Судьба - Чеслав Дарк

Я взобрался на холм и вдохнул свежий воздух. Лето выдалось жарким, но сегодняшний день наполняло не только палящее солнце. С юга дул ветерок, свежий, как утренняя роса, прохладный как глоток горной воды. Трудно было сочетать наслаждение с бесчисленными предосторожностями: всегда стой спиной к дереву; скале; стене; прячься в зарослях, за широкими листьями и деревьями, сливайся с окружением, стань частью земли, травы и воды и все в таком же духе. И все же я осмелился вытянуть голову над кустами, подставляя свою кожу под струи ветерка. Было опасно, но оно того стоило. Через несколько мгновений я уже передвигался почти бесшумно среди зелени, направляясь к видневшимся почти на самой высокой точке холма зарослям орешника. Растение широко раскинуло свои ветви и среди самых высоких и густых из них и находилась точка наблюдения. Там же был и Данте. Усевшись на свои же поджатые ноги, расправив плечи, сложив руки на коленях и закрыв глаза, он представлял ярчайший образец монаха, погрузившегося в бездонный процесс медитации. Собственно, так оно и было. Тэкео многому научил нас, в том числе и хитростям борьбы со своими мыслями. Это было очень кстати — мыслишки в нашем положении приходили всякие.

—Иной раз мне кажется, что ты мазохист.— С легкой улыбкой произнес Лешка, открывая глаза.— Или просто тебе нравится чистить сортир.

—Нет,— улыбнулся я в ответ и уселся рядом, отодвигая покрытую пышной зеленью ветвь,— просто Танк меня любит.

—Всем сердцем, как я посмотрю. Знаешь ведь, что тебя ждет.

—Знаю.— Я всем объемом легких втянул в себя свежий воздух.— Просто надоело уже изображать из себя крота.

—Твоя вахта через одну. Ждать не так уж и долго.

Невольно у меня вырвался смешок.

—Такое ощущение, что ты мне не рад.

—Да нет, просто…ну, будь ты эффектной рыженькой в короткой юбке, я бы обрадовался, конечно, больше. А так… я просто люблю тишину.

—Да, я тоже.

—Иной раз тишиной можно сказать много больше, чем бесполезным трепом.

Я все еще не понимал, к чему клонит Леха, но испытывал дискомфорт.

—В жизни очень важно,— продолжал Данте, и мне казалось, словно он говорил и вовсе не со мной,— очень важно найти человека, с которым тебе будет, о чем помолчать.

—Это точно.— Пробормотал я, почесывая макушку.— Когда рядом любимый человек, хочется закрыться от всего мира, от всех его звуков.

—Ага, и наполнить их причмокиваниями, тяжелыми вздохами и шуршанием. С девушкой особо не потишишь.

—А как же, держаться за руки и смотреть на лунную дорожку на бесконечной глади океана? Или слушать шум дождя, обнявшись, с кружками горячего чая в руках?

Данте глянул на меня прищурив глаз.

—Романтик типа?

—Да так,— я смущенно отвел глаза,— бывает иногда.

—Все это так.— Ирония, на мгновение показавшаяся в голосе Лешки, улетучилась.— Но ты же понимаешь, про какую тишину я говорю?

—Да. Наверное понимаю.— Я вздохнул и попытался улыбнуться.— Тебе с Катей повезло.

—Ага, повезло.

Данте сказал это как-то…тоскливо, что ли. Я хотел было спросить, что к чему, но он не смотрел на меня, поэтому на несколько секунд повисла глубокая в своей наполненности пауза.

—Кстати,— я вдруг спохватился и принялся рыться за пазухой,— вот. Лея передала.

Я протянул Лешке сверток. Он заглянул в него, загадочно улыбнулся и завел правую руку за спину.

—Это конечно круто, но,— он вытащил двух мясистых кроликов из-за спины,— мне кажется, что стоит начать с чего-то покруче.

—Нифига себе! Откуда?— Я реально был поражен.

—Откуда-откуда, силки, чувачек, классная штука!

—Это уж точно!

—Сможешь заняться? Сам понимаешь, мне с поста никуда.

—Без проблем.

Дым — лучший сигнальный огонь, поэтому на поверхности мы старались не разжигать костров. Ну а если все-таки приходилось, для этого было специально отведенное место, отлично оборудованное самой природой. Один из рукавов реки проходил примерно в километре от холма. Это даже было скорее неглубокое болотце, все сплошь заросшее травой и высоченными деревьями. Но в их кронах дым быстро рассеивался, не говоря уже о том, что он аккуратно стелился по воде. Танк частенько рыбачил здесь, хотя обычно он приносил не рыбу, а черепах и крупных лягушек. Но мы не жаловались.

Я освежевал кроликов и хорошенько их выпотрошил, заботливо отложив печень и сердца. Затем вымыл тушки, насадил их на вертел и оставил на костре. Ненужные потроха выбросил в кусты, ведь нет лучшей наживки, чем личинки. Их можно конечно и есть, но лакомство на любителя. А вот рыба на них клюет с удовольствием. Пока жарилось мясо, я быстро выскоблил шкурки и растянул на самодельных шестах, чтобы они спокойно просохли. А еще через сорок минут мы с Данте уже с аппетитом уписывали свежеприготовленную крольчатину, наслаждаясь прекрасным вечером.

Кое-где еще пели птицы, но чувствовалось, что вся природа готовится ко сну. Об этом говорил и ветерок, который заметно похолодел, и ночные бабочки, которых становилось все больше, а дневных пчел и стрекоз все меньше. Это чувствовалось в шелесте листьев, и укусах комаров. Мне кажется, именно в тот момент, я стал понимать, о чем говорил Лешка.

—Теперь понимаешь, о чем я?— Вторя моим мыслям, спросил он, вытирая руки.

—Да, понимаю.

—Ты знаешь, а это было вкусно.— Проговорил он и вытянулся на траве.— Повар из тебя неплохой.

—Спасибо.— Улыбнулся и принялся складывать косточки в сверток, который дала Лея.

—Ладно.— Легким движением Данте вскочил на ноги, перекинул через плечо ремень с мечом в ножнах, и отряхнулся.— Пора домой, скоро придет Саня. Спасибо тебе, за приятный вечер.

Для меня он был не менее приятным. Только коротким. Спускаясь, мы встретились с Санькой, который оглядел нас таким взглядом, словно Лешка его девушка, а я парень который к ней клеился. А дома нас ждал Танк.

Обеспокоенное лицо Леи выражало множество чувств, но я не успел ничего сказать. Танк опустил руку мне на плечи.

—А ну пойдем.

Толчок закинул меня в длинный коридор. Следующий — в комнату Танка. Железная дверь с визгом закрылась. Танк повернулся ко мне. Было видно, как он всеми силами пытается держать себя в руках.

—Ну и как ты это объяснишь?— Его подрагивающий голос только укрепил мои мысли.

—Что?— Все радужное настроение улетучилось. Я чувствовал надвигающийся шторм.

—То, что ты ушел без разрешения.— Танк говорил медленно, тщательно выговаривая каждое слово.

Я молчал. Просто смотрел в пол и молчал. Меня изнутри рвало на куски, я казался себе похожим на льва, загнанным в угол.

—Ты же знаешь правила.— Вновь заговорил Танк, и в голосе промелькнула нотка угрозы.