Путь разведчика - Стив Миллер

— Я повержен вашими словами, мастер Трилла.

Она снова рассмеялась, сложив пальцы в знак «мошенник».

— Тогда забирайте свою коробку и отправляйтесь. Мне нужно работать. Где Мастер?

— У Апель.

— Казалось бы, могли зажить одним домом. Это обошлось бы дешевле, что должно было бы соблазнить Жона.

— Да, но Апель не настолько глупа, — серьезно возразил мужчина. — И кроме того, думаю, ей нравится чай, пригодный для питья.

— Это гораздо убедительнее, признаю. Что-нибудь слышал о команде?

— Клонак, возможно, и Сайри скоро будут. Ал Бред — вечером, если вообще появится. Запасной грузовик работает.

— Он это тебе поручил, да? — Она ухмыльнулась, приветственно вскинула руку, а потом пошла к конторе в сопровождении Заплатки. — Удачного взлета, пилоты.

— Спасибо, — прошептала Эллиана, глядя, как ее спутник пристраивает себе на плечо громоздкую коробку.

— Идите первой, пилот, — любезно сказал он.

Его черные глаза смотрели прямо и спокойно. Это были глаза разведчика, которые все замечали, почти ничего не выражали и никогда не осуждали.

— Конечно, — пролепетала она и повернулась к двери, ощущая, как он идет за ней, бесшумный и крепкий.

За дверями он установил коробку в кузов грузовичка, выпрямился и посмотрел на нее с высоты своего роста, склонив голову набок.

— Вы поведете или я?

Эллиана судорожно сглотнула, безрезультатно пытаясь успокоить нервы, которые события последних нелегких дней натянули до звона. Получение драгоценной лицензии пилота не только не улучшило ее положения в Клане Мицел, но, наоборот, усилило необходимость не вызвать у Ран Элда ни малейшего сомнения в ее полной покорности. Ей пришлось умиротворять брата не один раз, а несколько, всякий раз сгибаясь все сильнее, пока во рту у нее не застрял вкус пыли от ковра, смешанный с желчью бессильной ярости.

Она рисковала сегодня, тайком улизнув из дома: эта мысль заставляла ее сердце панически сжиматься. Обычно она проводила дни в своем крошечном кабинете в техколледже Чонселты. Ран Элд об этом знал. А что, если он отправится туда, чтобы ее найти, — и обнаружит, что дверь с ее именем заперта? Он захочет узнать, где она была — потребует, чтобы она ему сказала. А что она сможет сказать такое, что внушило бы ему доверие и при этом обеспечило бы ей прежнюю ограниченную независимость? Она просто сошла с ума. Сходит с ума, да помогут ей боги. Как она могла подумать…

— Математик Кэйлон!

Спокойный низкий голос, теплое ощущение стоящего близко — слишком близко! — человека, что-то едва заметно прикоснувшееся к ее рукаву…

Она ахнула и отпрянула в сторону, стремительно втянув голову в плечи. Сквозь завесу волос она увидела, как по лицу высокого разведчика пробежала тень тревоги, которая мгновенно сменилась полной нейтральностью. Его рука — это была его рука — упала с ее рукава, и он отступил назад, за границы безопасной зоны, которую она для себя очертила.

Если бы он просто повернулся и ушел, то она определенно сбежала бы на паром и всю обратную дорогу до Чонселты молила бы сонм равнодушных богов о даре неразоблачения.

Он не ушел. Он заговорил в модальности общения взрослых, очень четко, так что выговор Солсинтры резко отдавался у нее в ушах.

— Я сожалею, что мое присутствие вас беспокоит, математик. Позвольте мне привести Триллу, чтобы она могла лететь с вами вторым пилотом.

Его присутствие ее действительно беспокоило. Высокий, стройный и ловкий, с его странной перекрученной серьгой и аккуратными, чересчур длинными волосами, с черными глазами, смело глядящими с резкого, властного лица — он беспокоил ее точно так же, как та кошка, и по той же самой причине.

Кошка — такая мягкая, такая уютная. Стоило Эллиане начать ее гладить, и остановиться было невозможно. Радость, которую животному дарили ее ласки, пробудила какую-то опасную безымянную потребность…

Кошка ее ВИДЕЛА!

И высокий Даав с его яркими черными глазами тоже ее видел и знал, что она… настоящая.

— Математик?

— Я… — Она откинула волосы с лица, заставив себя посмотреть прямо в эти зоркие глаза. — Я еще раз прошу у вас прощения, сударь… пилот. Последние несколько дней были… неспокойными. Думаю, было бы лучше мне сегодня не взлетать.

— А! — Его губы чуть изогнулись. Улыбка была дружелюбная, но взгляд остался нейтральным. — Мы в Академии это называли «небесные нервы», — проговорил он, снова перейдя на товарищескую модальность. — Лучшее лекарство — это взлетать, как собирались.

«Взлетать, как собирались». Эллиана почувствовала, что эти слова попали прямо в почти забытый центр ее существа.

Она сделала глубокий прерывистый вдох и наклонила голову.

— Несомненно, это прекрасный совет, — сказала она и увидела, как в глубине глаз разведчика что-то шевельнулось. — Однако я попрошу, чтобы грузовик пилотировали вы. Это представляется мне самым надежным способом попасть на место.

Улыбка стала заметнее.

— Я поведу его с наслаждением, — заявил он и направился вокруг грузовичка к месту водителя.

Эллиана зарегистрировала маршрут, который требовал довольно сложных вычислений, скрупулезно позаботилась о том, чтобы включить навигационный компьютер, и воспользовалась четвертью часа до взлета для того, чтобы проинспектировать «Полосу удачи».

Переоборудованный трюм был в высшей степени удовлетворительным, но каюта пилота осталась в прежнем роскошном состоянии, лишившись только зеркал на потолке.

Эллиана обвела взглядом помещение, ощущая слабую вибрацию корабельных двигателей, слыша тихое жужжание систем жизнеобеспечения, приглушенные переговоры порта, доносившиеся из переговорного устройства, которое в соответствии с правилами оставалось включенным, — и привалилась к стене. Все вокруг расплывалось в непривычных слезах, прихлынувших к ее глазам.

Это все — ее!

Яростное чувство собственника согрело ее — и привело в ужас. Хотеть чего-то настолько сильно — опасно. Так много препятствий может возникнуть, и Клан… До того дня, когда она уйдет с орбиты Лиад, направляясь к месту прыжка, она остается ценностью Клана Мицел. И ее собственность принадлежит не столько ей, сколько Клану. Мицел легко может продать корабль Эллианы Кэйлон — так же, как по закону имеет право распорядиться самой Эллианой.

— Пилот? — Негромкий голос Даава раздался из настенного динамика у ее плеча. — Нам разрешено взлетать через две минуты.

— Спасибо, — отозвалась она, с трудом выпрямляясь. «Небесные нервы»… — Уже иду.

Полет до Восьмой верфи был почти… отдыхом. Несмотря на статус мастера, Даав спокойно работал вторым пилотом. Пробормотав: «С вашего разрешения, пилот», — он взял на себя связь и не навязывал ей ни пустой болтовни, ни личных вопросов.