно пристегиваемся, пока не выкинуло наружу. Володя что-то хочет сказать, но клацает зубами, прикусывает язык и отмахивается, вцепившись в спинку пассажирского сиденья.

Через несколько минут зубодробительный кусок дороги кончается и мы еще прибавляем скорость, выезжая на прямую и относительно ровную поверхность.

Я бросаю попытки разобрать, что за окном. Мелькающие в сумерках деревья напоминают скрюченных монстров, протягивающих к нам свои тощие длинные лапы. В тепле меня снова клонит в сон, устраиваюсь поудобнее и тут машина резко виляет в сторону.

Ремень впивается в грудь, натягиваясь, вовремя упираюсь руками в сиденье, прежде чем мы останавливаемся под оглушительный визг тормозов. В груди ухает и я выглядываю, всматриваясь вперед.

Впереди едущая машина стоит поперек дороги, Магнус бегает рядом с фонариком, направляя мощный поток света во все стороны и даже вверх.

— Что случилось? — встревоженное бледное лицо Володи тут же появляется рядом.

Тот же вопрос задает и наш водитель, опуская стекло и высовываясь наружу. Магнус отмахивается, обходит машину вокруг, внимательно ее оглядывая и даже заглядывает под дно.

Высветив напоследок дорогу впереди, северянин садится обратно и рация оживает:

— Все в порядке. Показалось, что какой-то зверь выскочил прямо на нас. Двигаемся дальше, отбой.

Прорицатель ерзает на месте, озираясь, и я передаю слова Магнуса, делая равнодушный вид. Но сон отбивает совершенно и, когда мы продолжаем движение, я до боли в глазах смотрю в серые тени за окном, чуть опустив стекло.

Мы несемся еще полчаса, пока последний светлый участок неба не сливается с окружающей темнотой. Слышу, как по рации тихо переругиваются водители. Но потом звучит «слава богам, совсем немного осталось» и я успокаиваюсь.

— Почти приехали, — улыбаюсь я Истровскому и он расслабленно откидывается на спинку.

Я уже мечтаю о мягкой и удобной кровати и кружке горячего. Да хоть на шкурах у очага, но лишь бы вытянуть затекшие ноги. Отрывочный сон только раззадорил желание отоспаться.

Краем глаза замечаю, как вздрагивает Володя на очередной кочке. Да уж, с таким количеством фобий парню только и остается, что сидеть дома. Поворачиваюсь к нему, чтобы снова успокоить и вижу, что его голова запрокинута, а глаза мутные.

Тут же нарастает чувство опасности. Оно верещит, пульсируя кровью в висках, а Володя открывает рот и хрипит:

— Стой!

Я не успеваю крикнуть водителю, вижу только, как едва поворачивается его голова в нашу сторону. И тут в дергающемся свете фар впереди что-то проносится поперек дороги. Что-то, размером с дом. Или мне показалось?

Хтонь, что это было? Вторая огромная тень проносится вслед за первой, а третья влетает прямиком в машину Магнуса. Водитель матерится, мы начинаем тормозить с заносом.

Внедорожник впереди со скрежетом проминает и уносит с дороги, отбрасывая в овраг. Я глохну от визга колодок, в нос ударяет запах горящей резины, нас разворачивает на сто восемьдесят градусов.

Меня вжимает в дверь, я бьюсь головой, разбивая стекло.

— Что это за хрень? — слышу я перепуганный голос водителя.

И тут в нас влетает машина, едущая за нами, тараня и протаскивая вперед. Успеваю увидеть удивленные глаза водителя напротив и весь мир вздрагивает. Что-то ударяется нам в бок, металл двери с протяжным скрипом проминается, нас подбрасывает вверх и выкидывает с дороги.

Сбоку проносится пламя, воняет паленым и нашу машину начинает со скрежетом нести со склона, переворачивая. Чувствую только, как трещит ремень или мои ребра, или все вместе, меня снова бьет головой и посыпает стеклом.

Я пытаюсь расставить руки для упора, натыкаюсь на что-то мокрое, вижу свою окровавленную руку. Мы зависаем на миг в полете и мир, замерев, обрушивается стоном сминаемого металла.

Чувствую, как рвется ремень, внутренности вжимает в позвоночник, затем кидает вперед и последнее, что я вижу — как я лечу лицом в обломки расколотого стекла, торчащие в двери.