Альтерра. Поход - Олег Казаков

5. Прокаленной палочкой колония гриба сковыривается на прокипяченный и охлажденный томатный сок (сенный отвар с лимоном). Сразу после процедуры сосуд опять закрывается крышкой. Количество сока небольшое — глубина сосуда много меньше диаметра поверхности. Сосуд оставляется в нехолодном, освещенном месте желательно не меньше 20 и не больше 30 гр. на 1.5–2 недели.

6. Томатный сок (сенной отвар с лимоном) из-под гриба аккуратно капается на слизистые колонии из п. 2. Оставляется на сутки. Потом изучают. Если слизистые колонии сморщились, обесцветились и перестали разрастаться, то антибиотик готов. Если нет — ищем новые и новые помидоры/лимоны с плесенью до результата.

7. Выпиваем сок из-под гриба или наносим на поврежденный участок тела.

8. Радуемся тому, что научный прогресс не остановить.

а. Я не знаю, в чем можно поддерживать кипячение на необитаемом острове. Дерево, понятно, быстро прогорит.

б. Сорт дерева надо подбирать на месте — это должен быть не дуб, не сосна, не эвкалипт и т. д.

в. Освещенность места требуется для уменьшения вероятности заражения сосудов из воздуха.

г. Стафилококк на импровизированной среде может оказаться не желтой капелькой, а кремовым пятном или еще чем-нибудь. Надо будет разбираться на месте.

д. По ходу дела возникнет масса трудностей, но я думаю, что они все будут решаемы.

Междуходье. Переклики

Случайный клик по мини-карте. Южная АЭС

Город. Город был почти пуст. Сознание никак не хотело это воспринимать. Дима в десятый раз доставал мобилу, но приема не было. Мысли судорожно цеплялись за реальность, но, не найдя нормальных объяснений, опять отходили на задний план, чтобы через несколько мгновений снова лезть в мозг. «Похоже, я зациклился… так и зависнуть недолго», — с сарказмом подумал он. «Надо вспомнить вчерашний вечер и понять, где я потерял связь с реальностью». Была пятница, жена поехала на ночную смену на станцию, так как погода портилась, пиво было взято домой, для того чтобы ночью в спокойной обстановке за компом быть распитым. Жена ушла где-то 22.45, после чего погода еще больше испохабилась, да еще начала подвывать соседская собака. Но это были только цветочки, к двум часам ночи за окном началась настоящая буря, перепады напряжения из-за бури напрягали все сильнее, в мозгу боролись две мысли — выключить комп немедленно или сделать еще пару ходов, вторая мысль, как ни странно, постоянно побеждала. До тех пор пока очередной заряд молнии не отправил комп в перезагрузку. После чего пришлось ложиться спать с садистским желанием придушить завтра соседскую собаку. Утром разбудил стук в дверь. Сосед, явно вчера употреблявший что-то покрепче пива, начал рассказывать о каком-то конце света. Ниже этажом тоже кто-то громко общался. Каким-то чудом удалось вытолкать соседа за дверь и сонным добраться до кровати. Но перед тем как в нее упасть, взгляд остановился в окне на соседском доме.

«Вот где-то здесь я, кажется, начал терять связь с реальностью». Дом казался заброшенным. Но самое интересное было чуть правее дома, за таким же полуразрушенным детским садом валялась груда камней, еще вчера там была пятиэтажка.

А дальше, сколько хватало глаз, простиралась засушливая степь. «И что же делать?» Классический вопрос немного упорядочил мысли.

— Во-первых, надо идти на станцию найти жену, — сказал он вслух.

Подойдя к уже опохмелившемуся соседу, который сидел на лавке возле подъезда, он потряс его за плечо:

— Э… сосед… растормозись… ау… Че там говорил за конец света?

— А… всё, станция, наверно, рванула… никого нет… ик… все дома, которые ближе к станции, пусты… ик…

— Так подожди, мы, то есть я и ниже этажом слышал крики. Вон возле соседнего дома тоже люди стоят.

— Я утром собаку вывел… ик… или она меня вывела… — попытался пошутить сосед. — Так вот. Обычно в парк идем за садик…

— Ну, а покороче.

— А это и все, парка-то за садиком нет. Степь там. Я пока растормозился, меня собака метров на двести в степь утянула, смотрю: город вроде как полукругом откусило. Между городом и степью полоса метров двадцать, все разрушено…

— Ну, это видно…

— Не перебивай… ик… потом наш дом и вон соседский, ну и все в общем, кто рядом с краем, но не близко к нему, — с людьми, а дальше те, что ближе к станции уже без людей, на крышу залез, смотрю, вааще! Вроде как круг получается с центром на станции, километра четыре радиус. Вот и говорю, чет рвануло там у вас…

— Не, если б рвануло, то наоборот бы было, ладно, я на станцию схожу, ты смотри тут, не теряйся. И как ты в таком состоянии на крышу-то залез?

Пройдя три пустых дома, отделяющих родной дом от больницы, Дима вышел на дорогу, ведущую на станцию. Вокруг стояла звенящая тишина. Обычно ее заполняли звуки города, хоть он был и небольшой, как и все города-спутники АЭС, но такой тишины все равно не было, даже когда ночью возвращался с вечерней смены. По дороге впереди брело несколько небольших групп людей, но до них было далековато. Дима, пройдя где-то половину пути, оглянулся назад, картина была фантастическая.

«Жалко — цифровик забыл», — подумал он.

От города оставалось домов двадцать — двадцать пять, остальное, все, что выходило за круг, пропало под действием какой-то неизвестной силы. Станция казалась пустой, но этот вид не пугал, скорее напоминал вечернюю смену в выходной день, всегда поражался, как триста человек, приехавших на смену, рассасывались по огромному объекту и исчезали, со стороны можно сказать, что никого нет. Пока шел к проходной, еще теплилась надежда, что жена осталась после смены и продолжает работать, но, увидев открытые решетки пропускных кабинок и прапорщика не по форме, стало понятно, что и здесь никого нет.

— Все собираются на БЩУ (блочный щит управления) первого блока, — сказал прапор.

— Ага, — ответил Дима, словно он каждый день там собирался.

— Дорогу найдешь?

— Да был там пару раз, че тут вообще творится?

— Да хрень какая-то, все пропали куда-то, там на БЩУ человек сорок, иди туда, там объяснят.

На проходную вбежал запыхавшийся мужик, на автомате достал электронный пропуск, но, увидев открытую дверь кабинки, на секунду замер.

— Все собираются на БЩУ первого блока, — опять сказал прапор.

Мужик оказался знакомым, турбинист, Андрей вроде.

— Привет, Димон, как ты?

— Привет, да еще не знаю как, идем, выясним.

На БЩУ было человек десять, начальник смены первого блока что-то говорил окружившим его людям.

— …такая, людей нет… — Глянув на Андрея сразу переключился: — Турбинист?

— Машинист-обходчик третьего блока…

— Бегом на первый, у меня там электрик за турбиной смотрит, Бочаров, сменишь его, доложишься, его сюда.