Пепел Предтеч - Евгений Хорошко

— Иди к черту, — я огрызнулся, и дальше шёл, кипя внутри от злости.

***

Это однажды должно было случиться — оживленные перекрестки снова сменили трущобы, изношенные стены, и сумрачный свет сбитых светильников на потолке. Ещё загодя я смог прочитать название этой «улицы», так что знал — я пришел. Сердце охватила тревога, ведь я не знал, как начать с Белкой беседу. Не знал, как объяснить, что я одолел в схватке сразу троих умелых пси-пользователей, и сбросил след. Не знал, как объясниться, что теперь я подставил её под удар.

Но когда я повернул в «подъезд» — узкий тоннель, который вел к множеству клетушек внутри каменных стен, то вдруг понял — все это неважно. Здесь кто-то побывал уже до меня.

Дверь болталась, сбитая, на серебряных петлях. По ней словно долго били чем-то тяжелым — обильные вмятины, борозды длинных царапин по всей двери, и выбоина прямо посередине, после которой дверь и сдалась чужому напору. Ощущая стужу в своём сердце, я ступил внутрь.

Здесь был разгром. Крохотную каморку Белки перевернули вверх дном, небрежно раскидывая по полу предметы одежды — словно задались целью даже не выяснить что-то, а просто из любви к разрушению. На низенькую двуспальную кровать, которая занимала большую часть места в единственной комнате, обрушился сверху платяной шкаф. От тумбочки и кофейного столика осталась лишь груда обломков.

Я прошел в середину комнаты, закрыл и открыл в раздумьях глаза. Странно, думал я, что воспитатели никак не огородили комнату, если Белку забрали они. Странно, что они вообще пытались выбить к ней дверь, ведь она — даже не псионик! Что могло им помешать проникнуть вглубь её сознания, чтобы подчинить её и заставить открыть дверь добровольно? Да ничего!

И поэтому здесь было что-то не так.

Вдруг, моих ушей коснулся неслышный шелест чьих-то шагов по полу коридора. Я насторожился, подозревая, что он по мою душу, и не ошибся. Спустя половину минуты, в комнату Белки вошел молодой парень среднего роста и сложения, светловолосый и светлоглазый. На вид ему было лет шестнадцать, и он явно струхнул, обнаружив внутри меня.

Но и я не позволил себе расслабиться, и жестко встретил его взглядом в глаза. Что-то напряглось внутри меня, как сжатая и готовая распрямиться пружина. Мое сознание сгустилось плотным туманом вокруг незваного гостя, словно ладонь, готовая сомкнуться в кулак. Напряжение висело в воздухе, как запахи дымных благовоний ладана и сандала. Тяжелый запах тревоги, который висел у меня на губах.

— А ты ещё кто такой? — задиристо спросил у меня парень, зло уставившись мне в глаза. — Вали отсюда! Это не твоя комната!

— И не твоя, — медленно заметил я, продолжая разглядывать его в упор. Что-то мне казалось в его облике странным. Некая неуловимая схожесть, будто я его уже где-то видел.

— Что, утащить что-то хотел?! — рявкнул он, и резко пошел на меня, замахиваясь кулаком. — Пшел вон отсюда!

Я рефлекторно сдвинулся туловищем назад, убирая голову от удара кулака, а затем выпрямился ему навстречу, с боковым ударом правой рукой. И зарычал, двигаясь вперед, и осыпая градом ударов опешившего противника. Наконец, я зашел ему в ноги и уронил на спину, прижал к полу и замер, с занесенным в бешенстве кулаком.

Парень испуганно кричал, беспорядочно закрываясь от меня руками. И я выдохнул, поняв, что угрозы этот тип представлять никакой мне не может. Даже ударить у него толком не получалось.

— Кто ты такой? — жестко спросил, схватив его за грудки. — Отвечай!

— Я... э-э-э, я — её брат! — тонким голосом воскликнул парень. — Не бей!

Я тяжело вздохнул, рассматривая остроносую физиономию младшего брата Белки. Теперь, когда он об этом сказал, семейное сходство стало для меня очевидно. Я чуть ослабил хватку, а затем отодвинулся от своей жертвы. Парень начал вставать, опасливо оглядываясь на меня.

— Брат Белки? — не знаю зачем, уточнил я.

— Ты — один из этих, что ли? — хмуро, исподлобья зыркнул на меня парень. В его глазах сверкнула злость. — Да, я брат Ани. Зовут Артём.

— Один из кого? — я смерил его тяжелым взглядом. Мне не понравилось, как он быстро в себя поверил, стоило только его отпустить. Ох уж это семейное сходство! Как бы не пришлось заново начинать его бить.

— Кто её забрал? Воспитатели? — потребовал я ответ.

— Кто?! — изумленно вылупился на меня Артем, и по выражению его лица я понял, что сморозил несусветную глупость. — Да с какой стати они будут её забирать? Ей ещё жить да жить. Нет!

— Тогда кто!?

— Так ваши же и забрали, — выдохнул парень, с потерянным выражением лица опуская взгляд. — Ваши же и забрали.

— Кто это — «наши»? — я безотчетно напрягся, и сердце у меня бешено заколотилось в груди. Если Белку забрали не воспитатели — если её забрали из-за каких-то мелких местных разборок, то её всё ещё можно спасти! Я, сам того не замечая, перекрыл парню выход из комнаты, а потом потребовал. — Отвечай, кто её забрал! Кто это — «наши»?!

— Так ведь... — непонимающе залепетал брат Белки, когда я с откровенной угрозой подошёл к нему ближе. Словно что-то поняв, Артём раскрыл рот, как рыба, выброшенная на сушу. Он все ещё недоверчиво на меня смотрел, но постепенно взгляд его светлел.

— Я — её друг. Мы только что вдвоем вернулись из похода. В живых остались лишь мы с ней, — словно чтобы подкрепить его рассуждения, добавил я. Парень тяжело вздохнул.

—