Цитадель - Кирилл Луковкин

Аркадий повел их дальше по мостику, к полукруглой комнате с панорамными окнами.

– Пост Главного Оператора.

Значительное пространство комнаты заполняли столы с машинами, мигавшими разноцветными огнями. На равных расстояниях друг от друга находились черные квадраты экранов. Один большой располагался на противоположной стене и передавал схему чего-то, похожего на урну с шаром на дне. Контуры на темно-синем фоне были подсвечены серебристым. Мигали надписи и значки. Аркадий указал Рику на большое кресло, расположенное возле столов.

– Отныне это твое место. Занимай его по праву.

– Благодарю. Что от меня требуется делать?

Аркадий торжественно ответил:

– Главный Оператор наблюдает за Реактором.

Рик ждал продолжения, но напрасно.

– И это все? Я должен сидеть здесь и следить за этой штуковиной внизу?

Аркадий замялся.

– Пост Главного Оператора передавался по наследству. Корнеллиус занял его после своего отца Ангуса, а тот заменил своего и так далее. Никто никогда не бросал вызов Главному Оператору и не выигрывал спор на жизнь. Полагаю, Корнеллиус должен передать тебе свой пост. Да. Я позабочусь об этом. Честно говоря, я думал, люди сверху достаточно умны, чтобы управляться с амулетами.

При этих словах он метнул на Рика испытующий взгляд.

– Мы умеем обращаться с машинами, – ответил Рик, почуяв неладное, – но их так много в мире, что каждая требует сноровки.

– Разумеется.

– А какой пост занимаете вы, Аркадий?

– Я – наставник братства. Первый брат. С вашего позволения, мне надо уйти. Побудьте здесь и осмотритесь. Мы поговорим позже.

Аркадий кротко опустил глаза и вышел прежде, чем Рик успел задать еще один вопрос.

Майя села в одно из боковых кресел. Фома продолжал стоять посреди комнаты нелепым пугалом.

– Рик…

– Майя, я несказанно рад тебя видеть.

Секунду они смотрели друг на друга, а потом бросились в объятия. Рика смущало присутствие Фомы, и он приказал тому выйти. Оранжевый человек послушался и замер на мостике.

– Меня держали в клетке, как зверя.

– А меня посадили на цепь. Потом привели в зал, не в тот, где стоит красный памятник, а в другой, поменьше, с колодцем. Заставили выбирать, драться или прыгать в колодец.

– Ты победила.

– Ты тоже.

– И Ахмед.

– Я так переживала за него!

Они помолчали, растерянно разглядывая друг друга. Внезапно кончились все слова, они просто держались за руки, наслаждаясь живым присутствием, ощущением жизни.

– Ну и что ты обо всем этом думаешь? – спросил Рик, указывая на машины.

– Это похоже на генератор, но Райнер описывал его не как шар, а как цилиндр.

– Этот Аркадий сказал: «Реактор». Есть разница?

– Да. – Майя наморщила лоб, копаясь в памяти. – В реакторе вырабатывается что-то, а генератор это что-то превращает в энергию.

– Ничего не понятно.

– Райнер мог все объяснить просто и доступно, но я так не умею. В общем, это не генератор.

– Точно?

Майя подошла к смотровому окну и с минуту смотрела вниз, прижавшись к стеклу.

– Нет, – сказала она. – У них есть свет и тепло, но оно может вырабатываться не здесь.

– Тогда что здесь происходит?

– Надо посмотреть поближе. – Майя подошла к пульту управления и сверилась с какими-то данными. – Радиация в пределах нормы. Значит, можно подобраться к этой штуке поближе.

Они вышли на мостик и вспомнили про оранжевого человека.

– Кто ты? – потребовал Рик. – Расскажи о себе.

Оранжевый молчал; он стоял и смотрел на них.

– Может быть, он глухой? Или немой?

– Или не человек. Я видел, как он карабкался по стенам, точно паук. Ну, так кто ты такой?

Но оранжевый субъект, называемый Фома, продолжал смотреть на них, не произнося ни слова.

– Наши ученые говорят, в древности могли делать машины, внешне похожие на людей. Может, это одна из них…

– Он очень странный. Хотел бы я знать, что прячется у него под маской.

– А мне совсем не хочется это видеть!

– Ручаюсь, если у него есть хоть капля разума, он может нам многое рассказать про здешних людей. Что смотришь? Похоже, проку от тебя никакого. Отойди, мы хотим спуститься вниз.

Оранжевый склонил голову набок и сделал знак идти за ним. Рик и Майя недоуменно переглянулись, но пошли. Они шли и шептались у Фомы за спиной:

– Надо соблюдать осторожность…

– Он может быть приставлен к нам для слежки…

Тем временем Фома вошел в кабинку подъемника, лепившуюся к краю мостика, дождался, когда спутники погрузятся, и отправил ее вниз. Кабинка ползла медленно, и они имели возможность рассмотреть шахту в подробностях. По периферии горели сигнальные огни. Через равные промежутки по внутренней поверхности тянулись опоясывающие мостики. Становилось не просто тепло, а жарко. Это не было похоже на влажную духоту джунглей – это напоминало сухое дыхание раскаленной печи. Кабинка достигла дна, и они увидели, что шахта является лишь верхней частью другого помещения, к которому вел мостик, а сфера гораздо больше, и основная ее часть тоже скрыта от наблюдателя сверху. Они спустились по лесенке в зал, прикрыв глаза от яркого сияния сферы, медленно вращающейся вокруг своей оси.

Фома указал на пульт управления, сходный с верхним. Рик и Майя подошли к нему. Экраны светились бледными рисунками и столбцами данных. На одном из больших экранов мерцала зеленым надпись. Майя прочитала вслух:

– «Спящий режим. Ожидание активации по протоколу Омега».

– Что это значит?

Рик попробовал нажать на кнопку, но ничего не произошло. Только на экране загорелась надпись.

– «Введите код доступа», – прочитала Майя.

– Что?

– Вроде заклинания, если говорить на твоем языке. На самом деле это просто пароли для безопасности. Древние владели ими. В нашем секторе тоже хранилась книга паролей, но она сгорела. Ученые помнят с десяток, не больше.

Майя попробовала набрать что-то на клавиатуре, но машина отказала ей.

– Не получается.

Они стали разглядывать экраны, панели управления, показания десятков приборов, переходя от одного стола к другому. Все было покрыто толстым слоем пыли. Вдруг Майя взвизгнула, повалив кресло с чем-то истлевшим и пыльным. Рик подскочил и увидел, что это скелет. Кости выбелило время. Одежда превратилась в труху. Они оглянулись и увидели неподалеку еще два скелета, распластавшиеся на полу в невообразимых позах. Рядом с одним лежал продолговатый предмет с рычагом и ручкой на одном конце и отверстием на другом. Рик поднял его, повертел в руках.